Лист на холсте, или Улиточьи рожки

Элоиза и Марни взглянули друг на друга и рассмеялись.
— Авантюристы, — выдохнул Марни и нежно провел пальцем по ее щеке. — Уходим, пока они не поняли, что к чему и не вернулись разбираться. Только ради всего святого, осторожно, я помню про ваши колени! Они не чесались в этот раз?
— Нет, — сверкнула улыбкой она.
Он подхватил ее под руку, и они скрылись за углом.
К счастью, улица не была освещена, а место действия не просматривалось камерой на входе, это они выяснили заранее. Добежали, сели в машину, понеслись. Вторая шла следом.
— Ну как? — развернулся с переднего сиденья Лодовико.
— Нормально. Проверим? Покажите телефон? — Марни тщательно вытирал лезвие ножа, потом убрал его в ножны и куда-то вглубь карманов, если не знаешь — ни за что не догадаешься, где он.
— Вот, берите. Но я увидела те самые файлы, о которых шла речь вчера. Надеюсь, они не сразу разберутся, что произошло. Видимо, охранник должен был забрать данные. И я не понимаю пока, для кого господин Верчеза таскает информацию из моего компьютера.
— Разберемся, экселенца! А вы молодец, не испугались, — подмигнул Лодовико.
— Да на самом деле испугалась, когда он от крыльца к нам побежал. Вздрогнула от неожиданности, и чуть было все не испортила. Спасибо монсеньору, он появился исключительно вовремя.
— Он умеет, да. А вы все равно молодец.
— Да вы же вся дрожите, Элоиза! — нахмурился Себастьен.
— Это реакция на напряжение. Сейчас пройдет.
— Лодовико, фляжка есть?
— Есть вино. Подойдет?
— Вполне. Давай сюда.
В машине нашлась и бутылка, и штопор, и небольшой металлический стаканчик. Его наполнили и дали Элоизе, потом Марни внимательно взглянул на неё.
— Вы в самом деле молодец, и всё отлично. Как вернемся, убежите и будете спать? — спросил он тихо.
— Если честно, есть хочется намного больше. Днем не успели с Анной толком пообедать, а уже ночь. Да и глаза как песком засыпаны. Поэтому доехать, перекусить и потом уже спать.
— Перекусить? Нет, нужно отметить победу. Съездим, поужинаем?
— Но не в таком же виде! — вырвалось у нее.
— Хорошо, переоденемся. Сколько времени вам понадобится?
— Четверть часа, вряд ли больше. Разоблачаться проще, чем вот это все лепить. Очень утомительный образ, право слово. И в подготовке, и в использовании.
Когда доехали, Элоиза вежливо всем улыбнулась, кивнула и побежала к себе — переодеваться. Снять с себя это диво, умыться, вытащить линзы, и… ой, а волосы-то! Мыть долго, сушить еще дольше. Элоиза попыталась собрать их в узел, но, завитые и залакированные, волосы никуда не желали собираться. И премерзко пахли, ясное дело. Черт-черт-черт! Придется оставлять, как есть. Только сбрызнуть ароматической водой, пусть лучше пахнут жасмином. И красно-золотые ногти тоже. Ладно, хотя бы одеться нормально! Черные джинсы, черный топ, тонкая цепочка с замысловатой подвеской, надеть снова свои обычные кольца. Так и быть, чуть-чуть подвести глаза и чуть-чуть пройтись по ресницам. Для порядка. Шарф. Туфли. Помада. Можно идти.
Она вышла в гостиную как раз в тот момент, когда появился Себастьен. Он сменил свою форму на полуофициальные джинсы с сорочкой, впрочем, традиционно белоснежной.
— Вы изумительно точны, — сказали они оба разом. И оба разом рассмеялись.
— Увы, я не успела привести в должный вид голову и ногти. Надеюсь, вас это не расстроит.
— Меня это порадует. Не скрою, ваш традиционный облик нравится мне намного больше той безумной девушки, которая ездила в клуб, но это было совершенно необходимо, и вам отлично удалось перевоплощение. А сейчас вы убрали безумное и лишнее, и оставили лучшую часть того образа. Ваши алые ногти добавляют цвета во все происходящее. А ваши чудные волосы делают вас восхитительно живой.
— Обычно я не живая?
— В последнее время вы обычно деловая. И даже когда приходите ко мне вечером, то всё равно деловая.
— Меня это устраивает, — улыбнулась она.
— Да, я в курсе, спасибо. Но сегодняшняя поездка была ведь тоже по делу, так? Вы, вроде как, сами предложили ее и сами придумали свой сногсшибательный вид!
— Неужели он вам так запал в душу? — хмыкнула она. — Как бы мне не пожалеть об этом, а то ещё подумаете, что это возможно в обычной жизни!
— Постараюсь, чтобы не пожалели. Да и в обычной жизни вы красивее. Идем? — он подал ей руку,
— Идем, — она легко коснулась его ладони пальцами.
    
04. О ерунде
В ресторане «у котов» Марни как будто ждали. Впрочем, как везде и всегда — его пожелания исполнялись мгновенно. Они только успели расположиться за столиком, а перед ними уже материализовались кофе и вино.
— Я не знал, с чего вы захотите начать. И попросил всего понемногу.
— С мясом? — улыбнулась она.
— Как же иначе, — подтвердил он.
На самом деле салат был самый тот, мясо нежное, подливка вкусная, а разговор вполголоса вертелся исключительно вокруг взлома компьютера. Обоим было понятно, что господин Верчеза старается не для себя, но оба они не представляли, для кого же.
— Выход один — тотальная слежка, прослушивание всех его переговоров и полный контроль над его компьютерами. И пока мы не поймем, что происходит, он не должен отследить наш интерес и нас заподозрить.
— Может быть, надо было не отбирать флешку, а следить за обоими? Ведь ничего очень важного там не было.
— Даже не очень важное не должно покидать пределы нашей системы. Иначе непорядок.
— Согласна, но может быть, он попытается еще раз?
— А может быть, ну его пока, и займемся собой? Скажите, милая госпожа де Шатийон, можно позвать вас на свидание?
— На свидание? — удивилась она. — А… что это вот тут у нас с вами?
— Ужин, — с готовностью ответил он.
— Но скажите, чем тогда, по-вашему, ужин отличается от свидания?
— Когда мы с вами ужинаем и обсуждаем дела — ну какое же это свидание? А если вы не можете вот так с ходу отличить одно от другого — то скажите, вас вообще зовут на свидания?
— Еще пока да, — рассмеялась она. — Иногда.
— Черт.
— Ммм?
— И кто же?
— Новенькие. Те, кому не успели объяснить положение дел, и кто не начинает ещё трепетать от одного лишь упоминания вашего имени, — рассмеялась она.
— Даже не знаю, что сказать в ответ. С одной стороны, определенная дерзость всегда вызывает симпатию, с другой стороны, хочется прогнать от вас всех.
— Не берите в голову. Дон Карло давным-давно уже объяснил мне, что ни один разумный человек связываться с вами не станет, а неразумные у нас не задерживаются. Поэтому никто мне не досаждает. Такого, как было в первые месяцы, уже давно и в помине нет. Чему я лично очень рада.