Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)

 1 Низкий уровень сахара в крови.
 Все присутствующие тут же прислушались, силясь различить мелодию флейты среди шума волн и голосов жителей прибрежной деревеньки.
 Флейта пела на удивление мелодично, звук был высоким и гармоничным... Сюань Цзи какое-то время слушал, а после пробормотал:
  — Это ведь не «За кого замуж выдадут, с тем и живи»...
 Ван Цзэ тут же добавил:
 — Но только братец обернулся, как бык до смерти ужаснулся2...
 2 嫁鸡随鸡, 嫁狗随狗 (jiàjīsuíjī, jiàgǒusuígǒu) — курица всегда следует за петухом, сука всегда следует за кобелём (жена всегда следует за мужем). Китайская идиома. В древности браки заключались по договоренности родителей новобрачных, и невеста не имела права выбирать жениха. Ей оставалось лишь принять свою судьбы и смириться с выбором семьи. Второй вариант этой идиомы: Следуй за мужем, будь он хоть петух, хоть собака. Вместе с фразой 哥哥一回头，吓死一头牛 (gēgē yī huítóu, xià sǐ yītóu niú) — досл. Старший брат обернулся и до смерти напугал быка; являются частью песенки «Собачья свадьба» (嫁狗).
 Вдруг, его словно осенило. Ван Цзэ раскрыл рот и удивленно уставился на Сюань Цзи. Они одновременно заглянули в свои плейлисты, и на их лицах появилось смущение.
 — Это не... неподалеку от моего дома есть парк, — попытался оправдаться Ван Цзэ. — Каждый день там танцуют старики и старушки, и я слышу, что они поют. Сам я предпочитаю классическую музыку, и не слишком хорошо разбираюсь во всех этих развеселых песенках.
 — О, так вот почему она показалась мне знакомой, — Сюань Цзи тут же поддержал его «внезапное озарение». — Жизнь в Юйяне течет неспешно. Но и здесь найдется какой-нибудь придурок, который ранним утром явится на побережье, поиграть дурацкие песни. У тебя есть фото командира Яня? Дай его мне.
 Не дожидаясь, пока это сделает Ван Цзэ, Гу Юэси достала свой телефон, открыла альбом, полностью заполненный старыми фотографиями «Фэншэнь», и выбрала одну из них. За столом сидел мужчина в форме. Выражение его лица казалось холодным, но взгляд лучился мягкостью. Мужчина ничего не делал, лишь сдержанно смотрел в камеру.
 — Это подойдет? Его лучшее фото, — сказала Гу Юэси. — Его сделал Чжичунь, когда командир Янь официально вступил в должность и переехал в новый кабинет.
 Ван Цзэ все еще выглядел обеспокоенным:
 — Директор Сюань, а тот «русалкин язык», о котором ты говорил, точно надежен? Это сработает?
 Что, если, услышав птичий голос, море придет в ярость?
 — Это «русалочий язык», а русалка — заимствованное слово3, — пробормотал Сюань Цзи. Он опустился на колени, изо всех сил стараясь удержать равновесие на покачивающемся катере, и поставил фотографию Янь Цюшаня перед собой. После чего опустил руку в воду и написал на борту лодки три древних иероглифа «Янь Цюшань».
 3 Сюань Цзи и Ван Цзэ используют разные слова. Ван Цзэ говорит 美人鱼语 (měirényú yǔ), а Сюань Цзи 鲛人语 (jiāorén yǔ). 美人鱼 (měirényú) — русалка в классическом понимании этого слова. Мифическое существо с рыбьим хвостом, живущее в море. В то время как 鲛人 (jiāorén) — миф. подводные жители, русалочье племя (иногда живут с людьми, торгуют полотном, плачут жемчугом).
 Глядя на весь этот «ритуал», Ван Цзэ еще сильнее разволновался. Он чувствовал себя так, будто был втянут в какое-то суеверное действо. Не хватало только ароматических палочек и стола для подношений.
 — Сюань...
 Но Сюань Цзи лишь «шикнул» на него, заставив замолчать, и прикрыл глаза. Старательно избавившись от всех отвлекающих мыслей, юноша принялся про себя повторять слова на русалочьем языке, который он слышал лишь несколько раз в своих снах.
 Ему казалось, что когда-то давно он успел выучить этот язык, но никак не мог вспомнить, где именно. Возможно, он сталкивался с ним в одной из старых книг, вывезенных им из долины Чиюань, или услышал от кого-то из инструментальных духов... Когда в своем недавнем видении он услышал отзвуки этих слов, это и стало толчком к пробуждению его воспоминаний.
