Шутка Вершителей

Я защищена от многих болезней, отец. Спасибо Арьяне и Верховным. Но на всякий случай поберегусь. Отец, помой тщательно руки и обработай кожу при помощи моего настоя зеленухи. А потом, пожалуйста, сделай задания с Бертином, и присмотри за Авидеей. Охотник был вхож в наш дом. Стоит посмотреть, что там у него за зараза завелась. Ведите, мэтр!
И мы отправились с мэтром по улице нашего поселения. И дорога привела нас в мой дом! Так вот где остановился на постой рыжий!
Как дела? — спросил мэтр у какого-то мужчины. Я поняла, что он тоже здесь находился на постое. Арьяна всё же заселила охотников, не поместившихся в общинный дом, ко мне.
Бредит. Горячка у него. Я обтёр его, как Вы велели, господин Сильв, но лучше ему не стало.
Я надела перчатки и обвязала голову платком. Длинные рукава и так скроют мою кожу от возможной болезни.
Никого, кроме нас, в дом не пускайте и сами никуда не ходите…
Но как же ж, госпожа, мы сегодня идём на лобана… Пока детёнышей нет — самая охота…
Обойдутся без Вас, мэтр…
Если заболевание заразное, то Вам, Интон, следует посидеть дома. С вожаком я договорюсь…
Надеюсь, я пропущу только эту охоту?
Да, приятель. Если Вы здоровы — то да.
Не волнуйтесь, — добавила я, — мы не осматривали больного, и не знаем точно, чем он болен.
И мы прошли в дом. Я приятно удивилась чистоте и порядку. Единственным изменением в доме стали мужские куртки, плащи и сапоги, стоящие в прихожей. И запах, характерный запах нескольких мужчин. В этом доме давно так не пахло.
Мэтр уверенно поднялся на второй этаж и вошёл в открытую дверь нашей с Тибольдом спальни. Я вошла вслед за ним. За мной слышались шаги нашего нового знакомца, Интона. А на моей кровати раскинул руки и стонал рыжий охотник.
И долго он так? — спросила я.
Так с обеда, как пришёл. А ещё шепчет что-то не по нашему.
Не по нашему? — я внимательно посмотрела на охотника. Он весь горел. Это было видно и без тщательного осмотра. — Мэтр, давайте проверим сыпь.
Мэтр осмотрел руки и ягодицы рыжего.
Это не почесуха.
Вы уверены?
Да, во дворце была один раз эпидемия. Одна очень любвеобильная фрейлина королевы стала разносчиком. Долго я промучился, пока вычислил источник заразы.
Тогда что? Чёрный мор? Он тоже с сыпью…
Не подходит. Тогда бы болело уже пол поселения.
Может, заболел кто-то ещё?
Он крутился последние дни только рядом с вами, Айо. Первыми после него заболели бы вы с отцом, твой сын и дочь. Вообще-то Верховные утверждают, что победили болезнь, и она нам лет триста ещё не грозит…
Лет триста, мэтр? Они слишком самоуверены…
Так на это у них божественная воля нашей Ады Всеблагой…
Вензосилиэти… Амоканрилло… — забормотал тут рыжий охотник, и мне сразу же захотелось поговорить с Арьяной. Но пока не поставлен диагноз, выходить из дома мне было нельзя.
Дайте-ка, я взгляну.
Я нагнулась над рыжим. было видно, как глаза его бегают под полузакрытыми веками. Классическое проявление бреда от высокой температуру! В таком состоянии человек не способен себя контролировать, и подсознание само выдаёт все секреты личности. Я посмотрела на сыпь.
Мэтр, а не было у нас в посёлке случаев детской краснушки?
М-м-м… Дай вспомнить, Айо… Дай вспомнить. Кажется, на прошлой неделе мне одна пациентка жаловалась на малыша, у которого была краснушка в лёгкой форме!
Интон, послушайте, — продолжила я, глядя на охотника. — Болезнь не заразна, но Вам придётся остаться и поухаживать за вашим соседом. Я приготовлю отвары и мази. Напишу график, и Вы должны будете его соблюдать где-то седмицу, а, может, и всего пяток. Больной поправится, и, думаю, отблагодарит Вас, компенсируя вынужденный простой! А мы с мэтром в этом Вам поспособствуем!
Я договорила, развернулась и направилась к выходу. Мне срочно нужно было выяснить кое-что! И я знала, кто мне в этом поможет.
Аряна Сугиста вела приём посетителей. Около десяти человек, стоя и сидя, собралось у её кабинета. Но я не стала ожидать разговора с ней в очереди.
Мне срочно, — коротко ответила я возмущённым моим нахальством посетителям, некоторые из них раньше были моими пациентами, — это по делу.
Рокайо? — вскинулась из-за стола Арьяна. Она мгновение назад читала какую-то бумагу, которую положила на стол текстом вниз. — Что-то случилось?
Да! — воскликнула я и хлопнула дверью кабинета главы нашего поселения. — Это точно он, Арьяна! Точ-но!
Подожди, подожди… Он — это кто?
Этот рыжий… Как там его… Фейленд… Но он на самом деле не Фейленд! Вот! Это он!
Ты уверена? Я же ответ на своё письмо ещё не получала…
А он и не нужен, — ответила я и уселась напротив главы. — Вы где-то ошиблись: он прошёл сюда и обошёл Ваши ловушки. И теперь я не знаю, что мне делать. Сейчас он ещё без сознания, но потом… Я не могу уехать отсюда, дочери нужно лечение, значит, уехать должен он… Увезите его! Куда-нибудь!
Тише, Айо, тише… Ничего не поняла, но испугалась, — пошутила глава. — Куда кого я должна увезти?
Его… подальше… — и тут такая тоска, просто страшная тоска скрутила меня, и я заплакала. Правда, длилось это недолго.
На, попей водички, — протянула мне Арьяна кружку с водой, — и успокойся! А теперь давай, рассказывай, что происходит?
Он заболел… Мэтр сказал, что он умирает… нужна консультация, ну, мы и пошли… Вдруг зараза, как чёрный мор. А там — детская краснушка, — я икнула.
Детская краснушка у взрослого мужчины?
А чего удивительного? Помнишь, как ты снабдила меня множеством амулетов? — я опять перешла на “ты” с главой. — И один из них как раз и был от неизвестных болезней?
Да…
У моего мужа такого амулета не было. И, столкнувшись с носителем, он заразился… Ребёнок у нас в общине болеет… У нас же только дети… Взрослые — уже нет!
Может, он жил обособленно..
Так он бредил на языке Вензоса! Сказал: “Вензос, благослови воина” и “Как же жарко” на своём языке!
Ты уверена?
Голову даю на отсечение…
Тогда идём…
Мы вышли из общинного дома. “Приём окончен!” — крикнула Арьяна ждущей публике, и те с возмущением начали расходится. А мы, чуть ли не бегом, отправились обратно в мой прежний дом.
А мэтр уже ушёл, — встретил внизу нас этой фразой Интон.
Показывай своего болезного друга, охотник!
Так он где был, там и лежит… Всё бредит. Госпожа же знает, — показал мужчина на меня пальцем. Мы поднялись в комнату. Рыжий лежал укутанный одеялом, и мелко дрожал. Глаза его открылись и закрылись, а потом он широко распахнул их и уставился на меня.