Шутка Вершителей
Добившись от родных обещания молчать, я, конечно, не успокоилась. Нужно было купировать такие казусы в зародыше. Я спустилась в подвальную кладовую, перебрала старые запасы трав и решила сварить себе особенное зелье, от тошноты при беременности. Единственное, пить долго его было нельзя. Семь дней через семь, а потом можно начинать заново. Иначе — выкидыш! Да, я как лекарка могла и вытравить своё дитя из утробы, но только об одной мысли об этом я приходила в ужас! Это было противно самой женской природе, кощунством и грехом! Я знала некоторые истории из жизни знати в нашей столице, когда незамужние дочери богатых придворных вели беспутный образ жизни, а потом убивали своих нерождённых детей. Я их осуждала и презирала. Дитя же не виноват, что мать не умеет держать свои ноги сомкнутыми!
Через какое-то время отвар был готов. Я поставила его на подоконник остыть и настояться. Хлопнула дверь: Авидея побежала на свидание. Бертин спустился на ужин. Покормив сына, я зашла в комнату отца. Тот сидел, опустив голову и уставившись куда-то в пол.
Папа? Ты чего? — я увидела, как слеза скатилась по его лицу.
Да так… Вспомнил маму и рождение твоё и Милады. Мы были так счастливы… Так счастливы!
Папочка! — я бросилась в объятия к отцу, и из моих глаз тоже потекли слёзы. — Всё теперь будет хорошо! Я обещаю тебе!
Часть треть. Глава четвёртая. Мэтр Сильв.Мне тяжело было долго оставаться без работы. Я не привыкла к безделью. Да и рукоделие никогда не было моей сильной стороной, несмотря на науку матери. Я сходила ещё раз на приём к Арьяне и попросилась обратно в лекарскую, хотя бы помощником.
Хорошо, Рокайо Ганн. Сходи к мэтру. Он уже знает, что прежняя лекарка вернулась. Если договоритесь с ним, то я не против. Правда, деньги там будут другие. Согласна?
Конечно, глава. Но и ответственности поменьше, не так ли?
Вскоре я стучала в дверь когда-то бывшего моим, кабинета.
Ещё рано! Зайдите позже, если не умираете! — рявкнул из-под дверей густой бас. — Приму всех через час!
Я опять постучала.
Да кому ж там не терпится… — дверь распахнулась, и я увидела громадного мужчину с гривой седых волос. Он был не просто громадным, а каким-то непропорциональным. Крупная голова казалась ещё больше из-за густых и вьющихся седых волос, а его плечи были настолько широки, что, казалось, они не вместятся в дверной проём, если он захочет сейчас выйти. Руки его бугрились мышцами, а кулак был настолько огромен, что по размерам как раз почти соответствовал голове. — Я же сказал, девушка, зайдите позже… — и мужчина начал закрывать дверь перед моим носом, но я уже сделала шаг вперёд, переступая порог. — Наглая, значит.
Мужчина скрестил руки на груди и отошёл, впуская меня в лекарскую. Я осмотрелась. С моего вечернего проникновения тут ничего не поменялось. Мэтр был чистюля и педант. Других в нашей профессии и не бывает.
Нравится? А теперь к делу. Что у тебя стряслось дорогуша! Только давай поживее… Мне нужно дописать важную записку в столицу.
Я подошла к стулу для больных и уселась на него, выпрямив спину.
Да-да, конечно, присаживайся. Что там болит? Голова, зуб, живот? Сбился цикл?
Я про себя засмеялась. Цикл, конечно, сбился, только тебя, мэтр, это никак не касается!
Ну? — мужчина уселся напротив меня за стол и взглянул из-под кустистых седых бровей. Его крупный нос напомнил мне сырой бабат в розоватой кожуре.
Здравствуйте. Меня зовут Рокайо Ганн.
