За стенами Атерраса

Новый приступ боли выгнул меня дугой. Мое тело приподнялось над столом, завращалось, как юла. А потом вдруг так же неожиданно рухнуло обратно.
Иден отложил кинжал и оперся на стол обеими ладонями. Его лоб блестел от пота. Бисеринки влаги катились по губам и подбородку. Кинжал погас, и черные тени исчезли.
— Все? — спросил я шепотом, потому что громко говорить не могла.
— Да, Рози, — миролюбиво ответил Иден и улыбнулся. — Атеррас стал твоим прошлым. Одевайся, нет времени. Хотя подожди.
И он щелкнул пальцами. Теплая волна прошла по моему телу, и когда я встала со стола, поняла, что знаков на коже больше нет. Даже волосы казались чисто вымытыми, пушистыми. Потянулась за нижней сорочкой под платье, когда снова раздался металлический лязг.
— Вот же неймется кому-то! — фыркнул Иден. А я отметила, как он спокоен. Но ведь там враги! И нам прорываться мимо них.
— Мы подождем? — спросила в надежде, застегивая последние пуговки на платье и обуваясь.
— Наш гость не уйдет, — усмехнулся Иден. — И он доламывает мою защиту. Неужели наконец-то исполнится моя давняя мечта, и я разобью его суровую физиономию?
— О ком ты? — замерла я, а маг вдруг провел ладонью перед моим лицом, и вновь поняла, что тело мне не принадлежит. Да чтоб он провалился, этот Иден Лейтон! Он издевается? Или боится, что стану биться в истерике при виде врагов?
— А теперь, дорогая Розалин, ты выйдешь следом за мной и отойдешь на самый край поляны. И не будешь мешать мне драться, — с ядовитой улыбкой сказал темный маг.
Ноги сами понесли меня к ступенькам.
— Э, нет, я первый, — отстранил меня Иден и открыл люк, а потом подал мне руку. Я выбралась из лаза и увидела мужчину, в изумлении замершего у самого люка. Это был Арман. Иден же спокойно закрыл вход в свое убежище, и только тогда обернулся. Предатели-ноги уже несли меня прочь, на край поляны. Я даже говорить не могла! А Иден замер напротив Армана.
— Здравствуй, дружище, — сказал весело.
— Здравствуй, — ответил тюремщик.
Я впитывала каждую черту своего любимого. Отмечала, как он осунулся за эти дни, и сердце горько ныло. Это все из-за меня! Если бы я только знала… Но по-прежнему понимала, что выбора у меня не было. Дернулась, стараясь вырваться из пут. Хотелось подбежать к Арману, обнять его, порадоваться, что он здесь и сумел преодолеть притяжение Атерраса. А может, и вовсе избавился от влияния тюрьмы? Но это было слишком хорошо, чтобы стать правдой.
— Ты вернешься со мной в Атеррас, — холодно, спокойно сказал Идену Арман. — И скажешь, где мой сын.
— Он не здесь, как видишь. — Иден раскинул руки в стороны. — А уже очень далеко.
Зачем он лжет? Надо сказать Арману, что Шелли рядом. И что Люциан гонится за нами попятам, здесь опасно находиться. Пора уходить. Но Лейтон, кажется, задумал иное.
— Немедленно скажи мне, где Шелли, — потребовал Арман.
— А то что? — Иден откровенно издевался. — Будешь грозить мне всеми карами тюрьмы? Где твоя тюрьма, и где я, Арман. В Атеррасе нет моей крови. Так что у тебя не получится призвать меня. Живым не дамся.
— Иден, я не враг тебе.
Лейтон рассмеялся. На лице Армана не дрогнул ни один мускул. И он даже не посмотрел на меня. Больно! Еще больнее, чем когда Иден снимал печать Атерраса.
— Не враг? — зашипел маг. — Ты бы себя слышал, Арман! Сначала упек меня в Атеррас, потом годами наблюдал, как я там гнию, приехал, чтобы вернуть меня назад, и уверяешь, что тобою движет дружба. Подло, братишка!