 В ранние годы своей жизни он был простодушным и его воспоминания спутались. Однажды Сюань Цзи понял, что на самом деле обладает довольно обширными познаниями, но в какой-то момент он попросту взял и все забыл. Но теперь, когда из глубин его подсознания поднялось понимание русалочьего языка, юноша так растерялся, что какое-то время даже не мог понять, что произошло.
 
 Оперативники «Фэншэнь» столпились вокруг, нервно поглядывая на него, как вдруг с губ Сюань Цзи сорвались странные слова.
 Он говорил немного в нос, звуки «накатывали» друг на друга, словно волны из глубин моря, произношение казалось незнакомым. Его голос звучал низко и очень мягко.
 В тот момент, когда Сюань Цзи заговорил, Ван Цзэ, будучи представителем водного класса, первым почувствовал, что что-то не так. Волосы на его теле встали дыбом.
 В то же время, веселая песенка, что лилась по берегу, смолкла.
 Шэн Линъюань отложил флейту и вскинул голову:
  — Кто посмел вмешаться?
 Сюань Цзи произнес имя Янь Цюшаня на русалочьем языке.
 Сначала море никак не реагировало, но Сюань Цзи никуда и не спешил. После десятка попыток, Гу Юэси вдруг резко распахнула глаза. Своим рентгеновским зрением она сумела рассмотреть, как звуковые волны смешивались с морскими. Слова Сюань Цзи наслаивались друг на друга, создавая странный резонанс.
 Где-то на глубине, рыбацкое судно Янь Цюшаня тонуло в хрустальной стене. Половина головы Змеекожего уже скрылась за прозрачной преградой, но занятый картой мужчина этого даже не заметил.
 Вдруг, вода вокруг них вспенилась, закручиваясь во множество маленьких водоворотов, и хлынула на борт.
 У слепого оказались самые чувствительные уши. Он тут же прислушался:
 — Погодите, что это за звук? «Янь»?
 «Янь...»
 Голос человека смешался с волнами, эхом разносясь во все стороны. В тот момент, когда звук достиг лодки, он, казалось, обрел свою цель и внезапно усилился в несколько раз.
 «Янь Цюшань!»
 Услышав свое давно забытое имя, Янь Цюшань инстинктивно напрягся. В этот же момент рыбацкое судно накрыла огромная волна. Судно содрогнулось, но не перевернулось, словно что-то крепко зажало нос лодки. Ее задняя часть треснула и развалилась на части, но передняя осталась неподвижной.
 Что-то пошло не так!
 Громкий удар едва не расколол лодку пополам, и иллюзия неуязвимости быстро рассеялась. Вдруг, все увидели перед собой затягивавшую их хрустальную стену и поспешно отступили на корму. Змеекожий завопил, дернулся и с силой вырвался из объятий стены, оставив в ней клок своих волос. У него на лбу тут же выступила кровь.
 Первое, о чем подумал Янь Цюшань — что проблема в проводнике. Со скоростью молнии он вскинул руку и наотмашь ударил куклу по шее, сломав ей несколько крупных суставов.
 — Ты обманула нас!
 — Янь Цюшань, ты сошел с ума?! — завопила кукла. У девушки не было трахеи, и такие травмы никак не повлияли на ее голос. — Я самая влиятельная среди подчиненных матушки, какая ей польза подсылать меня, чтобы подставить вас?
 — Тихо! Прекратите драку, нас затягивает в стену! — закричал слепой. — На лодке есть водолазные костюмы, наденьте их, возьмите вещи и прыгайте за борт!
 — Смотрите, у нас получилось! — воскликнул Ван Цзэ. Море под ними разделилось надвое, и в воде образовалась глубокая борозда. — Кажется, это и правда сработало! Директор Сюань, когда вернемся, не забудь научить меня русалочьему языку. Это работает! Работает!
 — Несколько человек останутся, чтобы присмотреть за катером, — Сюань Цзи поднялся на ноги, — Остальные отправятся со мной вниз. Старина Ван...
 Не дожидаясь, пока он договорит, Ван Цзэ протянул руку и сжал кулак. На поверхности воды появилось несколько пузырей, способных окутать стоящих на катере людей. Ван Цзэ спрыгнул первым и пузыри плотно облепили его, но, при этом, он все еще мог свободно двигаться и дышать.
 — По одному. Количество кислорода в них ограничено, дышите медленно, экономьте воздух.