Ходячее недоразумение в академии Примы

— Вот только не нужно делать такое сокрушенное лицо, — пихнула его локтем ширококостная гномка из нашей группы, и у гоблина сперло дыхание. — Следователь нас всех обнюхал и сказал, что мы пили алкоголь. И если бы не это, то все могло закончиться иначе! А теперь нам всем пьяный дебош инкриминируют!
Следователь-оборотень из ОГО — отделения городской охраны — и правда с ходу определил, что мы злоупотребляли алкоголем. Мы, разумеется, пошли в отказ, и вот тут и выплыло участие нашего незабвенного гоблина в спаивании.
Мы тогда же и у наших оборотней спросили, почему они нас не предупредили о наличии алкоголя в морсе, на что они, потупившись, ответили, что им очень уж захотелось попробовать, что это такое. Дома им, видите ли, ни разу не давали. Рука-лицо! Зато Шурайшас искренне удивился, что не смог определить примесь в морсе. Но тут уже не удивились мы — с ним была Кэсси, а когда она рядом с нагом, он вообще мало что замечал, хоть и держал невозмутимый вид.
— Так я ж чуть-чуть совсем подлил! Для настроения! — отсаживаясь от воинственной гномки подальше, пытался оправдаться он.
Отсаживаться особо было некуда, а потому он теснил меня.
— Для настроения?! Имбецил недоделанный! Мы же маги! Нам нельзя, иначе тормоза слетают на раз! По крайней мере, пока мы со своей силой не освоимся в достаточной мере! А потом можно и выпивать! Вон Егор! Несмотря на то, что в драке участвовал, магию ни разу не применил! И ребята постарше тоже! Зато такие недоумки, как первокурсники, кидались заклинаниями вовсю! Хорошо, ничего по-настоящему убойного еще не выучили.
— Так ты тоже кидалась, — имел неосторожность вякнуть Чихуак.
На что гномка натурально зарычала, но потом резко выдохнула и поникла:
— Теперь из академии выпереть могут… — прошептала сокрушенно.
— Эй, ты чего? — растерялся гоблин и подсел к девушке поближе. — Ну не расстраивайся ты так! Выкрутимся, первый раз, что ли? — и обнял ее.
— Без носатых разберусь, — скинула она его руку со своего плеча.
Тут к ней на руки запрыгнул маленький пушистый гремлин, который уже давно вышел из своей боевой формы.
— Да ладно тебе, детка. Все будет хорошо! Погладь меня за ушком, и жизнь сразу наладится!
Мотя, сидевший у меня на руках, аж встопорщился. Как же! Только что украли его фразу! Но покидать мои колени не решился. Тут ведь, по его словам, ко мне активно подкатывает свои орешки Егор, а значит за мной нужен глаз да глаз. Что там в переполненной каталажке можно ко мне подкатывать, я не представляла, но была рада, что хотя бы Мотя ведет себя прилично. 
— Эй, ведьма! — внезапно обратился ко мне гремлин, и вот тут Мотя заметно напрягся. — Ты бы сняла уже с этих болезных свои проклятья. Пусть тут туалетный закуток и отделен от общей комнаты, но воняет же!
Я уже давно заметила, как троица во главе с эльфом активно используют туалет, но не буду же я сама напрашиваться на их излечение?! 
Девушки, к слову, уже давно от них отсели и, несмотря на дружбу, близко их к себе не подпускали. Им в потасовке, кстати, тоже досталось. Но пара ссадин на скулах, поцарапанные руки и прореженные волосы не убавили их воинственности в наш адрес, и сидели они на максимальном удалении.
— Так пусть сами об этом и попросят, — пожала я плечами.
— Они еще не дошли до нужной кондиции, — вздохнул гремлин. — Но к тому времени, как они дойдут, мы можем задохнуться.
— А по-моему, они просто не поняли, кто их этим наградил, — задумчиво протянула Лайла, которая все время драки провела в образе летучей мышки, сидя под потолком. Там бы и дальше просидела, но ОГО ее заметили, да и оставлять друзей вампирша не захотела.
— Да, девонька, — обратился ко мне дяденька в возрасте, который непонятно как попал в студенческий трактир, — ты бы расколдовала их. А то до утра времени еще много, а эти засран… ээээ…  молодцы из туалета не вылазят…
«Засран… эээ… молодцы» с надеждой посмотрели на меня. Один из них застыл у туалетного закутка и, глядя на меня, явно сдерживался из последних сил.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хорошо. Пусть подходят, — буркнула я, и несчастный с облегчением заскочил за перегородку.
Тремор, икоту и заикание я тоже с них сняла, многозначительно смотря им в глаза. Парни прониклись. Разве что эльф мне в глаза так и не посмотрел. Но это я как-нибудь переживу. 
Внезапно тишину ночи нарушили шаги по коридору, и перед магической решеткой возник охранник:
— Варвара Лучегорская, на выход.
— Меня выпускают, что ли? — опешила я.
— С вами хотят поговорить.
Я переглянулась с друзьями и встала. Егор тоже встал, провожая нас с Мотей из камеры. И, несмотря на то, что охранник поначалу был против присутствия зайца рядом со мной, все же согласился, что он имеет право находиться с хозяйкой — фамильяры в параллельностях на особом счету.
«Кто хочет со мной поговорить? Причем ночью, когда все нормальные люди спят, а разбирательства переносят на утро», — метались в голове заполошные мысли.
Рядом с камерой мне надели на руки магические наручники. Ужас ужасный! Ощущала себя самым настоящим уголовником! А еще отчего-то было страшно, словно я и правда преступник, и сейчас меня выведут на чистую воду.
Мотя на это только фыркнул и злобно посмотрел на охранника, будто запоминая, кому в ближайшее время будет отгрызать самое ценное. Охранник поежился и поспешил нас вывести.
Пройдя по нескольким коридорам, мы попали в приемную, а потом нас провели в довольно уютную комнату, и с меня сняли наручники. Даже не скажешь, что это охранное отделение. 
— О! Вот ее и привели, — прогрохотал и расплылся в чуть подобострастной улыбке большой зеленый огр в форме. — Ну, я пойду? А вы тут разговаривайте сколько нужно! Мой кабинет полностью в вашем распоряжении, уважаемая Мелузина Гадияровна!
Женщина, которая сидела за столом на месте начальника ОГО, лишь одобрительно махнула рукой, и огр вышел, тихонько прикрыв за собой дверь. 
У меня брови поползли на лоб. Это ж кем является эта женщина средних лет, если местный начальник пришел ради нее ночью в участок и так себя ведет?! 
Она внимательно меня разглядывала, как и я ее. Высокий гладкий лоб, уложенные в сложную прическу рыжие волосы, внимательные зеленые глаза и пухлые губы, которым я на мгновение даже позавидовала. Женщина была очень красива, а властность, сквозившая в каждом ее движении, и вовсе делала ее похожей на королеву.