Чернокнижница

Хелена Холланд, графиня Локредж убила бы, не задумываясь ни на минуту. Елена Молчанова спешила вперед, пока ее жертва уползала, оставляя за собой кровавый след и цепляясь за снег. Я слышала человеческие крики, а ветер свистел в ушах. Легкий пуховик пусть немного защищал от холода, но сейчас напоминал тяжелую кольчугу, оттягивающую плечи. Между деревьями мелькали следа, хлесткие ветки кустарников иногда ударяли по ногам.
— Помогите!
Проклятые хрюши. Злодеи не должны спасать жертв. В лучшем случае отойти в сторону и позволить Макару разобраться с поросятами самому. Только умом я понимала, что Толканов от меня не отстанет. Биться же с молодым психопатом один на один без хитрости невозможно.
Из динамика голос оператора колл-центра спрашивающего, что случилось.
— Пожалуйста, помогите мне. Я в лесу, меня похитили! Не знаю, где нахожусь, — несколько истеричных ноток проскользнуло в голосе. Пришлось напрячься, чтобы никаких лишних эмоций девушка на том конце не услышала.
— Успокойтесь, объясните ситуацию.
Я открыла рот, но ответить не успела. За следующем поворотом, чуть ниже по склону мелькнули знакомые розовые костюмчики. Из шести поросят-студентов осталось только пятеро. Олеся рыдала, придерживая лежащего Игоря, из бедра которого торчал арбалетный болт, пока остальные пытались оказать первую помощь.
— Помогите! — замахала руками Ольга, Руслан и Иван останавливали кровотечение. Навыки у них были так себе. Один дрожал, давя на рану, второй пытался обвязать ногу шнурком от ботинка.
— Ленинская область, может, в нескольких километрах от города. Я видела тела, — искренне надеясь, что этого хватит засечь сигнал с вышки, подбежала ближе. Девушка на том конце что-то говорила.
— У него кровь не останавливается, — всхлипнула Олеся. Игорь с трудом дышал, будучи в тяжелом состоянии. Сколько он здесь? Чтобы истечь кровь надо не так много времени.
— Они убили Стаса, — пропищала Ольга.
— Заткнитесь, — рыкнула я, убирая смартфон от уха. — Мешаете.
— Просто помогите мне сделать жгут! — орал Ваня, явно наплевав на преследователей. Руки у парня тряслись.
— Здесь пострадавший, кажется, артериальное кровотечение, Крови так много, — бормотала я, вновь прижимая смартфон.
В театр мне путь заказан. Впрочем, оператор не особо заморачивалась моими навыками показывать ужас. Просто методично начала задавать вопросы о состоянии потерпевшего. И я настолько отвлеклась, что забыла о собственной безопасности.
Стоило понять: преследователи недалеко, хрюшки в одной кучке. Просто удачно. А я проигнорировала шестое чувство, едва напуганная Оленька обошла меня по кругу, сжимая что-то в руке.
Удар по затылку, затем резкая боль стала ответом на беспечность. Смартфон упал в снег, когда я покачнулась от толчка и рухнула рядом. Всего на долю секунды мир погас, затем вновь появился, но все вокруг казалось смазанным.
— Прости. Они сказали, что отпустят нас и дадут денег, — выдавила Ольга, отбрасывая камень.
Вот же чертовы свиньи. Спасать людей — дело неблагодарное.
— Леночка, а ты заставила нас побегать, — услышала я довольный голос Макара, с трудом сосредоточившись на тенях, идущих откуда-то из-за деревьев.
— Мрак, — прохрипела, зажмурившись от пульсации в затылке. — Я вас всех сотру с лица земли.
    
Глава 16. Кто опасней всех на свете
На самом деле я не очень удивилась. К примеру, жители королевства Драгьон, где жила принцесса Ателия, тоже радовались смерти наследницы. Многим ее высочество успела насолить за годы взросления и сидела в печенках у большинства знатных господ. Только никто спасибо не сказал. Наоборот, из нее сделали жертву ведьмовского произвола, обвинив меня на суде в проклятии всего рода несчастной.
Сейчас безголовая Олечка, которая невольно напоминала мне мерзкую принцессу, коровьим взглядом преданной фанатки смотрела на Макара. Едва ли не к ноге засранца прижималась и требовала внимания. Она готова была на руках носить своего повелителя, не озаботившегося даже взглянуть на нее.
— По голове погладь, собачка устала вилять хвостиком, — процедила я, сплевывая кровь.
От удара по лицу в голове вновь зазвенело. На затылке зрела шишка, а взор помутился, и половина лица просто онемела. Удивительно, как козел не выбил мне зубы. Правда, он с упоением слизывал кровь с пальцев. Кислый металлический привкус заставил поморщиться, когда я рухнула коленями в снег после небольшого сопротивления.
Гогочущие дружки Макара крепко держали руки, пока Толканов упивался своим триумфом. На поросят тому уже было плевать. Игнорируя скулёж и просьбы помочь раненому Игорю, Макар смотрел на меня совершенно безумно. Кажется, все психи в душе любили непокорных. Их сложно ломать, потому победа казалась слаще меда.
Я узнала дикий огонек в глазах. Примерно так же на меня смотрел главный советник, когда под пытками выбивал признание в ереси. Один из лучших учеников Эйдана, необузданное животное — уже не человек. Из Макара вышел бы неплохой приемник Холланда в делах.
Перед моей казнью советник «случайно» выпал из окна башни. И почему я об этом не вспоминала раньше? Удивительные вещи всплывают перед лицом опасности.
— Ты правда считаешь, что это сойдет тебе с рук? — поинтересовалась я у Макара, едва сильные пальцы сжали мой подбородок, и боль стрельнула к виску. — Посадят же. Одного убили, другой на грани смерти. Скоро сюда прибудет служба спасения, как будешь оправдываться? О, это я еще умолчала о твоих друзьях!
— Мне плевать на них, — улыбнулся Толканов, наклоняясь низко и обдавая тяжелым ароматом своих духов. Табак, вишня и… шоколад? Боги, меня тошнило.
— Надеешься, опять выручит папочка? — плюнула я ему в лицо, дернувшись от неприятного чувства, когда чужие губы скользнули по щеке.
Я всегда сама выбирала мужчин. По желанию и доброй воле, никогда не позволяя принудить себя к чему-то. Извращенное удовольствие для пустоголовых дур вроде Оленьки, которую сейчас лапал дружок Макара — Олег. Он пытался снять с нее поросячий костюм, требуя стриптиза на волне адреналина после охоты.
— Хватит! — заорал Руслан. — Мы выходим из игры!
Ох, дурак. Из таких сетей не одна рыбка выплыть неспособна. И Макар подтвердил мои мысли, кивнув Владу. Выстрел арбалета заставил перепуганного парня рухнуть в снег. Олеся зарыдала громче, Ваня продолжал поддерживать раненого Игоря. Сколько там ему осталось? Без медицинской помощи он умрет быстро. Впрочем, подружка Толканова и товарищ в лесу тоже.
— Снежки нет, Юрец пропал. Только кровавый след остался, — услышала я сбивчивый голос Петра, едва еще один приятель Макара появился в поле зрения. Ухмылка на моих губах заставила мажора прищуриться.
— Вообще ничего? — переспросил он, после чего фыркнул и махнул рукой. — Плевать, разберитесь с этой четверкой и валим.