«Русская верность, честь и отвага» Джона Элфинстона: Повествование о службе Екатерине II и об Архипе
Я покинул Ливорно 20 февраля, и после очень утомительного путешествия, занявшего 36 дней и ночей (так как мы ночевали в постели только 10 ночей из всего путешествия) 734, мы прибыли в Санкт-Петербург.
[17/]28 марта я прибыл в Санкт-Петербург, в тот же день оповестил его сиятельство графа Чернышева о своем приезде, о том, по чьему приказу я проделал путешествие, и пожелал получить его распоряжения 735. На следующее утро я отправился к дому старшего Орлова – графа Ивана, у которого, как я слышал, граф Алексей остановился, чтобы передать последнему письмо от сэра Джона Дика. Мне сказали, что графа нет дома, однако я оставил письмо и визитку. Когда я воротился туда, где я остановился, я нашел там письмо от графа Чернышева, который поздравлял меня с благополучным прибытием.
Как только я оделся и нанял пару лошадей для моего экипажа, я предстал перед ним [И. Г. Чернышевым] со своими двумя сыновьями и был принят с изъявлением знаков дружбы и учтивости. Я спросил, когда бы его сиятельство мог представить меня Ее императорскому величеству, и он назначил мне следующий день на 11 часов, пожелав, чтобы я [перед тем] заехал к нему. Я прибыл в это время, но меня ждало разочарование. Я попросил его секретаря передать его сиятельству, что я ждал его в назначенное время, затем приказал кучеру везти меня во дворец, с нетерпением ожидая встречи с моим другом графом Паниным. Как обычно, я ждал вместе с моими сыновьями, пока он не совершит выхода (levée) в свою приемную перед выходом дворцовым.
В тот миг, как он увидел меня, он остановился, отступил на шаг, воздев вверх обе руки в величайшем изумлении, и как только очнулся от своего удивления, обнял нас с большой сердечностью, спрашивая, как я прибыл в Петербург и как давно я приехал.
Я удовлетворил его ответами и сказал, что вместе с сыновьями ожидал чести припасть к стопам императрицы, как было обещано графом Чернышевым, и надеялся, что это случится на следующий день. В тот же вечер я нашел записку от графа Чернышева, в которой граф благодарил контр-адмирала Элфинстона за посещение его дома нынешним утром, выражал крайнее сожаление, что его не было на месте и что он не смог сопровождать контр-адмирала ко двору, как обещал, но граф готов был встретить меня завтра при дворе в Больших покоях Императрицы в 11 часов.
Понедельник [21 марта/1 апреля]. В назначенное время я был на месте*, но в тот день оказался религиозный праздник, и Императрица не появилась на публике 736.
[На поле приписано:]
*Я спросил графа [Чернышева], где я могу видеть графа Орлова, поскольку я дважды не застал его в доме его брата, но граф ответил, что он [А. Г. Орлов] отправился опять в Ливорно. Я выразил удивление в связи с краткостью его пребывания, так как он приехал всего за пять дней до меня! Во второй половине дня кто-то из моих слуг сказал мне, что видел графа Орлова в одной из императорских карет, запряженных восьмеркой лошадей. Я пошел тотчас же к графу Чернышеву, упрекая его за обман. Он выразил сожаление, заявив, что ему велели так говорить. Позже я обнаружил, что мое появление заставило Орлова поспешно отбыть в Ливорно раньше, нежели он собирался 737.*
Назавтра я получил новую записку от графа Чернышева, пожелавшего, чтобы на следующий день я ожидал его в тех же покоях дворца в половине двенадцатого. Я там был в назначенное время и видел императрицу, когда она проследовала из часовни в собственные покои, куда я не мог следовать за ней. Граф вышел ко мне и выразил величайшую печаль, что императрица отправляется на несколько дней за город, но что я, без сомнения, буду ей представлен, когда она вернется 738.