Ты смысл моей жизни

– Так, мальчики, сюрприз удался! Мы очень рады вас видеть, да, Ванюш?
– Да! Да! Очень! – сын сиял.
– Но нам всем пора уходить! Нам на завтрак, вам к врачу, да, Петь? – спросила я, не глядя на него. Он так и стоял тут, сверкая своим идеальным телом. А у меня, между прочим, секса давно не было, а ещё у меня скоро критические дни, точно! Поэтому я тут слёзы лью беспричинно и завожусь только от одного взгляда на полураздетого мужчину.
– Жень? Всё нормально?
Очень хотелось ответить, что нет, совсем нет! Стоит тут весь такой идеальный, слабую женщину соблазняет, но вместо этого я смогла заставить себя посмотреть на него и ответила:
– Да. Всё хорошо! – и прокашлялась.
Да что ж так в горле-то пересохло?
– Хорошо, – повторил за мной он и опять вышел на балкон.
Я рванула за ним.
– Стой! Ты опять так же собрался уходить?
– Ну я так понял, что я тебя смущаю.
Ах, ты ж, чёрт! У меня, что бегущая строка на лбу?
– Петь, подожди! – он остановился, – я очень рада, что ты… что вы с Сашей приехали! Ты, пожалуй, единственный человек, кого я искренне сейчас рада видеть. Тебя и Сашу. Но, Петь… Да, ты меня смущаешь, – решилась я, наконец, – особенно сейчас, когда мы с Егором…
– Разводитесь?
– Ты всё знаешь?
– Да. Извини. Он напился в тот день, когда вы уехали, и всё рассказал.
– Ясно.
Мы помолчали.
– Петь, не надо вот так. Не то, чтобы я сомневалась в тебе, но мне страшно… – договорить я не успела.
– Хорошо, я подожду, Жень. Я буду рядом, обещаю!
Что? Это он про что сейчас? О нет!
– Петь, здесь 7-й этаж всё-таки. Выйдите с Сашей через дверь, пожалуйста.
– Хорошо, – усмехнулся он, – Саш, пойдем, а то, правда ведь, опоздаем.
– Дядя Петя, а ты разрешишь Саше вечером с нами на пляж?
– Конечно. Все вместе пойдем.
– Да? Обещаешь?
– Обещаю! – улыбнулся Петр и потрепал Ванюшку за вихры, – ну что, Саш, готов?
Саша только кивнул и открыл дверь.
– Здравствуйте! А Вы к кому? – услышала я вдруг голос Саши.
Интересно, с кем это он? Я вышла в прихожую и увидела, что на пороге стоит Илья и держит в руках веточку хризантем.
– Здравствуй, а я к Жене, – ответил Илья, улыбаясь, – а ты кто?
– Заблудился? – услышала я голос Петра за своей спиной.
– Жень, а это кто? – задал мне вопрос Илья.
Ну, ковер же, твою мать, самолет! Сюжет, достойный женского романа! Бывший любовник и друг семьи, правда, почему-то с голым торсом.
– Знакомьтесь: Илья – Петр, а это Саша.
– А Петр, я так понимаю, тот самый, который друг семьи? – усмехнулся Илья, только вот смотрел он при этом не на меня, а на Петра. Странно так смотрел, знакомы они что ли?
– Ну, допустим, я друг семьи, а ты кто таков? – Петр отодвинул за спину сначала меня, потом Сашу и встал в дверном проеме, заслонив его собой полностью. Голос его при этом звучал очень недружелюбно, должна я сказать. Это было неожиданно. Ого! Он меня ревнует, что ли?
– Петь, Петь, это врач, Илья Романович, – я, ухватив Петра за локоть, попыталась его развернуть. Я с таким же успехом могла двигать шкаф с книгами, он точно так же абсолютно не поддавался бы моим усилиям.
– И что он здесь делает? Ты заболела или Ваня? – он, всё-таки, встал боком, и я смогла втиснуться.
– Доброго утра пришел пожелать, но, я смотрю, тебе его уже пожелали, – и Илья развернулся и пошагал вдоль коридора в сторону лифтов.
– На сутки нельзя одну оставить! – расхохотался вдруг Петр, – так, парни, следим за Женей и отгоняем всяких вот таких, – кивнул он в сторону ушедшего Ильи, – Вань, Сань, слышали меня?
– Да! – хором ответили мальчишки.
    
Глава 19
Петр.
Спроси меня кто-нибудь, зачем я на самом деле еду в Сочи, я не смог бы ответить. Я ехал к ней, ехал за ней. К той, которую люблю. Люблю последние десять лет своей жизни. Но я так же вёз лечиться больного ребёнка. Ребенка, который никому не нужен, кроме меня. Ребёнка, которого уже видел своим.
Мне сорок два года, в моей жизни было достаточно женщин, но я волновался, как подросток, представляя нашу с ней первую встречу. Да именно первую, сейчас, когда она свободна. За эти годы я уже достаточно изучил её и понял, что вот начни сейчас Егор осыпать её подарками и ползать перед ней на коленях, не простит. Его точно не простит.
А меня? Ведь она же понимает, что я в курсе похождений Егора. Правда, не всех, как оказалось. Каких-то вещей даже я не знал. Но что-то я ведь всё-таки, знал. Знал и не сказал ей.
А потом было:
– Женя?
– Петя?
– Тётя Женя!
– Саша?
Так я себе нашу первую встречу точно не представлял! Как и то, что она, увидев Сашу со мной, расплачется. Моя девочка. Самая умная и тонкая. Она всё поняла с первого взгляда на улыбку мальчишки.
Как я перемахнул через то символическое разделение между нашими балконами, я и сам не понял. Просто я увидел её слёзы и рванул. Прижать, успокоить, не отпускать от себя. И она прижалась, не отпрянула, как тогда два года назад в душевой.
Она! Ко мне! Прижалась! Я слышал и чувствовал, как бьётся её сердце.
Удивительно, как любовь всё меняет. Обостряет чувства, позволяет испытывать небывалое удовольствие от того, к чему, казалось бы, уже привык. Давно уже не мальчик.
Сколько в моей жизни было женщин? Достаточно.
А скольких я любил? Одну.
Сочи. Море. Лето. Что может быть лучше? Лучше может быть только то, что всё это – Сочи, море, лето – рядом с Ней. С твоей единственной. Евгения, Женя, Женечка.
Может, я какой-то неправильный? Меня не смущает то, что она десять лет была замужем за моим лучшим другом. И все эти десять лет воспринимала меня только как друга. Лучшего друга её мужа. Хотя, нет! Последние два года она знала, что я её люблю.
– Следующий! Заходите! – раздалось, наконец-то из-за двери кабинета врача.
– Пойдем, Саш!
– Здравствуйте!
Вот уж его-то я точно не ожидал здесь увидеть, хотя на двери, вроде, табличка с именем висит.
– Так, ну и как Вас зовут, молодой человек? – обратился он к Саше.
Саша испуганно на меня глянул, я кивнул, мол, давай сам.
– Александр Петров.
– Ну, давай посмотрим твои документы, Александр Петров.