Империя протестантов. Россия XVI – первой половины XIX в.
Дивизия Вейде, квартировавшая в Москве в 1719 году, была фактически протестантским сообществом и после передислокации в Санкт-Петербург стала основой лютеранской общины Литейного двора.
Первые российские военно-процессуальный и военно-уголовный кодексы были подготовлены протестантом, перешедшим на русскую службу шведским военным юристом Эрнстом Кромпейном.
Фактически основы превращения средневекового Московского государства в сильную империю через построение современной системы государственного управления во многом заложили приглашенные русским царем на службу последователи Реформации. В период формирования нового аппарата Петр издал в 1718 году указ, название которого говорит само за себя: «О получении консультаций у Брюса, Вейде и Фика при организации коллегий».
Царь понимал, что без большого количества образованных людей, которых невозможно было найти внутри Московии, страну не удастся модернизировать. В 1719 году Петр I собственноручно пишет специальный закон под названием «О вербовании эмигрантов-реформатов из Германии для русской службы».
Но проникновению иноземцев на Русь в то время противились иерархи московского православия. Патриарх Иоаким в своем завещании, составленном более чем за 10 лет до манифеста 1702 года, заклинал царя запретить «в их государственных полках над служивыми людьми и во всем их царствии проклятым еретикам, иноверцам, быть начальниками» [32]. Царь намеревался возложить на православную церковь важнейшие христианские служения – поддержку больных, инвалидов, сирот, создание госпиталей, школ и приютов, но, как точно подметил историк Николай Воскресенский, в то время «врач сам нуждался в исцелении». Религиозно-нравственная жизнь и даже административное управление в русской церкви находились в упадке.
Плачевная ситуация в религиозной сфере подтолкнула Петра к серьезным религиозным реформам, поставившим церковную жизнь под всеобъемлющий государственный контроль. Ближайшим помощником самодержца в духовных делах являлся знаменитый архиепископ Феофан Прокопович, получивший отличное европейское богословское образование. Согласно историческим сведениям, Феофан прекрасно знал протестантскую теологию, имел друзей-протестантов и открыто симпатизировал сторонникам евангелического вероисповедания.
Г.В. Флоровский так пишет в «Путях русского богословия» о содержании многочисленных литературных трудов Прокоповича:
Не будь в феофановых трактатах имени русского епископа, их автора всего естественнее было бы угадывать в среде профессоров какого-нибудь протестантского богословского факультета. Все здесь пронизано западным духом, воздухом Реформации.
По непосредственным указаниям Петра архиепископ составил Духовный регламент, описывающий права и обязанности епископов и их слуг, в том числе в виде ограничений для последних, «ибо слуги архиерейские обычно бывают лакомые скотины» [33].
Царь ликвидировал институт патриаршества в русском православии. Систему взаимоотношений церкви и государства Петр I перенял из Европы.
«В то время в протестантских государствах Западной Европы была наиболее распространенной так называемая территориальная система отношений. Она была основана на принципе, выражавшемся в латинской формуле: cujus regio, ejus religio (кому принадлежит территория, тому принадлежит и власть над церковью). По этой системе, царь считался не покровителем и не хранителем церкви, а ее главой», – утверждает советский историк С.В. Юшков [34].
Текущее руководство религиозной жизнью было возложено на Святейший правительствующий синод с обер-прокурором во главе.
Для размещения создаваемых государственных структур в Санкт-Петербурге – новой столице молодой европейской империи – был выстроен по проекту архитектора Доменико Трезини грандиозный комплекс зданий Двенадцати коллегий на Васильевском острове. Верхние этажи комплекса проектировал протестант Теодор Швертфегер. Здание начали строить при жизни Петра Великого в 1722 году, а закончили через 20 лет. Комплекс Двенадцати коллегий существует и сегодня. Он является главным зданием Санкт-Петербургского государственного университета, среди прочего там располагаются библиотека и учебные помещения.
Россияне считаются одной из самых читающих наций в мире. Увы, мало кто знает, что мы пользуемся первым русским гражданским шрифтом, созданным самим Петром Великим. От Ивана Грозного и до эпохи Петра I для издания книг использовалась архаичная церковнославянская азбука. Русский император принял решение разработать более удобный для чтения шрифт и лично поучаствовал в его создании, собственноручно исправив начертания некоторых букв. По поручению царя первые пробные оттиски русской гражданской азбуки готовили за границей, в протестантском Амстердаме. Голландцы выполнили заказ очень качественно, монарх его одобрил. Как и при Иване Грозном, вновь для обучения русских мастеров и запуска нового дела в Россию из Голландии были приглашены иноземные печатники – три мастера печатного дела – словолитец Антоний Демей, наборщик Генрих Сильбах и Яган Фоскул. Они привезли с собою из Голландии «три азбуки новоизобретенных русских литер с пунсонами, материцами и формами, да два стана на ходу со всяким исправлением». Мастерам-протестантам дали в обучение несколько русских подмастерьев, и вскоре новым русским шрифтом была напечатана первая книга – перевод немецкой научной работы «Геометрия». Забавно, что второй изданной книгой стал учебник культурного обращения к людям «Приклады како пишутся комплементы». Это тоже переведенная с немецкого языка работа, посвященная тому, как красиво и правильно писать благодарственные письма и поздравления. С помощью «Прикладов» Петр Великий хотел продемонстрировать подданным образцы писем и деловых бумаг, общепринятых в Западной Европе. В ту эпоху русские вельможи писали и устно обращались ко всем на «ты», при этом часто употребляя уничижительные имена. Вежливая форма обращения «вы» была впервые введена в переводной книге.
Вот образец письма допетровской Руси от князя Куракина князю Василию Голицыну:
Государю моему брату князю Василию Васильевичу братишко твой Ивашко Куракин челом бьет: Государь, прикажи ко мне писать о своем многолетнем здоровье, как тебя, Государя моего, Бог милует. А пожалуешь про нас изволишь спросить; и Государи мои батюшко Князь Григорий Семенович, и матушка Княгиня Ульяна Ивановна, и Аз с женишкою, и с детишками, при государской милости царя и Великого Князя Федора Алексеевича, всея великая и малыя России самодержца, – Июля по 23 день живы, а впереди Бог волен. Сын твой Государь князь Алексей Васильевич в походы за великим Государем ездит. Буди. Государь братец, тебе ведомо: Июля в 20 день женишку мою Бог простил: родила сына, а имя нарекли Бориском; а по семь тебе Государю своему много челом бью.