Шоколатье по(не)воле

Аля не понимала, что происходит, она постепенно тонула в его голубых глазах, страх отошел на второй план. Он продолжал смотреть на нее, их лица становились все ближе и ближе. Сейчас он казался нежным и обходительным, чем когда безжалостно управлял своим хлыстом.
— Петр! — голос Ивана раздался неожиданно.
Небо резко заволокло тучами. Где-то недалеко сверкнула яркая молния, и на Алю и Петра упали первые крупные капли дождя. Девушка подняла свой взгляд в темное небо — могло ли настроение магов-стихийников влиять на погоду? Петр раздраженно закатил глаза.
— Вечно он не вовремя! — он отпустил Алю.
Обеспокоенный Иван буквально подлетел к ним.
— Петр, ты не изволишь объяснить, что здесь происходит? — он встревоженно посмотрел на Алю.
— Я, — начала Аля, не зная, что сказать. — Хотела сама потренироваться, не хотелось что-нибудь испортить в доме.
Лицо Ивана исказилось.
— Но почему вы не сообщили нам о своем решении? — возмутился он. — Ведь вы подвергли опасности в первую очередь себя!
— Простите, мне так неловко… — она не знала, как себя оправдать, а подставлять Петра и вносить раздор в семью ей совсем не хотелось.
— Может, хватит устраивать допрос?! Если ты не заметил — на улице дождь. Не хватало нам всем заболеть! — Петр взял девушку под руку и обогнул брата.
Иван чувствовал себя дураком, он так и не понял, что приключилось. Аля явно от него что-то скрывала. Да и в тот момент, когда он застал парочку, ему показалось, что Петр собирался ее поцеловать. Неприятное чувство заныло в груди, он сжал руки в кулаки и постарался сдержаться.
Они старались не шуметь в доме, не хотелось лишних разговоров среди слуг, а уж тем более что-то объяснять родителям. Аля была очень расстроена, а мужчины слишком заняты собственными мыслями, чтобы заметить притаившуюся Евдокию. Она забилась в угол и не понимала, что молодые господа и новоявленная родственница могли делать в такое время на улице? Евдокия старалась не спешить с выводами, но держать ухо востро и втереться в доверие Алевтины Александровны. Ведь девушка явно нуждалась и в женском общении, так что это всего лишь вопрос времени, скоро молодая хозяйка будет ей доверять. И тогда настанет ее время выслужиться перед Сливовым-младшим.
 
Глава 11
Старший сын семьи Сливовых — Иван — замечательно справлялся с семейным бюджетом и вел весь бухгалтерский учет. Матвей Владимирович никогда не жалел потраченных средств, вложенных в обучение своих детей. Он считал, что необходимо дать всестороннее развитие. Не стремился отправлять их в академии с программой, часто не применявшейся в жизни, а делал ставку на «матерых» и продуманных частных преподавателей, иногда прибегая к услугам Забугорных светил с превосходной практикой.
Иван рос положительным, уравновешенным ребенком. Ему легко давался забугорный язык, распространённый и прочно закрепившийся тогда в Цароссе. Тем не менее сам шоколадный бизнес своей семьи он, мягко говоря, недолюбливал. Только цифры были его слабостью, а вот шоколад порой вызывал отвращение. Отец принимал выбор сына и не заставлял вникать в рецептуру и продвижения продукции. Иван ценил это и старался не подводить отца, досконально вникая в отчетность семейного дела.
Вот и сейчас он, как и его младший брат Василий, держал руку на пульсе большого запуска нового продукта, который до этого могли производить только кондитеры Забугорья. Мужчина перевернулся на бок и постарался заснуть, обдумывая масштабность грядущих перемен. Но вместо того чтобы окунуться в ночное забытье, перед ним продолжал возникать образ Алевтины. Такой хрупкой и беззащитной, продрогшей на улице и с растрепанными волосами — именно такой ему казалась девушка, заброшенная неведомыми силами межмирья, в тот момент, когда он сбежал с крыльца их особняка и окликнул Петра. Он старался прогнать это видение, но безрезультатно. Громко выдохнув, Иван откинул одеяло, встал с кровати и прошел к окну. Прекрасный вид открывался из него на старинное дерево — символ их братской силы.
 
Это было много лет назад, когда времена года на Цароссе только формировались, и маги-ученые составляли календари, считая лунные дни. В один из заснеженных дней «Новой звездной Луны» они бегали на заднем дворе особняка, где завершалось первое строительство их производства.
— Дети! — громко раздался голос отца.
Мальчишки с легкой досадой оставили свой заснеженный замок, который был не хуже настоящего. Ивану удавалось подмораживать снежную пыль лунного неба, и их постройка простояла неделю.
— Отец, вы звали? — как всегда первый задавал вопросы Иван.
Василий был еще мелковат, и цветом своей кожи напоминал подрумянившийся кексик,забытый на снежном полотне. Петр же запускал огненные искры и дразнил младшего, он вообще редко вникал в отцовские разговоры.
— Алексей Федорович вернулся из командировки, он побывал в Забугорье и передал для вас подарок.
Мальчишки очень любили друга отца Алексея Федоровича — магистра первого ранга императорского дворца. Первым быстро среагировал Петр, да так, что позабыл затушить искру, пущенную на шарф Василия. Иван быстро водной каплей затушил разгоревшийся огонек на шарфе.
— Подарок?! — протянул руки вверх ладошками в ожидании увесистой коробки с сюрпризом.
— Подожди, Петр! Ишь какой прыткий! Это подарок предназначен для вас троих, — отец окинул взглядом сыновей, и радушная улыбка появилась на его лице.
На его ладонях в золотом свечении парил маленький отросток какого-то растения.
Маленький смуглый карапуз широко раскрыл карие глаза, золотой блеск ростка отразился в них, как в зеркале.
— И это все? — недовольно фыркнул средний сын.
— Да подожди ты! — одернул его Иван. — Алексей Федорович еще ни разу не дарил ерунды.
— Подумаешь, какой-то отросток непонятно чего! — продолжал настаивать Петр.
Отец с сомнениями посмотрел на среднего сына.
— Не делай поспешных выводов, сынок. Иногда ценность сразу не рассмотреть, — Матвей Васильевич сделал пас рукой, и золотое свечение скрылось. — А теперь, дети, приложите ваши руки и влейте вашу магию в растение. Только немного, росточек еще мал и от переизбытка может погибнуть.
Мальчишки с интересом протянули ладошки, еще мгновение — и росточек наполнился насыщенно-синей, огненно-красной и зеркально-голубой энергией маленьких магов-стихийников. Энергия сплелась в большую нить и со свистом рванула к маленькому отростку, цветные искры отлетели от растения. Золотое свечение вспыхнуло с удвоенной силой и разрослось до размеров заснеженного двора.
— Что это? — едва смог выговорить самый младший из сыновей.
— А это, дорогие мои, ваше будущее дерево. Алексей Федорович купил его в самой дальней части Забугорья. Дерево наполняется магической силой, раз в год надо делать энергетическую подпитку. Оно своего рода маленький аккумулятор и накопитель ваших магических сил.