Ходячее недоразумение в академии Примы

— И что вас привело в такое нелепое положение? — вопросила… вопросило чудовище, разглядывая нас с головы до ног.
— Я пытался избавиться от этого недоразумения, — покосился на меня парень. 
А мне вдруг так обидно стало! Что значит — пытался избавиться от недоразумения?! На себя пусть посмотрит!
— Ха! Вот и избавился бы!
— Так я же пытался!
— А надо было не пытаться, а сделать! — хмыкнула я и скрестила руки под грудью.
— И как же?! Ну! Скажи, раз такая умная! — поставил он руки в бока.
— А магией пользоваться не пробовал? Или тебя в академии так ничему и не научили?
Парень рвано выдохнул, явно сдерживая подкатившую ярость.
— Не нужно ссориться! — вмешалась в нашу перепалку мама. — Молодой человек, как я понимаю, вы наш сосед? 
— А? — парень перестал прожигать во мне дыру взглядом и повернулся к маме. — Да, похоже, что так. Если, конечно, это ваш дом, — и указал рукой на то самое место, из-за ограды которого перемахнула… Шеба?
Не может быть?! Ничего себе у маман фамильяр! Нет, круто, наверное, иметь такого боевого друга, но… мне бы кого-то попроще.
— А вы, наверное, сын Ратиборских?
— Да, я Егор Ратиборский, — представившись, он немного поклонился.
Мама еще немного побеседовала с парнем, игнорируя мой насупленный вид, и внезапно предложила:
— Егор, может, зайдете к нам на чай? 
Тот покосился на меня и благоразумно отказался, скрываясь за калиткой, ведущей к его дому. 
— А у мальчика хорошо развито чувство самосохранения, — раздалось задумчивое от Шебы.
— Вряд ли это ему теперь поможет, — хмыкнула в ответ мама.
Я только скривилась и развернулась, чтобы поговорить с другим поганцем. Однако оказалось, что к этому моменту Чихуака вместе с его машиной и след простыл — на их месте остались только наши чемоданы и мой рюкзак со скейтом. Оставалось только бессильно топнуть ногой и... улыбнуться. Забавный все-таки гоблин, этот Чихуак. И, чувствую, в академии это имя уже очень скоро станет нарицательным. 
 
***
Я сидела за большим накрытым самыми разными яствами столом и пыталась отдышаться после переедания. Хотя попробовала далеко не все, что для нас приготовила домовушка Фрося. Это милое создание так радовалось возвращению хозяйки, что приготовило еды как на целую роту солдат! И с таким энтузиазмом продолжала подкладывать нам в тарелки все новые вкусности, что я не выдержала и взмолилась:
— Спасибо, Фрося, но в меня больше не влезет! 
— Маленькая хозяйка, но вы ведь столько всего еще не попробовали! — искренне расстроившись, сетовала она своим непередаваемым голоском, больше похожим на детский или тот голос, что получается, если вдохнуть из шарика немного гелия.
И такая она была умильная в этот момент, что если бы не тотальная усталость, которая навалилась как-то очень резко, я бы ее точно затискала, а так просто погладила по руке, а потом и по волосам, которые больше напоминали солому:
— Я обязательно все попробую, но в другой раз, Фросечка. 
Та шмыгнула носиком-пуговкой:
— Ну прямо как в детстве! Только ты меня тогда Фьесеськой называла, — домовушка промокнула глаза передничком. — Ты тогда такой миленькой была, играть любила, наряжала нас с Шебой в платочки и пела на горшке песенки.
— Ну… — растерялась я — эти подробности моего детства в памяти как-то не отложились. — Я и сейчас могу вас нарядить и песенки попеть. Без горшка, разумеется, — покосилась я на фыркнувшую Шебу, лежавшую рядом с мамой.
Хотя сейчас, пожалуй, я бы наряжать маминого фамильяра, которая оказалась самой настоящей мантикорой, не рискнула.
— Фрося, спасибо за ужин. Я очень скучала по твоей стряпне, и вообще… очень скучала, — призналась мама, грустно улыбаясь.
— А уж мы-то как все скучали! — вздох домовушки получился душераздирающим. — Дом без людей как человек без души. Вроде бы есть, существует, но пустой… — она снова вздохнула и махнула своей маленькой пухлой ручкой. — Пойду я, чаек поставлю, — и исчезла, словно испарилась.
Дом, в котором когда-то жили мои родители и я лет до трех-четырех, оказался не очень большим, но уютным. На первом этаже располагалась гостиная, кухня, кладовая, гардеробная и вполне современный санузел. А на втором три спальни и еще один санузел. Несмотря на то, что мы здесь отсутствовали больше десяти лет, нигде не было ни пыли, ни грязи. Пожалуй, только общий вид дома навевал некоторые мысли о запущенности. Все-таки из каких бы хороших материалов ни было построено жилище, его нужно периодически обновлять и внутри, и снаружи. 
Я видела, с какой затаенной грустью и одновременно предвкушением мама отмечала эти изменения, готовясь поправить все в самое ближайшее время. Мне вообще казалось, что как только мы оказались в Приме, мама неуловимо изменилась. Я еще не до конца поняла природу этих изменений, но они мне… нравились. 
Сад и цветники вокруг дома тоже не пришли в упадок и не заросли бурьяном, а были ухожены и радовали глаз. Это постарался полевик — существо наподобие домового, только отвечающее за сад, огород и прочее, что не связано с лесным хозяйством. Как по мне, так он похож на маленького гномика, которого мама не преминула похвалить за хорошую службу. Я же все больше обалдевала от происходящего вокруг и не всегда реагировала адекватно. 
Сейчас мама с улыбкой гладила Шебу, которая положила голову ей на колени, и я тоже очень захотела такого друга! 
— Мам, а как все-таки находят фамильяра?
Мама помолчала, заглядывая в глаза Шебе и, наконец, спросила:
— Варя, что ты знаешь о фамильярах?
— Эм… Да ничего, собственно. Откуда бы мне…
— И все же. У тебя же уже сложилось какое-то мнение.
— Ну-у-у, фамильяры — это животные, у которых появляется духовная связь с ведьмой или ведьмаком.
— Хорошо, — кивнула она головой. — А для чего тебе нужна эта связь? Можно ведь просто кошку завести и стать ей хозяйкой и другом.
Вот тут я задумалась. Действительно, зачем ведьме фамильяр? Не потрепаться же о жизни. 
— Для чего? — решила я не мучиться и спросить напрямую.
— Варя, фамильяр — это не обычное животное и находится рядом с ведьмой не просто так. Поверь, наша разлука с Шебой далась нам обеим очень непросто, и все обошлось хорошо только потому, что я провела это время на Земле Изначальной, а не в какой-нибудь другой параллельности. — Мама снова вздохнула и посмотрела на Шебу. — Она — часть моей души, Варя, мой якорь, который не даст перерасходовать энергию или безвозвратно уйти за грань реальности. Ведь, по сути, кто такие ведьмы и чем отличаются от магов? Мы существа, которые взаимодействуют с миром, используя только собственную силу, данную нам при рождении. Нам помогают в этом различные ритуалы, и именно благодаря этой силе и ритуалам мы создаем уникальные зелья, можем общаться с духами, живущими за пределами реальности, можем наслать порчу или исцелить. А маги используют магические потоки параллельностей и творят волшебство при помощи заемной энергии. В чем-то они сильнее. В атакующей магии — точно, но в чем-то слабее ведьм. Даже не так — у нас просто разная природа силы, и тут сложно говорить о том, кто сильнее…