Поводырь (СИ)

Я пообедал, пока Кендал собирал народ, а потом пошел во двор, с некоторым замиранием в сердце и даже тоской думая о том, сколько народу сейчас ломанется из замка. Но…пусть будет так, как оно должно быть. Я сделал все, что мог, и пусть другой сделает лучше меня — так вроде говорили римские сенаторы, сдавая свои полномочия?
Народу во дворе — битком! Стоят, прижавшись друг к другу, напихано — как шпроты в банке! И на стенах стоят толпами, и на крыше конюшни (обрушат же, черти драповые!), и на террасе — но похоже все-таки места всем не хватило. Но ничего, передадут мои слова если что, тем, кого тут не было.
Осматриваю толпу, и магическим способом усиливая голос (ветер мне в помощь!), начинаю:
— Господа! Товарищи… (вот же привычка!) Я вас собрал, чтобы предупредить: нас предали. Предал император, предала страна (гул, охи, ахи…). Имперское войско, которое сюда прибыло, не собирается нас спасать. Они договорились со степняками, отдав им на разграбление и поселение наш город (крики, ругань). На вечное поселение! То есть степняки здесь останутся навсегда. А за это степняки не тронут имперское войско, когда оно начнет штурмовать наш замок. (снова крики, ругательства, проклятия). Вы все знаете, что я нахожусь в имперском розыске. Добавлю — по надуманному обвинению. Император и его приближенные убили моих братьев — подло, вероломно, не оставив им никакого шанса! Им даже не дали погибнуть с оружием в руках — убили, как свиней в забое! (Отец, стоящий рядом, побледнел и закрыл глаза). И вот теперь имперцы пришли за мной и моим отцом. И плевать им, что погибли ваши близкие, плевать, что степняки убили тысячи и тысячи людей империи! Сейчас сюда подошел отряд во главе с генералом, командующим армией. С ним было две сотни латников и двадцать инквизиторов. Как вы думаете, для чего приехали инквизиторы? Правильно! Искать ересь! Пытать вас, убивать, мучить! Я не открыл им ворота, и не открою. И вот что я вам скажу: с дело наше…сложное. Степняков мы отбросим, они не смогут взять замок. Но имперскую армию…это будет очень трудно. Очень. (Если вообще возможно! — шепнул Кендал) Потому я предлагаю — те, кто не хочет участвовать в обороне замке — могут его покинуть. Уйти к имперцам. Сегодня вечером мы разберем баррикаду, откроем проход наружу, и вы уйдете. Но сразу хочу предупредить: сюда вы больше не вернетесь. Даже если будете упрашивать. Вот все, что я хотел вам сказать. Можете спросить, я отвечу. Если смогу.
Молчание. Лица бледные, лица красные, лица хмурые и оживленные. Люди думают. Стихли разговоры, никто даже не кашляет и не чихает. Только слитное сопение сотен и сотен глоток, да глухой звук ударов копыт лошадей, доносящийся из конюшни. Мда…может наступить момент, когда эти лошади превратятся в живые консервы. А что делать? Если есть будет нечего. А осада похоже что затянется очень надолго…
— А куда мы пойдем?! К степнякам, что ли?! — кричит парнишка из задних рядов — И армия нас кормить не будет, а то мы не знаем армию! И дома у нас уже нет! Не гони нас, Глава!
— Да я и не гоню! — отвечаю искренне, без малейшей фальши — Но мне здесь не нужны те, кто будет смотреть на ту сторону! Мне нужны верные люди!
— Мы верные! Верные! — закричали сразу несколько голосов, и толпа загудела. И тогда я повернулся к капитану латников, которых принял вместе с беженцами:
— А вы что скажете, господа? Вы давали присягу императору. Я вам обещал, что не буду вас неволить. Вы вольны уйти, когда хотите. И вот ваш шанс уйти и сохранить свою жизнь!
— Сохранить ли? — криво усмехается капитан, и с сомнением мотает головой — Инквизиторы в нас точно вцепятся. Карьера наша разрушена, а то и сама жизнь! Нас сразу спросят — почему мы не предпочли погибнуть в бою, почему пришли в замок опального чернокнижника. И неважно, что мы спасали свои семьи и семьи своих товарищей. Я знаю инквизиторов! С ними ничего хорошего не сваришь. Так что я остаюсь. Но те, из моих подчиненных, кто готов уйти — я протестовать не буду. Пусть уходят! Остальные остаются с тобой, Глава, и будут тебе служить, как и я. А с помощью Создателя — как-нибудь отобьемся. Ведь с нами правда! А те, с кем правда — побеждают!
 