Здравствуйте-здравствуйте, Рокайо… А меня — Клодиус Сильв… Представились? Вот и хорошо… К делу, милочка, к делу. Не понимаю, ты стесняешься? Лекарей не нужно стесняться, мы даём клятву Аде, что будем хранить все секреты своих подопечных до смерти. Ну, так что там у тебя? Кишечные колики, понос, почесуха?
Мэтр, я же представилась, — мне хотелось смеяться уже в голос. — Я — Рокайо Ганн!
Рокайо Ганн… Рокайо Ганн… Извини, дорогуша, не припомню. Ты записывалась ко мне на приём и я забыл?
Арьяна сказала, что Вы должны быть в курсе…
В курсе чего? — А-а-а-а-а… — откинулся назад мэтр Сильв, задорно тряхнув чёлкой. — Старенькая ленкарка… Я думал, что ты гораздо старше, поэтому сразу не понял. И чего ты хочешь, Рокайо Ганн? Чтобы я убрался отсюда и освободил бы тебе место? У?
Что Вы, мэтр Сильв, я понимаю, что община не стала бы ждать меня так долго. Но Арьяна разрешила мне занять место Вашей помощницы…
И где же ты так долго шлялась? — лекарь посмотрел на меня пристально. Опять.
Я ездила учиться. Далеко отсюда. А потом работала в одном месте… В общем, совершенствовала навыки по лечению рваных ран.
Это место настолько секретно, что ты его не хочешь называть?
Да нет, просто не думала, что это будет Вам интересно.
А мне будет…
Ну-у-у, это Высшие лекарские курсы при университете в Деменеции.
Да? Забавно. Они же давно закончились.
Я же потом работала.
А-а-а… Ну, понятно тогда. Лечение рваных ран?
Да, я же сказала…
В лекарской стихло.
Ну, хорошо, Рокайо Ганн. С завтрашнего дня можете присту…
Мэтр Сильв! Мэтр Сильв! Помогите! — в коридоре раздались громкие крики, перемежающиеся рёвом испуганного ребёнка. Дверь распахнулась, ударив по стене, и двое молодых мужчин в зимней одежде внесли полураздетого малыша лет пяти на импровизированных носилках из шерстяного покрывала, одним концом которого мальчик и был укрыт.
Помогите! Стая сумархов, оголодав, напала на сына и почти оторвала ему ногу! Спасите! Умоляю!
Мэтр откинул конец покрывала и взглянул на то, что под ним пряталось.
Рокайо, взгляни, пожалуйста. Ты же специализировалась на рваных ранах? Вот тебе как раз одна из таких ран.
Я подошла к ребёнку и взглянула: ужасное месиво из костей, плоти и крови едва не вызвало во мне рвотного позыва. Но я быстро вынула из маленькой поясной сумочки настой и сделала глоток. тошнота тут же прошла.
На стол его, быстро! — скомандовала я мужчинам. Затем быстро вымыла руки в умывальнике, накинула халат, достала мальвазею и начала обрабатывать ею пальцы и ладони. — Посторонним выйти! Мэтр Сильв, доставайте инструменты и эфирную траву.
Будем зашивать?
А как же! — подмигнула я ему и взяла в руки поданный мне пинцет с тампоном из мягкого волокна.
Шили мы долго, но чётко. Гость оказалась цела. А вот плоть была почти отрвана от ноги. Как мальчонка ещё не умер от болевого шока!
Как там сын? — первым делом я столкнулась с папашей в коридоре, когда вышла из лекарской.
Жить будет. Смотрели бы за дитём лучше…
Спасибо, вдова Тибо… Спасибо Вам… Я на охоте был, а ты знаешь мою клушу. Ей бы только крестиком вышивать да мечтать о небесных пряниках… — и я пригляделась внимательно к молодому мужчине. Это был муж моей соученицы Ирмы Варн Диорн. Она и в школе отличалась рассеянностью и была не от мира сего. Все ещё, помню, удивлялись, как один из молодых и сильных охотников на шатуна умудрился жениться на такой недотёпе.