— Верни мне Шелли, и мы поговорим.
— А больше тебе никого не вернуть?
Арман отрицательно качнул головой. Он ненавидит меня! Я почувствовала, как заклинание Идена затрещало, натягиваясь. Надо постараться, во мне ведь есть магия. Постараться и разрушить его. Обнять Армана, убедить, что не предавала его! Что меньше всего на свете хотела причинить боль. Он поймет. Может, не простит, но поймет точно. Но магия держала крепко, а на ладонях Идена засверкали черные пульсары.
— Твою магию почуют, — сказал Арман спокойно. — Я обезвредил уже два отряда Люциана. Один здесь, один по пути. Еще два где-то рядом.
— Плевал я! — заявил Иден, и магия окутала его тело.
Я зажмурилась. Показалось, что вот сейчас, в эту самую минуту, они поубивают друг друга! А когда открыла глаза, на руках Армана тоже дрожали сгустки тьмы, а за спиной шевелились знакомые паучьи лапы, сотканные из сумрака. О, боги! Я снова дернулась, и, кажется, одна из ниточек треснула. Давай, Розалин! Зачем тебе магия, если ты не можешь ее использовать? Давай!
Иден и Арман кружили по поляне, оба суровые, сосредоточенные. От обычной усмешки Идена не осталось и следа. Сейчас я видела в его глазах ярость, чистую и неприкрытую. Арман же внешне оставался спокоен. Он бил четко, уверенно. Однако я понимала, что у него внутри тоже буря эмоций, только мой любимый привык держать их при себе.
Я снова постаралась призывать магию, и еще одна ниточка лопнула, позволяя приблизиться к желанному освобождению.
— Тебе мало было однажды засадить меня в Атеррас! — выкрикнул Иден. — Ты хочешь сделать это снова!
— Ты неправ, — четкий, уверенный голос Армана.
— А ты у нас, значит, святой? Только что-то в Атеррасе мы оказались оба, Арман Ферри. Ирония судьбы!
И Иден ударил. Черный вихрь слетел с его ладоней, я вскрикнула, рванулась и вдруг обрела способность двигаться. Полетела вперед, замерла между Иденом и Арманом, раскинула руки в стороны.
— Хватит!
Мой голос зазвенел в воцарившейся тишине.
— Прочь с дороги. — Иден угрожающе прищурился.
— Нет! Арман, — я обернулась к любимому, — ты все не так понял. Мы…
— Я видел достаточно, чтобы понять, госпожа Делкотт, — холодно ответил он. — Не только Иден вернется со мной в Атеррас, но и вы тоже. И остальные беглецы.
— Подожди. Николь сказала…
— При чем здесь Николь? — выкрикнул Арман мне в лицо. — По-твоему, я идиот? Хотя, наверное, идиот, раз поверил тебе.
— Но Арман…
— Т-с-с. — Иден приложил палец к губам. — Кто-то идет. Видимо, по наши души, Рози. Пора уходить.
— Вы никуда не пойдете, — Арман понизил голос.
— Пойдем, — ответил Иден. — А ты останешься и прикроешь наше отступление. Увидимся в столице, Арман, там и поговорим. Каждую субботу в пять у статуи короля Августина. Я буду там.
Иден схватил меня за локоть и потащил прочь.
— Нет, пусти! — забилась я. — Пусти, кому говорят?
— Не закроешь рот, наложу печать молчания, — пообещал маг. — А если хочешь в Атеррас, отправляйся туда сама.
— Но Арман…
— Догонит нас. Он из особо приставучих. Не понимает слова «нет». Так что, дорогая Розалин, увидитесь в столице. А сейчас нам надо спешить. Уверяю тебя, солдаты Люциана ищут нас не для того, чтобы мирно проводить. Хочешь, чтобы твой брат опять оказался в тюрьме? Чтобы Шелли отправили в какой-нибудь приют? Так давай!