Последний Паладин. Том 2 (СИ)
— Куратор отчаялся и решился повесить на меня свои же грешки? — усмехнулся я, — хороший ход. Действуй.
— Хорошо, — кивнула девушка и буквально растворилась в пространстве синей вспышкой.
От увиденного Альберт ошарашенно потряс головой и протер забрало, после чего удивленно уставился на меня.
— Мне же не показалось? Это была призрак?
— Призрак? — переспросил я.
— Так называют жриц из Клана Астрала, — сглотнул ком в горле Альберт, — в первый раз увидел одну из них так близко.
— И не последний, — хлопнул я его по плечу, — как Лекса закончит, введешь ее в курс дел. Ну или она введет тебя, — улыбнулся я.
— Стой… так она правда работает на нас? — с нескрываемым довольством в голосе отозвался Альберт.
— Ближайший месяц да, а там посмотрим, — потянулся я, — ступай, помоги ей там, а то попугай уже приценивается к новым жертвам.
— Да этому стервятнику только кровь и подавай… — тяжело вздохнул Альберт.
— Попугаю, — машинально поправил я и, криво улыбнувшись сквозь доспех, здоровяк побежал обратно ко входу в квартал.
Я же, медленно спустившись по лестнице, обогнул особняк по дуге и направился в боковую пристройку с неприметной вывеской «Лазарет».
Глава 22
Внутри лазарет встретил меня широким светлым коридором. Из десяти оборудованных палат сейчас были заняты всего две, в одну из которых я и зашел.
Единственное окно было наглухо закрыто светоотражающей занавеской, а за освещение отвечал лишь одинокий ночник в виде ворона, стоящий в углу.
— А… это ты, Маркус, — приоткрыв глаза, с облегчением в голосе заговорил лежащий на кушетке мужчина с перевязанной шеей.
— Ждал кого-то другого? — присел я на кресло рядом.
— Палачей Куратора, — слабо улыбнулся Мрак, — его голос все еще звучит в моей голове, а навязчивые образы являются во сне… или наяву. Я и сейчас не уверен, что ты настоящий.
— Проблески критического мышления это хорошо, а выверты подсознания ослабнут со временем, — успокаивающим тоном констатировал я, — фактически следов Светлой стихии в тебе больше нет, но вот нанесенный ей ущерб останется и только от тебя зависит, будешь ли ты бороться за возвращение своего разума под контроль или сдашься.
— И долго… бороться с этим? — болезненно скривился Мрак, с трудом заняв сидячее положение на кровати.
По его истощенному виду было заметно, что он не спал и сердце едва находило силы, чтобы гонять кровь по венам.
— До конца жизни, — не стал я врать, и от моих слов Мрак тяжело вздохнул.
— Однако в этом есть и хорошая сторона, — ободряющим голосом добавил я.
— Разве? — со скепсисом отозвался Мрак.
— Как думаешь, почему Светлые редко используют полный ментальный контроль?
— Чтобы этих святош не спалили и не поубивали нахер, — зло хмыкнул Мрак.
— Это тоже, — усмехнулся я и пододвинулся ближе, — однако основная причина в том, что высший ментальный контроль имеет один неприятный для Светлых побочный эффект. Если жертве удастся от него полностью избавиться, она получает к нему иммунитет.
— Иммунитет⁈ — сразу оживился Мрак.
— Полный иммунитет, — кивнул я, — на все виды ментального контроля Стихии Света. Не самая приятная штука, сопровождающаяся галлюцинациями и целым ворохом побочных эффектов, однако именно этот болезненный опыт и полученные повреждения и служат самой надежной защитой от светлых.
— То есть… этот ублюдок больше не сможет меня…
— Не сможет. Никогда. Голос Куратора, что ты слышишь, спроецирован воспоминаниями. Он не настоящий.
— Я смогу… его убить, — глянув на свои дрожащие руки, констатировал Мрак, — подойти и убить суку своими руками! И он ничего мне не сделает?
— Ментально — нет, — повторил я, — но в нынешнем состоянии ты и вилку не поднимешь. Сначала приведи в порядок мысли, потом восстанови тело… а когда справишься, поговорим.
— Сделаю… босс, — охотно кивнул Мрак и выпил стакан воды, который судя по скопившейся пыли простоял нетронутым всю ночь.
