Дело влюблённого инкуба (СИ)
– То есть, изъял крупную сумму из-под управления сына?
– Да. Пол был против, уговаривал отца оставить все капиталы под его началом – он тогда как раз планировал какое-то крупное и очень прибыльное дело. Однако Картер ответил, что банковский вклад надёжнее всего остального и он не хочет рисковать финансовым благополучием своей дочери. С той поры его отношения с сыном так и не наладились: Пол отсудил себе значительную долю оставшегося капитала, доказав, что тот образовался благодаря его долгому труду, за который он не получал комиссионного вознаграждения. Возможно, я не совсем точно передаю юридическую формулировку того дела, но после суда у Картера осталось совсем немного наличных средств.
– Пол воспользовался пунктом закона об изменении в правах наследования, – постукивая пальчиками по столу, пояснила Вэл. – Прежде он вёл дела отца предполагая, что ему достанется всё, а раз ситуация изменилась – он вправе был требовать, чтобы его работа была вознаграждена как работа любого брокера или учредителя трастового фонда.
Вот эти новости были интересными: хоть единокровный брат Брин финансово ничего не выигрывал от её смерти по приговору суда, но эльфы не обделены мстительностью. Собственно, степенью развитости этого чувства они уступали разве что ведьмам, а нельзя было отрицать, что казнь Брин явится расплатой не только ей, но и её отцу. Кроме того, между «Детьми солнца», как именовали себя эльфы, и «Тенями ночи», как издавна нарекли вампиров, в древности шла непрекращающаяся война, остановленная лишь подписанием всеми Иными мирного соглашения и принятием Кодекса Иных. Однако и спустя века полукровки вампиров и эльфов встречались исключительно редко.
«Примечательно, что при первом разговоре с Картером я ни слова не услышала о наличии у него сына от предыдущего брака: вампир с тоской заявлял, что дочка – это всё, что осталось от его семьи. Похоже, затяжной конфликт с сыном начисто оборвал все родственные связи между ними». – Размышляя об открывшейся новой грани дела своей подзащитной, Вэл попрощалась с вампиршами и вышла на причал.
Небо уже расцветили звёзды, океанский прилив бился о волнорезы, вздымая фонтаны брызг. Компания подвыпивших парней завалилась на причал, отыскивая где-то пришвартованный катер. Судя по долетавшему до Вэл разговору, они напрочь забыли, где именно оставили своё судно, что не мешало им весело проводить время на берегу, приставая ко всем встречным девушкам.
– Какая красоточка в одиночестве скучает, видишь? – долетело до Вэл, и она досадливо поморщилась. Попросить телохранителей стать видимыми для людишек? Или наоборот – не просить? – Спорим на сто баксов, я развлекусь с ней сегодня же ночью?
«Точно не просить, – определилась разозлившаяся Вэл и мысленно повинилась перед своим уважаемым родственником: – Дедушка, он сам пришёл. Честное слово, я никак его не провоцировала! И вообще, каждый человек должен приносить какую-то пользу своим согражданам, а у меня вампиры с рассвета не кормлены...»
Симпатичный парень-мулат с наглой усмешкой направился к ней и вампиры чуть заметно напряглись, усилив ощущение исходящей от них ауры силы, но пока не спешили вмешиваться. Это всего лишь человек, никаким металлом – холодным и огнестрельным оружием – от него не пахнет, магией амулетов он не фонит.
– Привет, милашка! Поехали на катере кататься? – окликнул парень Вэл.
– Товарищей твоих с собой возьмём? – прикинула она разрешённые законом нормы питания вампиров. Как ни крути, одна закуска на пятерых – маловато выходит.
– Да ну, зачем они нам? Нам и вдвоём шикарно будет! – Парень рискнул приобнять Вэл за талию, обдав её запахом крепкого пива.
– Нет, лучше возьмём, – удивила она нежданного поклонника и принюхалась тщательней. – Слушай, никто из вас малокровием не страдает?
– Чем не страдает? – растерялся парень, и объятья его чуть ослабли. – Да здоровые мы...
– Может, кардиостимуляторы у кого стоят, сердце слабое? Дело «Калифорния против Картрайта» создало весьма неудобный прецедент судебного решения...
