Шутка Вершителей
Дальше дорога прошла спокойно. Даже одинокий лобан, появившийся почти перед посёлком, уже не всколыхнул нас так, как это сделал оползень, и к вечеру мы вошли на территорию общины.
Несколько бородатых охотников встречало своих собратьев. Но, увидев нас, они заволновались.
Ваухан? Вдова Тибо? Они же уехали. Кто там в носилках? Бедная девочка, — услышала я от них.
Можете сейчас добежать до общинного дома и позвать мэтра Сильва? — крикнула я им. — Скажите, что это очень срочно! Просит Рокайо Ганн!
Один из встречавших нас охотников кивнул, развернулся и побежал вглубь поселения, туда, где стоял общинный дом.
Несших Авидею мужчин быстро сменили другие, и мы быстро-быстро пошли за ними вслед, хотя мои ноги уже заплетались от усталости. Подъём нам дался тяжелее, чем спуск. Возле дома родителей охотники притормозили. Отец достал из-под порога ключ и отпер дверь. Потом быстро разжёг повсюду огни, и охотники внесли Авидею внутрь. В доме было холодно и сыро. Отец присел рядом с печью, пока я показывала мужчинами, куда переложить с носилок дочь.
До свидания, вдова Тибо. Извините, если что не так! — сказал мне, прощаясь, глава артели.
Всё так, Вам не за что просить прощение, это вам всем спасибо! Если бы мы стали подниматься в горы одни, то не знаю, даже, как всё могло обернуться! — эмоционально ответила я ему. — Слава Великой Аде, что вы находились там, на почтовой станции!
Мы тепло распрощались и с остальными, только вот рыжий охотник от чего-то замедлился, как-будто бы не хотел уходить. Он смотрел то на меня, то на отца, но Ваухан сидел спиной к двери, пытаясь разжечь костёр, а Бертин крутился рядом с ним.
Вы что-то хотели? — спросила я. И мужчина покачал головой, развернулся и ушёл.
Пока я переоделась, укрыла тёплым одеялом Авидею и поставила вариться бульон из птицы, что хранилась на леднике, прошло какое-то время. А потом раздались крепкие шаги по дорожке от калитки до двери. В оставленною открытой дверь вошёл мэтр Сильв. Он был в щегольском пальто, шляпе и опирался одной рукой на фигурную трость. В другой его руке был кожаный саквояж, отделанный мехом бера. Теперь в этом мужчине можно было опознать столичного модника и придворного щёголя. В лекарской он был просто целителем с мощными руками и шеей.
Здравствуйте, мэтр! — сказала я и приняла его одежду, повесив на вешалку возле дверей.
Что тут у нас? — без всяких церемоний мэтр подошёл к Ави.
Вот горячая вода, — я протянула ему таз и полотенце. Мэтр быстро вымыл руки и начал осмотр дочери.
Симптомы?
Безсвязная речь, быстрая потеря сознания, пена изо рта, — начала перечислять я.
Что-нибудь ещё? — мэтр щупал живот.
Странное красное пятнышко под мышкой, похожее на укус насекомого. Потом прошло.
Узлы не набухали?
Нет.
Нужно её раздеть и внимательно осмотреть все кожные покровы!
Отец! — позвала я отца, чтобы тот помог перенести мне дочь наверх, в спальню.
Не нужно! — сказал мэтр Сильв, и, подхватив Авидею на руки, словно пушинку, сказал: — Показывайте, куда!
Мы внесли Авидею в её комнату. Оказалось, что там было разбитое стекло, в паутине трещин: то ли ветка с ближайшего дерева отлетела в окно, то ли пыталась влететь большая птица. Комната была выстужена. Весна в наших предгорьях всегда сыра и холодна!
Несите её в другую! — мэтр безропотно понёс Авидею в комнату напротив. Это была бывшая комната Милады, которая со времён бегства моей сестры стояла пустой. Мэтр носком дорого ботинка пнул дверь, и та, словно нехотя, открылась.
Сюда? — спросил он, и, дождавшись моего кивка, уложил дочь на застеленную кровать. Мы живо начали раздевать её. Мэтр спустился вниз за своим саквояжем, вынул из него два увеличительных стекла и начал осмотр Авидеи. Второе протянул мне:
Вы же не только мама, но и целитель! Ищите что-нибудь… Не важно, что! То, что покажется Вам подозрительным!
У Вас уже есть идеи, мэтр?
Есть. Где всё произошло?
В королевском дворце.
Я так и думал. До меня дошли сведения, что Вы туда отправились. Потом расскажете мне про обстоятельства, а сейчас ищите!
Мы с мэтром склонились над спящей Авидеей. Каждый участок её кожи был изучен нами с великим тщанием. Я копалась в её волосах, пытаясь и там отыскать неведомые для меня признаки этой странной болезни. Но ничего не находила. Отец, вместе с Бертином, уже несколько раз заглядывали к нам, но, ничего не говоря, удалялись вниз.
Вот оно! — вдруг вскрикнул мэтр и встряхнул своею густой гривой. Я подскочила с места и посмотрела туда, куда и мэтр. Между мизинцем левой ноги и безымянным пальцем виднелся красный бугорок с чёрной точкой посередине.
Что это, мэтр?
Тропическая беда, Рокайо, очень плохая беда! Доставай инструменты, скальпель и щипцы. Будем вынимать из кожи моргуанского клеща.
Я быстро приготовила инструменты, обработав их амброзией и накалив над горелкой. Мэтр осторожно, скальпелем, проткнул набухшую кожу. Авидея вздрогнула и застонала.
Терпи, детка, терпи!
Потом он взял маленькие клещи и начал осторожно тянуть что-то мелкое и пакостное из ноги дочери.
Рокайо, давай сюда пробирку с амброзией!
Я протянула мэтру маленький сосуд, и он кинул в него чёрное нечто с множеством мелких лапок и длинным хвостом. В амброзии это существо быстро затихло.
Заспиртуется, и я рассмотрю его под королевским Увеличителем! — так назывался новый прибор, изобретённый совсем недавно. Говорили, что в нём видно маленькую мошку всю: от щетинистых лапок до перепончатых крыльев!
И что дальше, мэтр?
А теперь нужно ждать, Рокайо.
Чего?
Если Авидея не очнётся в течении двух дней, то дело плохо. Моргуанский клещ разносит очень плохую болезнь: эльгу. На Островах её называют чёрный мор. Когда всё случилось?
Пять дней назад.
Вот нужно подождать ещё два. Эльга начинает развиваться через семь. И потеря сознания — это один из её признаков!
А ничего нельзя сделать? Неужели нет лекарства? — я в отчаянии сжала руки.
Давай дождёмся, Рокайо. Бывали случаи, что после укуса моргуанского клеща люди приходили в себя достаточно быстро. А пока обеспечь ей обильное питьё и хороший уход. Впрочем, ты сама знаешь! А теперь я пойду. Вам нужно отдохнуть с дороги, а мне — порыться в своих старых записях. Покойной ночи!
Часть третья. Глава десятая.На следующее утро мэтр Сильв был уже у нас, когда мы ещё не успели проснуться.
Ну, что? Как дела у нашей подопечной? — бодро спросил он у меня, но проступившие скулы и тёмные тени под глазами показали мне, что мэтр ещё не ложился.