Дыши со мной

– Легко, – он коснулся её губ нежно и сладко, так что дрожь прокатилась по её телу и подогнулись коленки. – Но на работе ни-ни.
– Да, на работе ни-ни.
Дежурство закрутилось, стремительно набирая обороты. В этот день будто нарочно дети решили появляться на свет по сроку и раньше: доношенные и недоношенные, с проблемами и без. Слава недолго пребывала в центре внимания. Вскоре всем стало не до неё. Разговоры утихли. Жизнь вернулась в прежнее русло. Ближе к полуночи Ирка свалилась от усталости и задремала прямо за столом над журналом, похрапывая громче, чем плачут дети. Когда зазвонил внутренний телефон, Слава метнулась к нему быстрее лани, чтобы не разбудить спящую красавицу, которую не беспокоили дети, но приводили в чувство любые другие звуки.
– Да, иду, – сказала в трубку Слава и вздохнула. Пришлось будить Ирку. – Хорош дрыхнуть. Готовь два кувеза. Там двойня.
– А, м-м-м, что опять? – подняла заспанное лицо с вмятиной на щеке медсестра.
– Кувезы готовь, соня. Похоже, у нас новая примета, – вздохнула Слава и побежала в родблок, где её уже ждал в детской реанимации Юрий Петрович.
С начала дежурства родилась уже третья двойня. Такого в её практике не случалось. Она влетела в просторное светлое помещение в тот момент, когда мужчина отсасывал слизь из носоглотки у одного из новорожденных. Оба малыша лежали на одном неонатальном столе и громко сообщали всем вокруг, что родились.
– Пришла? Значит так, два кубика… – начал давать указания Юрий Петрович.
Слава едва не пропустила мимо ушей назначения, потому что залюбовалась им. Ему удивительно шла медицинская форма. Он был воплощением мужественности и чистоты.
– Гордеева, чего застыла? – нахмурился он, бросив на неё быстрый взгляд. – Работать.
– Да, сэр. Доктор Юр, всё-таки я люблю тебя, – улыбнулась она и принялась за работу, от которой получала невероятное удовольствие.
Дети вернули ей ощущение чуда. Руки быстро вспомнили, как ухаживать, выполнять назначения. Снова появилась сноровка и та самая реакция, которая всех восхищала. Первые рабочие сутки пролетели незаметно. К рассвету, когда наступило временное затишье, а Ирка благополучно засопела за столом, Слава тихонько бродила из бокса в бокс, прислушиваясь и разглядывая сонные личики.
«Всё в порядке. Вот это и есть жизнь. Вот так должно быть», – думала она и мечтала, что когда-нибудь и в её жизни появится малыш, которого она будет любить.
– Устала? – раздался тихий голос за спиной. Мужские руки мягко обняли её за талию, тёплое дыхание защекотало ухо.
– Нет. Я счастлива, – шёпотом ответила Слава. – Ударно поработали. С тобой дежурить одно удовольствие.
– Взаимно. Ты профи. Татьяна Петровна была права, когда сказала однажды, что ты удивишь меня. Ты удивляешь постоянно.
– Мы нарушаем субординацию, – едва слышно хихикнула она. – Ты – врач, я – медсестра.
– Не будь занудой, Гордеева. Твоя слава идёт впереди тебя. Все знают, что ты любишь правила и нарушаешь их… по всем правилам жизни. А ну, спать, малышня, – шикнул Юрий, когда рядом в кроватке закряхтел малыш. – У вас вся жизнь впереди.
А Слава думала, что это у них двоих вся жизнь впереди, и все мечты сбудутся, кошмары отступят. В её голову заползла грешная мысль проколоть надёжные средства контрацепции, чтобы дать шанс новой жизни появиться на свет.