— Маркус, — поправил я его и подал руку, которую Мрак с трудом, но пожал.
— Как там… снаружи дела? — покосился он на закупоренное окно.
— Все хорошо, — улыбнулся я, — и скоро будет еще лучше. Однако мне вскоре потребуется твоя помощь.
— В чем? — резко попытался встать на ноги Мрак, но не смог даже на локтях приподняться и, недовольно скривившись, рухнул на подушку.
— Когда восстановишься, узнаешь, — ответил я и, поднявшись на ноги, поставил на тумбу пакет, — Ольга передала. Сказала, раньше ты любил этот пирог.
— С вишней? — по-детски заблестели глаза Мрака.
— С вишней, — усмехнулся я и побрел к выходу.
За спиной раздался звук опускающихся штор, привносящих в темное помещение палаты лучи осеннего солнышка.
— Маркус! — раздался голос за спиной, стоило мне открыть дверь.
— Если зайдешь в его палату — он сразу нападет.
— Это будет его выбор, — остановившись в проходе, строго констатировал я.
— Позволь, я сначала с ним сам поговорю. Пожалуйста.
Я задумчиво покрутил монету Аргуса в руке, поглядывая на дверь во вторую занятую палату. Заходя в лазарет, я хотел покончить и с этим вопросом, но лишний день роли не сыграет. Да и в том, что Вепрь мне ничего добровольно не скажет, я был уверен, когда прочитал его досье.
— Расскажет, где взял монету, сможет оставить ее себе и получит свой шанс, — принял решение я и швырнул монету Мраку.
Поймав ее, Мрак благодарно кивнул, а я пошел на улицу, лишь бросив взгляд на дверь, из-за которой отчетливо читалась волна пылающей ненависти.
Выйдя наружу, я увидел попугая, который сидел на полюбившемся ему месте по самому центру крыши особняка. И я его понимал. Оттуда открывался отличный вид на весь квартал.
Конечно, оставлять в самом сердце квартала ненадежных людей было рискованно, но с другой стороны, мой фамильяр следил за ними 24/7. Ведь Мрак и Вепрь оставались последними жителями Теневого Квартала, кто пока не дал ему ответ на излюбленный вопрос.
Мой фамильяр был воспитанным попугаем и не беспокоил раненных, однако стоит им шагнуть за порог лазарета, как ответ дать придется. И если насчет судьбы Мрака я теперь был спокоен, то Вепрь наверняка живым оттуда выйти не сможет.
По крайней мере, сейчас.
Посмотрим, удастся ли Мраку до него достучаться.
— Как прошло? — вслух спросил я, и мгновением спустя, рядом со мной материализовалась Лекса.
— Без происшествий, — лаконично ответила девушка.
Ее спокойный взгляд не выражал никаких эмоций, но по дрогнувшим губам я заметил недовольство. Кажется, Лекса приняла на свой счет то, что ее перемещения сквозь астрал не остаются для меня незамеченными.
Хотя именно перемещениями это назвать сложно. В отличие от теневиков, Лекса не исчезает из нашего мира, а накладывает астральную иллюзию.
Визуальную, слуховую, обонятельную и осязательную одновременно. По сути, действительно становясь призраком. В таком состоянии ее не то что увидеть, и коснуться не получится без ее желания.
Однако это не дает ее реальному телу никакой защиты от точечного стихийного воздействия, да и атакующие техники весьма специфичны, что делает пользователей астральной стихии бесполезными в открытом бою.
Но астральные дамы обладают целым ворохом иных достоинств.
Например, прямо сейчас Лекса находится в трех местах одновременно. Одна астральная проекция передо мной, одна у входа в квартал, а вот реальное тело в этот момент…
— Да ты издеваешься! — возмутился я, — если забьешь слив своими волосами, переселю жить в подвал!
Поначалу девушка не поняла… а когда поняла, то ее щеки залились румянцем, а руки инстинктивно прикрыли грудь. Ровно в такой же позе, реальное тело обнаженной Лексы подорвалась и из ванной. Моей ванной!
— Как ты… — смущенно захлопала она сверкающими белыми глазками.
— Я слышал, как ты меня там назвала, — с укоризненной улыбкой заметил я.
— Прошу прощения, — слегка растерялась Лекса, — просто я…