Порочная королева. Роман о Екатерине Говард
Остальные камеристки донимали Кэтрин вопросами:
– Почему ты не приводишь его к нам в спальню, чтобы он мог пировать вместе с нами?
Но она лишь молча улыбалась в ответ. Ей не хотелось опускать их нежные отношения с Гарри до уровня грубого разврата, которому предавались по ночам в спальне камеристок.
Однако Кэтрин с удовольствием участвовала в других развлечениях своих компаньонок. Однажды она попросила на кухне разных закусок, сложила их в корзинку и принесла в парк, где юные леди сидели на траве.
– Пикник! – воскликнула Дороти. – Спасибо, Кэтрин!
Позже тем же вечером Кэтрин, лениво полеживая на лужайке, вполглаза поглядывала, как другие играют в жмурки среди деревьев, и заметила Мэри Ласселлс, которая сидела на ограде террасы и с хитрой улыбкой поглядывала на нее. Эта девушка отличалась кичливым самодовольством и ставила себя выше всех остальных. Она никогда не участвовала в общих забавах, но часто наблюдала за ними со стороны. Обычно девушки не обращали на нее внимания. Кэтрин предпочитала не общаться с мистресс Ласселлс, но в последнее время стала как-то слишком часто ловить на себе ее взгляды. Она в раздражении крикнула ей:
– У меня лицо позеленело, что ли? Почему вы все время смотрите на меня?
– Прошу прощения, – откликнулась Мэри, – но вы заинтриговали меня, мистресс Кэтрин. Лучше бы вам вести себя более осмотрительно. Я знаю, чем вы занимаетесь с вашим учителем музыки. Это ясно как день.
– И это не ваше дело! – отрезала Кэтрин.
– Может, и так, но я говорю с вами по-дружески. Его поведение достойно порицания вдвойне, ведь он знает, что не сможет жениться на вас, а вы девушка благородных кровей. Он подвергает опасности вашу репутацию и ваши шансы удачно выйти замуж.
– Как вы смеете! – воскликнула Кэтрин. – Вам ничего не известно о моих делах. И перестаньте совать свой нос куда не следует.
– Когда-нибудь вы поблагодарите меня за это, – невозмутимо ответила Мэри. – Если об этом узнает герцогиня…
– Вы на такое не решитесь. – Кэтрин встревожилась.
– Я-то нет. Но в таком большом доме подобные вещи не утаишь, и люди начнут болтать. О вас уже шушукаются в общей спальне, а молодые люди, с которыми спят девицы, любят выпить со своими приятелями. И могут сболтнуть лишнего, если опрокинут на кружку больше эля, чем следует. Просто будьте осторожны, мистресс Кэтрин Говард.
– Я не дура, – сердито ответила ей Кэтрин. – И шушукаться тут вовсе не о чем.
– Не думаю, что вы так чисты и честны, как изображаете, мистресс Кэтрин, – пробормотала Мэри, опускаясь на колени и принимаясь собирать вещи в корзинку. – Вы ставите себя выше всех нас, но вы ничем не лучше. Также предаетесь блуду, только втайне от других. Разве нет?
Кэтрин вышла из себя.
– Это грязная ложь! – прошипела она.
– Только взгляните, как она покраснела! – бросила Мэри. – Значит, вы отрицаете, что кувыркаетесь с мистером Мэноксом? Я видела вас вместе в этом самом парке, когда вы думали, что скрылись от чужих глаз. Позаботьтесь о своей репутации, мистресс Кэтрин, хорошенько позаботьтесь. – Сказав это, она встала и направилась в сторону кухонь, оставив Кэтрин в безмолвном изумлении.
Сколько еще людей знают, чем она занимается с Гарри? Она-то думала, они проявляют осмотрительность. О, это ужасно! Нужно как-то исправить ситуацию, пока ее репутация не разрушена окончательно. Так больше продолжать нельзя.
Удовольствия от приятного летнего дня как не бывало. По пути к дому Кэтрин беспокойно перебирала в голове варианты. Обращаться за помощью к герцогине им с Гарри нельзя – это приведет к катастрофе. Сбежать? Улизнуть за границу? Но деньги у них закончатся очень быстро. А может, поехать в Лондон и найти священника, который их обвенчает? Это казалось наилучшим выходом. Когда они поженятся, никто уже не сможет их разлучить. Им только придется храбро выстоять перед бурей гнева, которая наверняка разразится.
– Гарри, – сказала той ночью Кэтрин, когда он закрыл за ними дверь кабинета при часовне, – мне нужно поговорить с вами.
Она передала ему слова Мэри, но он только пожал плечами, а потом ответил:
– Ей просто завидно, потому что ни один мужчина ее не хочет. От этого кислого лица и молоко свернется.
– Но, Гарри, разве вы не понимаете, если она знает про нас, то может сказать другим, а они передадут герцогине. Кто-нибудь, кроме нее, мог догадаться о наших отношениях. Мы не можем так продолжать и дальше.
Он молча уставился на нее, но наконец будто через силу произнес:
– Вы говорите, что хотите прекратить наши встречи?
– Нет! Глупый вы человек! – воскликнула Кэтрин. – Я хочу, чтобы мы поженились. И знаю, как это сделать… – Она замолчала, увидев выражение лица Гарри. Оно вовсе не говорило, что этот мужчина только что получил шанс исполнить самое заветное желание своего сердца.
– Кэтрин, мы не можем пожениться, – с горечью проговорил Гарри. – Не думайте, что я не мечтал об этом. Много раз я пытался найти решение. Но это невозможно. Мой отец не богат и не родовит. Говарды не вступают в браки с такими, как мы. Вас лишат наследства, я потеряю место, и нам не на что будет жить. Я не могу допустить, чтобы с вами случилось такое.
«Или со мной самим», – промелькнула в голове у Кэтрин непрошеная мысль.
– А мы не сможем жить с вашими родителями?
– Чтобы навлечь гнев Говардов и на их головы тоже? Дорогая, вы предаетесь несбыточным мечтам. Этому никогда не бывать.
Кэтрин схватила его за руки:
– Но я люблю вас, и вы любите меня. Я вас не брошу. Вы тот, кому я отдам свою девственность, даже если это причинит мне боль. – Она не забыла испытанного в тот день. – Я буду принадлежать вам и только вам. Мы найдем способ, как быть вместе.
– Не глупите, Кэтрин, – покачал головой Гарри. – Вы грезите наяву. Сейчас мы с вами вместе настолько, насколько это возможно, и по-другому не будет. Не обманывайте себя. Мы никогда не сможем пожениться.
Кэтрин обиделась. У них было несколько ссор, но никогда еще Гарри не говорил с ней так резко, и ей захотелось успокоить его.
– Тогда я стану вашей любовницей! Я отдамся вам, не сомневаясь, что вы будете добры ко мне, потому что знаю вас как истинного джентльмена.
– Если бы я и правда был джентльменом! Перед нами не стояла бы эта дилемма. Может, нам и правда стать любовниками, потому что ничего другого нам не дано. Вы не думаете, что мне стыдно быть недостойным вас? Ради Бога, давайте сделаем это сегодня вечером!
Кэтрин вся сжалась. Она и подумать не могла, что расстанется с девственностью при наплыве такой злости и горечи. Надо же, как, оказывается, глубоко переживает Гарри свою несостоятельность в качестве достойного ее жениха.
– В ваших прекрасных качествах никто не сомневается! – воскликнула Кэтрин. – Я докажу вам! Приходите сегодня вечером в кабинет при часовне.