Монстры Акслин

– Подожди, я не говорила, что готова спать с тобой.
– Что? Почему? – Тукс начал сердиться. – Если я тебе не нравлюсь, можешь прямо сказать и не издеваться.
– Конечно, ты мне нравишься! – поспешила успокоить его девушка. – Просто… Понимаешь, я пока не хочу никаких отношений.
– Акслин, тебе уже пятнадцать лет. Это самый подходящий возраст для того, чтобы начать взрослую жизнь. Если ты хочешь, чтобы мы сначала поженились…
– Я же сказала, что не хочу пока замуж.
– Акслин! – взорвался Тукс, он уже не пытался скрыть разочарование. – Что ты хочешь этим сказать? Что мне придётся ждать Никси? Ей всего двенадцать лет!
Девушка вздохнула. Она понимала опасения Тукса. Несмотря на то, что в анклаве не переставали появляться дети, монстры медленно, но верно одерживали победу. С каждым поколением численность населения неумолимо сокращалась, потому что количество новых людей было недостаточным, чтобы заместить всех погибших.
– Есть ещё Калакс, – немного подумав, сказала Акслин. – И Нанакси.
Калакс была вдовой уже очень давно. Нанкси же ни разу не была замужем, при этом, насколько было известно Акслин, трижды рожала. В живых, правда, остался только один ребёнок – Никси.
Тукс затряс головой.
– Среди них может быть моя мать, – напомнил он ей.
Акслин точно знала, что матерью Тукса была Юликса, так как это было написано в книге анклава. Но она не стала спорить.
В конце концов, было очень несправедливо предлагать ему соединяться браком с женщиной намного старше себя или предлагать ждать, пока Никси подрастёт, если она вообще будет свободна к этому моменту.
Акслин ещё раз взглянула на своего потенциального жениха и вздохнула.
– Дай мне, пожалуйста, несколько дней, чтобы всё обдумать. Обещаю не медлить с ответом.
Тукс отстранился. Больше всего на свете Акслин хотела бы сейчас снова прижаться к нему, но она сделала над собой усилие, пытаясь сохранить трезвость мышления. «Я не хочу забеременеть, – повторила она про себя. – Пока не хочу». Она даже сама до конца не понимала, почему нет. Ведь представляла же она себя в объятиях Тукса, представляла себя его женой, и эта идея не внушала ей отвращения. Но в то же время какая-то невидимая сила внутри Акслин заставляла её отвергать эту возможность – почему, она сама не знала. Ей бы хотелось записать свои чувства, чтобы разложить всё по полочкам, прояснить свои ощущения через текст и найти ответ на свои сомнения и страхи. Вот только в книге анклава оставалось слишком мало свободного места, а листья шелковицы были слишком малы, чтобы посвятить их эмоциям.
Тукс уважительно отнёсся к желанию Акслин: больше к этой теме он не возвращался.
Вместе с тем он перестал заходить к ней после дозоров и явно избегал встреч с ней.
Акслин чувствовала себя виноватой. В то же время она понимала, что рано или поздно ей придётся дать ответ, и ей хотелось, чтобы он был максимально взвешенным, хотелось быть уверенной в нём. Каким бы он ни оказался.
– Что у тебя с Туксом? Вы поссорились?
Ксейра с Акслин собирали яйца в курятнике. Ксейра испытующе смотрела на подругу.
– Нет, – ответила Акслин. – Трудно объяснить. Он хочет жениться…
Ксейра со вздохом распрямилась, лержась за спину. Она была уже на шестом месяце, и работать с каждым днём становилось всё тяжелее.
– Так… Ну и в чём проблема? Сколько ты ещё собираешься заставлять его ждать?
Акслин не знала, что ответить. Ксейра продолжала буравить её взглядом.
– Только не говори мне, что он тебе не нравится! – взвилась она. – Акслин!
– Нравится, конечно, – улыбнулась Акслин. – Как он может не нравиться?
– Надеюсь, – Ксейра поставила руки на пояс, как делала всегда, когда сердилась. – Не для того я пожертвовала самым красивым свободным мужчиной, чтобы ты так спокойненько его упустила.
– Ой. Но у тебя же был выбор, – Акслин посмотрела на приятельницу с интересом. – И ты выбрала Кейксена.
– Всё верно, и я не жалею об этом, – Ксейра вздохнула. – Но признаюсь, что если бы не некоторые обстоятельства… Я бы выбрала Тукса.
Акслин оторопела.
– Ксейра… Так почему же не выбрала?
– Ну, Кейксен был старше Тукса и дольше времени находился в ожидании. Было несправедливо отдавать предпочтение более молодому. А кроме того, если бы я выбрала Тукса, Кейксену ещё два года пришлось бы дожидаться тебя.
Акслин никогда не смотрела на эту ситуацию с такой точки зрения.
– О, – только и сказала она.
Заканчивали работу девушки в тишине. Выйдя из курятника, они отнесли корзины с яйцами на склад и отправились на скотный двор доить коз. Акслин попыталась завязать новую беседу с подругой, но та предпочла вернуться к начатому в курятнике разговору.
– Почему тебя так волнует отсутствие выбора? – спрашивала она. – Да, у тебя действительно есть только один вариант, но это ведь отличный вариант!
– Да, но дело не только в этом. Тукс, например, тоже лишён выбора.
– Не понимаю, что ты хочешь сказать.
– Я хочу сказать, что не знаю, нравлюсь ли ему вообще. Или он просит меня стать его женой просто потому, что больше некого.
– Я всё ещё не могу взять в толк, что тебя смущает.
– Я предпочла бы, чтобы он выбрал меня, потому что именно я нравлюсь ему. Такой, какая я есть.
– Ох, Акслин… Это из-за твоей ноги?
– Нет! Хотя, может и так… Я не знаю.
Ксейра была права лишь отчасти. Акслин действительно чувствовала себя не такой, как все.
Но связано это было не столько с хромотой, сколько с тем фактом, что она одна в анклаве умела читать и писать.
Для большинства людей её увлечение коллекционированием листьев шелковицы было не более чем экстравагантной слабостью, от которой следовало отказаться. Большинство считало, что интересоваться монстрами в той степени, в которой интересовалась она, было чем-то нездоровым и неприемлемым. Особенно если учесть, что в её возрасте девочки больше всего беспокоятся о том, как найти партнёра и родить для анклава дитя.
Ксейра же в свою очередь не могла понять, как Тукс и Акслин могли часами говорить о монстрах. Вместо того, чтобы заниматься куда более приятными вещами.
– Понимаешь, я другая, – попыталась объяснить Акслин подруге. – Я странная, все это знают, и мне важно было бы узнать, что Тукс выбрал меня, потому что я такая, а не вопреки этому.
Ксейра уставилась на Акслин.
– Зачем ты так всё усложняешь? Ты достигла нужного возраста, у тебя есть парень, который тебе нравится и который сделал тебе предложение. Какое тебе дело до всего остального?