– Какого решения?!
– О непреднамеренном убийстве. Так вот испугаешь невзначай человека, а потом в суде не оправдаешься.
Парень попятился, а невидимые охранники за спиной Вэл еле слышно подавились смехом. Чёрт, она упускает их ужин! Вцепившись в руки парня, она зачастила:
– Поехали кататься, я согласная на всё! И зачем нам катер полночи разыскивать – у меня машина есть.
Парень быстро сдавал назад – Вэл не отставала. Телохранители хохотали чуть ли не в голос, глядя, как она скользит босоножками по граниту причала, стараясь затормозить бег парня к его друзьям.
На середине пути мулат склонился к уху Вэл и прошептал на грани слышимости:
– Флешка в заднем кармане ваших брюк. И нехорошо пытаться скормить меня вампирам, адвокат!
Пальцы ошарашенной Вэл разжались. Парень с наигранным испугом отпрыгнул к друзьям, и они дружной ватагой сбежали с причала.
– Плоховатая из вас приманка вышла, мисс Мэнс, – скользнули к ней телохранители.
– Угу. В юности лучше получалось, – рассеянно кивнула Вэл.
Глава 4, о гневе человека терпеливого и выборе судей
Желание придушить эльфа – это нормальное желание среднестатистического человека, возникающее на постоянной основе при общении с племенем ушастых. Вэл доводилось слышать на суде, как свидетели признаются в нахлынувшем на них порыве тряхнуть заносчивых красавцев, и видеть, как понимающе и благосклонно кивает при этом судья. Увы, Дон Шепард находился слишком далеко, чтоб дотянуться до него хоть кончиком хвоста!
– Просто прислать файл на электронную почту нельзя было?! Зачем цирк разводить? – возмущалась Вэл, смотря на нахально ухмыляющегося с монитора эльфа.
– Сведения о чёрном рынке магии – не тот материал, что можно доверить интернету, – поучительно изрёк Шепард. – Раскладку, созданную на основе незаконного мониторинга перемещений американского гражданина, – тоже.
– Допустим, но кто мешал твоему парню спокойно подойти, представиться и передать мне твою посылку?
– Откуда мне знать, в каких ты отношениях с родственниками обвиняемой и можно ли раскрывать им тайны твоего следствия? Вокруг тебя отряд вампиров увивается – откуда мне знать, с какой целью они к тебе приставлены? Я подумал: «Дон, адвокат обратилась именно к тебе, не став тревожить рекомендованную ей контору в Лос-Анджелесе, не просто так! Калифорнийским монстрам не стоит знать, что за ними ведут слежку с другого края материка! Пусть думают, что им всё известно о делах Вэл, а иначе я рискую сорвать ей запланированное эффектное шоу в зале суда».
– Какое шоу?!
– Понятия не имею, оттого и решил не рисковать, а передать материалы втайне от вампиров. Итак, в мой счёт включены: перелёт гонца туда-обратно, компенсация за моральный ущерб, нанесённый ему попыткой сотворить из него ужин для клыкастых, оплата трудов моих хакеров и осведомителей, оплата моих собственных трудов по приведению в единый вид сданного мне информаторами безобразия, и стоимость флешки.
– Ты чистку запылившихся ботинок гонца в чек не включил, – со смехом простонала Вэл: грошовая флешка в счёте на шесть тысяч долларов добила её, как пресловутая соломинка верблюда. – И я обещала удвоить только стоимость сведений о перемещениях Брин!
– Твой личный помощник не конкретизировал этот нюанс, так что счёт выставлен в соответствии с достигнутыми договорённостями, – безапелляционно возразил Дон и мигом из наглого стяжателя преобразился в очаровательного добряка, готового прийти на помощь всем страждущим: – Тебе никакие сведения больше не требуются?
– Бойтесь гнева человека терпеливого, – процитировала Вэл английского классика, отвечая холодной улыбкой на транслируемое эльфом повышенное радушие. – Ты никогда не задумывался, что владельцу сыскной конторы тоже когда-нибудь может потребоваться адвокат? Мои услуги могут резко подорожать перед твоим приходом в мою контору.