Стальной адмирал и пушистый хвост

Кайсиллиан идеально подходил на роль предателя. Но я понимал, что разоблачить его будет нелегко. После моей маленькой диверсии генерал стал еще осторожнее. Я пожалел о том, что тогда хорошенько не порылся в его жилище. Спешил обработать реагентом спортивный костюм с обувью и забыл пошарить по тайникам. А ведь там вполне может храниться много интересной информации. Она, как известно, порой бывает ценнее дорогих ярких камешков или блестящих металлов.
Но вечером я подготовился к проникновению совсем в другую жилую ячейку. Обходя точки слежения, забрался на крышу преподавательского корпуса и скромно поскребся в люк на крыше. Дождался, пока его откроют, спрыгнул вниз, решив не спускаться по лестнице, и замер от удивления. Невероятное явление предстало моему взору. Снег в жарких пустынях выпадает чаще, чем Стальную принцессу можно увидеть в элегантной женственной одежде. Яркое платье, тесно облегающее грудь и талию и расклешенное от бедер, было сшито из тонкой легкой ткани.
– Вы удивительно прекрасны. И так соблазнительны, что хочется поймать в объятия и закружить в танце, – сбивчиво промямлил я, забыв извиниться за вторжение и соблюсти все правила субординации.
– Оставить танцы и все лишние рассуждения, – ответила Лиссандра с напускной строгостью после недолгого задумчивого молчания. – Отвечай, зачем пришел сюда?
В течение этой паузы женщина явно боролась со своими неуставными порывами.
– Принес важные разведданные, – я скинул с плеч трос и вспомогательную легкую амуницию. – Бытовая система отключена? Я правильно чувствую отсутствие сторонних электромагнитных импульсов? Нас не могут подслушать?
– Не могут. Я об этом позаботилась, – Лиссандра неуверенно попятилась от меня, держа гончую на поводке.
Искоса глянув на меня, развернулась и наклонилась, чтобы привязать конец поводка к подставке для обуви. Я с трудом удержал себя на месте. Не понимал, что сказывается на мне сильнее: невыносимо долгое воздержание или странная привязанность к намеченной жертве. Сочувствие, которого не должно было быть, желание, которому пока было не время себя проявить, и сроду не свойственная мне готовность к самопожертвованию ради защиты этой красивой, умной, безупречно идеальной женщины, которой я, по сути, недостоин.
– Вижу, ты натренировался пробираться в чужие спальни, – снова посмотрев на меня в упор, усмехнулась Лиссандра.
– Я с детства увлекаюсь альпинизмом, – придумать правдоподобную легенду за один миг для меня не проблема. – Мы с отцом проводили школьные каникулы в заснеженных горах. В тех дальних краях, откуда берет начало древний род Лимари.
– Но больше так не рискуй, Рэй. Если тебя поймают, то я не смогу тебя защитить. О нас и без того ходят слухи.
– Это нам на пользу. Значит, мы на правильном пути. Смогли запутать злодеев.
– Не нельзя увлекаться, – Лиссандра сказала это как будто сама себе. – Мне нужно переодеться, а ты пока можешь угощаться.
Она принесла с кухни и поставила на низкий декоративный стол бумажную коробку с пряно пахнущим салатом. Что-то дамское, низкокалорийное. Имитация нормальной еды для обманчивого успокоения рецепторов. Но после энергетического перерасхода я был рад и такому непонятно чему. Главное, оно съедобно. Все лучше напоминающих резину галет и хрустящих хлебцев, которые подали на ужин в столовой. Это был тот редкий случай, когда я предпочел бы сочных и питательных личинок. Но поклонница ректора, видимо, решила, что и мелких ползучих тварей на десерт я не заслужил.
Открыв коробку и начав изучать ее содержимое, я упустил момент, когда Лиссандра скрылась за внутренней тонкой раздвижной дверью. Сел на диван, ковыряя пальцем кусочки вареного птичьего мяса в салате, а потом, убедившись, что кроме заливающей слюнями пол гончей, меня никто не видит, по старой привычке уткнулся лицом в коробку и быстро подобрал ее содержимое. Опомнился только когда облизал последние капли соуса. Подумал, что, находясь постоянно среди юнцов, я и сам начинаю впадать в детство и вести себя не так, как подобает взрослому разумному существу.
 
Глава 26. Запретные чувства
Рэй
Я поставил пустую коробку из-под салата на стол, только хотел утереть лицо рукой, как в гостиную вошла Лиссандра. На ней был черный спортивный костюм и потрепанные тряпичные ботинки.
– Рэй, у тебя нос белый от соуса, – она рассмеялась в голос, но вдруг смутилась и приложила пальцы к губам.
Принесла мне салфетку. Я взял ее, постаравшись соприкоснуться пальцами, но Лиссандра ловко избежала нашего непосредственного контакта. Будто бы она опасалась энергетического воздействия. Или вновь своих собственных тайных желаний. Мне не нужно было проникать в ее голову, чтобы понять, какие откровенные фантазии там вихрятся, подобно урагану.
Я тупо молчал, подозревая, что все глубже впадаю в детство. Вместо того, чтобы показать себя зрелым опытным мужчиной, я выглядел глупым юнцом, который недавно научился целоваться. Что на меня действовало, как тормозная жидкость на боевую машину? Почему я не мог дать ей понять, что способен ее самым наглым образом совратить и низвергнуть в пучину запретных удовольствий?
– Рассказывай, что ты разведал? Я внимательно слушаю, – Лиссандра присела в кресло – не стоящее напротив, а повернутое боком к моему дивану.
Она продолжала прятаться от меня, насколько это было возможно. Избегала пристальных прямых взглядов. Я выложил всю информацию, которую узнал за прошедшие ночь и день. Лиссандра то хмурилась в тревожной задумчивости, то почти неуловимо улыбалась. Как я понял, женщину немного утешило то, что одиозная семья Ладетонис и некоторые другие ее сородичи выпали из списка подозреваемых. Насчет ректора она ничего мне напрямую не сказала, но я почувствовал эмоциональное отторжение и опасение.
Вывод напрашивался один, и он должен служить для меня сигналом к наступлению. Хоть Лиссандра и пытается избежать нашего сближения, но доверять ей некому, кроме меня. Потому наши встречи неизбежны, и они должны нас привести к некоему итогу. Но я не чувствовал былого азарта. Меня не вдохновляло предвкушение того, что жертва попалась в ловушку. Еще немного, и она целиком и полностью, душой и телом, окажется в моей абсолютной власти.
Я хотел не ограбить ее и сбежать, а утешить, присесть рядом, согреть своим теплом, успокоить легким нежным воздействием и поклясться, что никогда ее не брошу. Хотел помочь ей вновь увидеть яркие краски мира, не затменные пеплом войны. Но у меня была другая миссия. Пути из мечты и реальности не должны пересекаться. Трезвая оценка ситуации – вот что меня спасало до сих пор, помогало избежать поимки и сохранить жизнь.
– Тайный враг может оставаться рядом. То, что мы пока не вычислили, кто же он, вовсе не значит, что его нет поблизости, – усвоив переданную мной информацию, Лиссандра подвела итог. Она встала, решительно глянула в сторону кухни и сказала. – Я хочу лично проверить твою боевую подготовку. Нужно убедиться в том, что ты способен отразить внезапную атаку. Предупреждаю сразу, это тебе не тренировочный спарринг с Дарном или Ламнорой.