Латники согласно ударили в грудь стальными перчатками, и толпа довольно загудела. Я кивнул, и продолжил:
— И все-таки я вечером открою ворота. Те, кто захочет уйти — должны стоять возле ворот с вещами в руках. Вам дадут продуктов на два дня, и вы можете унести своих вещей — столько, сколько сумеете поднять и вынести. Никто вам не будет препятствовать. И опять же — подумайте, прежде чем сделаете этот шаг! Назад дороги не будет! Ворота для вас закроются навсегда!
Я повернулся и пошел в замок, не слушая крика ишума. У меня были очень важные дела, гораздо более важные, чем этот митинг.
* * *
— Максим, ты чего гремишь?! — досадую я, когда слышу очередной скрежет — Барби вон ничем не цепляется!
— Так она и поменьше! И видит в темноте как кошка, не хуже тебя, господин! А я на ощупь иду!
Молчу. Забываю, точно. Я-то вижу в темноте почти как днем, Уго — само собой, видит не хуже, и Барби правда видит как кошка. Как Снежка, которая увязалась с нами и радостно скачет рядом с Уго, набрасываясь на него сбоку и яростно пытаясь закусать. Весело засранцам! Для них — все весело! Играют.
Идем долго, незнакомыми переходами — тут я еще не ходил. Поднимаемся, спускаемся, снова поднимаемся. Это самый дальний угол замка. Уго подходит к стене, тычет в нее лапой — я запоминаю, как и что он тычет. Стена отодвигается — бесшумно, как по намазанным солидолом рельсам. Мы проходим вперед, и…я невольно ахаю!
— Ух ты! Ну, ни хрена себе!
Огромное, на самом деле огромное помещение! Мы стоим насамом его дне, а потолок теряется в вышине. Этот зал…нет — ангар! Он похож на амфитеатр вроде Колизея — только без трибун. А еще — я вижу четко обозначенный квадрат на стене напротив нас. В сотне метров от нас. Или больше чем сотня? А еще — «арена» имеет что-то вроде пандуса, снижающегося к…»боксам»?! Я не знаю, как это назвать, но ведь это боксы!
И тут же вдруг вспоминаю примерную схему замка — стена, которая его окружает, сам замок, и что там, снаружи? Опа! Снаружи площадка! Большая такая терраса! Я еще некогда удивлялся — и зачем ее сделали?! Кто это додумался сделать такую площадку, какой в ней смысл? Если и забраться на нее нельзя, стены отвесны и никакой лестницы нет!
— Смотри, брат! — радостно возопил Уго, и черной молнией бросился через всю «арену» к тому самому квадратному пятну на стене. За ним следом жалобно мяукая и мысленно ругая своего «парня» помчалась Снежка, но явно за ним не успевала. Уго превратился с совершеннейшую черную пантеру, и скорость у него была под стать этому хищнику.
Примчавшись на место, Уго снова потыкал лапой в стену, и…позади меня тихо пискнула Барби и прикрыла глаза ладонями. Как и я. После тьмы подземелья хлынувший в «пещеру» свет нас просто-таки ослепил. Дверь открывалась все шире, шире…и вот перед нами уже ровная площадка…аэродрома! А чем еще можно назвать ЭТО?! Или вертолетной площадкой на худой конец…
Я знал! Я так и знал! Вот почему этот замок такой крепкий, так пропитан магией! И вот откуда здесь взялись яйца драконов! Если только это яйца… Это их дом! Тут они жили, отсюда вылетали на простор! Тут они рождались, а может и умирали.
И сейчас я в этом постараюсь убедиться. И я зашагал туда, к «боксам», каждый из которых легко мог в себя вместить как минимум здоровенный грузовик, а по высоте — так и океанскую яхту очень даже приличного размера.
 
Вездесущий Уго уже был здесь. И открыл нам один из боксов — до других, как он сказал, лапы еще не дошли. Но скорее всего комбинации кода будут абсолютно одинаковы с этим кодом. Но он еще не пробовал.
И час, не меньше, мы рассматривали площадку, на которой когда-то спал дракон, кормушку, в которую ему клали еду (как они ее доставляли сюда, надо еще разобраться!), туалет! Да, тут был туалет! Здоровенная дыра, уходившая куда-то в стену. Подозреваю — труба уходила в ров, где речные твари с удовольствием позавтракают драконьим дерьмом. В общем — все было великолепно продумано, и я думаю — мы еще не все здесь увидели. Должны быть ясли для молодых драконов, должны быть склады, в которых хранятся туши для кормления этих живых штурмовиков, уверен — здесь есть что-то вроде лифта, который нужен чтобы доставить туши наверх, в «Гнездо». Да, так и буду звать его — Гнездо. Иначе и не назовешь!