Программа за Выживание

— Ах, и еще одно, — остановила ее женщина, подняв указательный палец. — Уважаемые коллеги, Воскресенская — это моя девичья фамилия. Я совсем недавно вышла замуж за любимого мужчину и теперь впредь прошу обращаться ко мне, как к Сорокиной Ларисе Дмитриевне!
Мужчины закивали, словно болванчики, а Изонова, больше не в силах сдерживать свой позор, вылетела из зала. Но Инна Игоревна не смогла так быстро покинуть здание телеканала, у входа женщину задержала охрана и попросила подождать. Через несколько минут в холл спустилась Лариса Дмитриевна, за которой следом шел бывший ассистент Изоновой, Сеня, с небольшой коробкой в руках.
— Я не могла не проводить Вас, Инна, — улыбнулась ей Сорокина, останавливаясь в нескольких шагах от женщины. — А еще Арсений любезно согласился собрать все Ваши, немногочисленные, вещи! — произнесла она и парень тут же всучил легкую коробку в руки Изоновой. Внутри были лишь две пары одинаковых туфель, кактус и несколько книг, которые Инна так ни разу и не прочла.
— Вы пожалеете, — зло выплюнула она и с лица Сорокиной в эту же секунду исчезла улыбка.
— О нет, пожалеешь ты, если еще хоть раз попробуешь использовать мою дочь или навредить хоть кому-нибудь из моей семьи! — прошептала она, чуть наклонившись к ней. — Удачи, Инна! — снова с улыбкой произнесла Лариса Дмитриевна и, пройдя мимо Изоновой, вышла из здания телеканала. Ей пора было ехать к семье.
    
Глава 54
Как бы Костя и врач не уговаривали Лидию Борисовну задержаться в больнице еще на несколько дней, женщина наотрез отказалась. Поэтому, в субботу утром Горин забрал маму из частной клиники, получив указания от ее лечащего врача — никаких нагрузок на сердце, полный покой и только положительные эмоции. Костя хотел следовать всем указаниям врача, но его мама смогла нарушить одно из них, как только вышла из больницы.
— Как ты знаешь, Костя, у меня было время подумать, пока я бездельно лежала в этой ужасной больнице, — начала разговор Лидия Борисовна, останавливаясь у машины и смотря на сына, который открыл для нее дверь. — У меня есть кое-какие сбережения, мы сможем нанять хорошего адвоката и сохранить ферму. А еще, я думаю, тебе стоит позвонить Насте, — кивнула женщина, смотря в васильковые глаза сына.
— Давай поговорим об этом позже, — вздохнул Костя, придерживая мать за руку и помогая ей сесть в машину. — Когда приедем домой.
— А почему мы не можем поговорить об этом сейчас? — недовольно спросила Лидия Борисовна, дождавшись, пока Горин обойдет машину и сядет на соседнее с ней водительское сидение.
— Дома тебе юридическим языком объяснят почему у нас нет шансов выиграть дело, — ответил мужчина, заводя машину и выезжая с территории фермы.
— И кто же мне это должен объяснить? — недовольно поджав губы поинтересовалась Горина, уже прекрасно осознавая, что ответ ей явно не понравится.
— Аня.
— Аня, значит, — кивнула женщина, сложив на груди руки. — Костя, тебе двадцать восемь лет, а ты наступаешь на одни и те же грабли уже который раз! — не в силах сдержать эмоции воскликнула Лидия Борисовна устав, что ее сын никак не может избавиться от своей дурацкой привычки держаться за все, что излучает стабильность, грусть и скуку.
— Один раз я послушал тебя и что из этого вышло? — в тон ей произнес мужчина, выезжая на трассу. — Теперь, благодаря тому, что я слушал зов сердца, а не думал головой — моей ферме конец! — разозлено воскликнул он, сильнее сжав руль.
Лидия Борисовна помолчала с минуту. Ей было больно и обидно за сына, она понимала его состояние и смешенные чувства, которые он испытывал, но… Женщина до сих пор не могла поверить, что та прекрасная девушка, с добрыми глазами и совершенно искренними чувствами к ее сыну, могла его предать.
— Тебе стоит позвонить Насте, — тихо произнесла Горина, смотря перед собой на свободную трассу и деревья, которые проносились мимо.
— Нет, — четко произнес Костя.
— Меня огорчает то, что ты так легко поверил в сказку, что любимая женщина тебя предала, — спокойным голосом произнесла Лидия Борисовна, поворачивая голову и смотря на напряженный профиль сына. — Тогда грош цена твоей любви!
— Я ее не люблю, — покачал головой Костя, продолжая смотреть вперед на дорогу. — И да, я поверил, потому что слышал ее слова собственными ушами!
— Это смешно, — фыркнула женщина, качая головой. — Мы живем в век технологий, и я больше, чем уверена, что та запись смонтирована!
— Закончим этот глупый спор, — произнес мужчина и всю оставшуюся дорогу больше не произнес ни слова.
Дома, Константина с Лидией Борисовной, ждала Анна. Она стояла на веранде и с улыбкой на лице встречала любимого мужчину с его матерью. Конечно, женщина понимала, что так просто у нее не получится наладить отношения с Гориной, но ради Кости она была готова пойти на уступки. В конце концов им же не с ней жить, а видеться они будут лишь по праздникам и то не всегда. Громова уж постарается на это счет.
— Костя, Лидия Борисовна, добро пожаловать домой, — улыбнулась молодая женщина, поцеловав мужчину в щеку. Она потянулась к Гориной, чтобы обнять ее, но та пронзила ее таким недовольным, даже презрительным взглядом, что Анна осеклась и сделала неловкий шаг назад.
— Как Вы правильно заметили — это наш дом и, не кажется ли Вам, Анна, что погостили и хватит, — как бы невзначай заметила Лидия Борисовна, проходя мимо расстроенной женщины. — Тем более, в Ваших услугах мы больше не нуждаемся!
— Мама, — попросил Костя, но женщина лишь отмахнулась.
— Вы правы, в моих услугах вы больше не нуждаетесь, потому что сделка аннулирована, — вздохнув произнесла Громова, смотря в васильковые глаза. — Мне позвонил представитель телеканала и, извинившись за некомпетентного сотрудника, сказал, что больше никаких видов на землю они не имеют, — пожала плечами Анна.
Лидия Борисовна самодовольно усмехнулась и вошла в дом, женщина каким-то необъяснимым образом даже для самой себя знала, что без вмешательства Насти здесь явно не обошлось. Не зря же девушка так неожиданно уехала в Москву и до сих пор не вернулась.
— Погоди, ты можешь рассказать подробно? — попросил Горин, присаживаясь на садовые качали и укрывая пледом ноги, присевшей рядом с ним Громовой.
— Да тут особо нечего рассказывать, — пожала она плечами, кладя свою ладонь поверх ладони мужчины, оставляя ту лежать на своих коленях. — Пару часов назад, как только ты уехал, мне позвонили. Какой-то мужчина, он даже толком не представился, сказал, что не смог тебе дозвониться и совершенно случайно нашел в старых документах Изоновой мой номер, — начала рассказывать Анна, любуясь сосредоточенным волевым лицом Горина. — На самом деле все это неважно, Кость, — покачала головой Громова, с нежностью во взгляде смотря на него.
— А что, по — твоему, сейчас важнее? — не понимая к чему ведет женщина спросил он.
— Я и ты, наши отношения, — тихо произнесла Анна, потянувшись к Горину. — Я очень скучала по тебе, — прошептала она, когда их лбы соприкоснулись.