Любимая пешка короля

В приемной сидела Шурочка – помощник гендира. Хотя наш гендир сам кому хочешь поможет. Его даже наши юристы боялись. А уж они у нас реально отмороженные. Первому заму Шурочка тоже помогала. Широкой души человек. Мне она, кстати, нравилась. Выглядела, как кукла Барби, но при этом была на редкость вдумчивой барышней. Она была в курсе всех интриг и сплетен, ловко лавируя между группировками фирмы, как опытный слаломист.
– Ты чего так долго? – шикнула на меня хозяйка приемной. – Он сегодня не в себе. Будь поаккуратнее.
Денис Вадимович ассоциировался у меня с гиеной. Не с Геенной Огненной, а с обычной гиеной – лопоухой, кривозубой, взъерошенной и с вечно гадко ухмыляющейся пастью. Он, как всегда, был в идеальном костюме. Представьте гиену в костюме от BRIONI. Думаете, это смешно? Нет, это страшно. Но мы не привыкли отступать. Будущему начальнику HR-управления не по статусу бояться.
– Здравствуйте, Денис Вадимович, – поприветствовала я шефа. – Вызывали?
– Почему же "вызывал"? – зам поднялся из своего кресла и пошел в мою сторону. – Приглашал, Алёна Егоровна. Приглашал. Проходите, присаживайтесь.
Он выдвинул кресло по правую руку от своего и придвинул его мне. И остался стоять за спиной.
– Вы, Алёна Егоровна, сегодня прямо цветете, – он опустил ладони мне на плечи. – Есть повод? – произнес он с заигрывающими интонациями и погладил меня по рукам.
До меня внезапно дошло, что имелось в виду под «быть не в себе». Видимо, это когда он хочет войти в кого-то другого. В меня, например.
А может, ему неважно. Просто я ему под руку подвернулась. Под две. Которые слегка сжали меня чуть выше локтей.
Не для тебя я цвела, гиена криволапая.
Я повела плечами, пытаясь высвободиться, свести ситуацию к легкой двусмысленности. Но мне дали понять, что никакой ошибки нет.
– Я тут подумал, – заговорил приторным тоном Муфлон Вадимович, – что из вас, Алёна Егоровна, мог бы выйти замечательный начальник управления. Мы могли бы стать отличной командой, – он прижался подбородком к моей макушке, и меня передернуло от омерзения.
Я развернулась к заму, попутно выворачиваясь из его лап.
– Такое неожиданное предложение, – я натянула на губы улыбку. – Я не готова принять его так сразу. Нужно подумать.
– Подумайте. Конечно, подумайте! – с обычной гаденькой улыбочкой ответил Звягинцев, разглядывая мою грудь. – Только думайте не очень долго. Сроки акции ограничены. 
– И когда?..
– В четверг, – он сжал мое запястье. – Уверен, вы примете правильное решение.
– Благодарю  за оказанную честь, – я склонила голову.
Каким бы оскорбительным ни было предложение, не стоит швырять дерьмо на вентилятор. Тому экскременту, что стоял передо мной, от этого хуже не станет. А вот сама могу запачкаться. К тому же до четверга «акция» может рассосаться сама собой. А я уже со всеми отношения испортила. Плохой он или хороший, он – начальник. Начальники – как родня, их нужно принимать такими, какие они есть.
Или уходить с работы.
– Что-то ты, мать, совсем не своя, – Шурочка даже из-за стола привстала. – В конец озверел?
Я кивнула, с трудом сдерживая смех. Это же какой талант нужно иметь, чтобы так точно попадать в ситуацию? Не своя я. Мне только что показали, что себе я не принадлежу.
Ну, и про животных и конец тоже в тему.
И ведь сон-то как в руку! Только не красавчик, а Денис Вадимович. И не в спальне, а в кабинете. И не я его, а он меня. А в остальном – один в один.
Я поплелась в свой кабинет, уговаривая Универсум пойти мне навстречу и послать нашему сайгаку газель погрудастее. Он же, тварь пятнистая, злопамятный до одури. Фактически, передо мной поставили выбор: или к нему в постель, или на улицу по собственному.
Мне было так жаль себя, что я чуть было не разревелась.
Это несправедливо!
Я семь лет здесь отработала. Я всех знаю. Я привыкла. А теперь из-за гада, который жаждет оказаться не в себе, я должна уволиться.
Мозг в панике пытался найти решение. Я же HR. И у меня есть время до четверга. В том, что касается людей, я должна находить выход из любой ситуции.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И как минимум один у меня есть всегда. Взгляд автоматически скользнул на входную дверь с надписью «выход».
  
Сон № 2
Настроение было ни к черту. Дорамы не смотрелись, книги не читались… Мороженое елось, да. Напоминая о приятном сне. В общем, от тоски я приняла душ и легла спать пораньше.
И что вы думаете?!
Мне опять приснился он.
Кровать была та же. Мужчина был тот же. Но теперь он не лежал, а сидел. На нем была шелковая рубашка со шнуровкой на груди и широкими рукавами. И черные кожаные штаны. Подсознание решило меня порадовать. Напоследок. И я была ему благодарна за утешительный приз.
– Привет! – сказала я, усаживаясь на кровать. – Как у тебя настроение?
Если мозг в этот раз подал блюдо одетым, возможно, он имел в виду, что нам сначала нужно поговорить.
– У Вашего Величества, – поправил он.
– У нашего величества и величества-то совсем нет. Не то что настроения, – поделилась я и протянула руку к его лицу, чтобы поправить сползшую на лоб темную прядь.
Он перехватил кисть на подлете.
– Мы – Наше Величество Эльиньо Третий, – наставительно сказал он.
– Ух ты! – восхитилась я. – Какая запущенная патология. А у тебя чего больше: шизофрении или мании величия? Впрочем, у такого мужчины всё должно быть большое!
Интересно, что подсознание хотело сказать мне этим вывертом? Предупредить, что завтра меня ожидает повышение градуса неадеквата?
Красавчик сложил длинные ноги по-турецки и навис над ними широкими плечами.
– Это был сарказм? – поинтересовался он.
– Умный, – вынуждена была признать я. – Больной на голову, но умный. И красивый.
– Ты совсем ничего не боишься?
– Боюсь. Боюсь, что через три дня я останусь без работы. Это меня очень огорчает.  А Ваше Высочество чего боится?