Император желает услышать "Да"

– Поняла, – склоняю голову.
– Но ты не её командир… – протягивает Джай, – Братец, я что, наблюдаю симптомы привязанности?
– Я взял на себя ответственность за Наю. Советуешь, забыть о её существовании и жить дальше? – уточняет Ро’ун, чуть искривив губы.
– Советую не класть глаз на то, что не будет твоим, – хмыкает Джай, а в моей голове возникает целая куча вопросов.
– Но ты сейчас делаешь то же самое, – спокойно замечает белый генерал.
– Я всего лишь хочу переманить её в самый элитный отряд, – жмёт плечами черный генерал, – это ни в какое сравнение не идёт с твоими желаниями.
– Я не пойду под ваше командование. Даже под угрозой смерти, – произношу ровно и перевожу бесстрастный взгляд на Джая.
– Какая самоуверенная, – открыто хохочет черный генерал, – а ты хоть знаешь, по чьей наводке я попал на кухню гостевого дворца?
Мой взгляд не меняется, но сердце делает скачок.
Потому что Ро’ун молчит.
– Ладно, пойду к своим бойцам – а то они приревнуют меня к тебе, – вновь хмыкает Джай, весело глядя на меня, – Не хочу стать причиной кончины такой перспективной, но абсолютно бестолковой цаянки. К слову, сочетание идеальное – особенно в глазах севера.
И с этими словами он исчезает из зоны видимости, буквально растворяясь в темноте.
Позёр.
И всё же…
– Генерал, могу я задать вопрос? – спрашиваю сосредоточенно.
– Уверена, что хочешь задать его сейчас? – спрашивает Ро’ун в ответ.
– Да, – уверенно подтверждаю.
– Подумай ещё раз, – мягкий голос около моего уха вынуждает моё сердце пропустить удар.
– За меня начнётся драка? – спрашиваю и жду несколько секунд, прекрасно понимая причины подобной паузы.
– Она уже началась. И ты только что подняла ставки, – отвечает Ро’ун, вновь подойдя ко мне.
Я так и не смогла отследить его перемещения. Вновь.
– Тем, что отказала Первому Генералу? – уточняю спокойно.
– Все мечтают охранять Его Величество. Это, если хочешь, вершина военной карьеры в империи Го, – усмехнувшись, отвечает Ро’ун.
Удивительно. У меня на родине правящую семью охраняют безусловно сильные воины, но не сильнейшие: у тех есть право жить себе в удовольствие, пока на нас не нападают. А самой достойной смертью в Цай считается смерть на поле битвы – а не смерть от старости во дворце…
– Мне не понравился тот азарт, с которым Первый Генерал изучал пределы моей выносливости, – протягиваю, глядя в сторону.
Вспоминать, как меня избивали на кухне Гостевого Дворца, было неприятно. Думать о том, что это избиение продолжилось на глазах Его Величества, вообще не хотелось…
– Я тоже направлял в тебя разряды, – замечает белый генерал.
– Потому что я об этом попросила.
– Если бы ты вздумала напасть на Его Величество, я бы атаковал тебя без всяких просьб, – спокойно произносит Ро’ун.
– Я не могу напасть на Его Величество. Иначе Макот уничтожит меня.
– Ная…
– Хотите, чтобы я ушла к вашему брату? – спрашиваю прямо.
– Хочу услышать причину, по которой ты не хочешь этого взлета по карьерной лестнице.
– Как я не спрашиваю, почему вы позволили мне быть здесь… так и вы не спрашивайте, пожалуйста, почему я делаю то, что делаю, – медленно произношу, после чего встречаю его взгляд, – если хотите – думайте, что мне нравится быть рядом с вами.
– Это опасные мысли. И для тебя, и для меня, – произносит Ро’ун, пристально глядя на меня в ответ.
– Для меня они совершенно точно опасные, – киваю и иду на Арену.
Мой бой начнётся прямо сейчас.
Мы не касались темы наших ожиданий друг от друга. Ожиданий – в широком смысле слова… И было бы неплохо, чтобы так продолжалось и впредь. Мне сейчас неважно, каким образом белый генерал планирует использовать меня: главное – добиться цели моего приезда.
– Что, опять тот же приём используешь? – бросает мне новобранец черного генерала после сигнала о начале...
– Нет, с тобой я поступлю хуже, – отвечаю просто и несколько раз ухожу с траектории его ударов, вынуждая бойца всякий раз растерянно оглядываться по сторонам в поиске меня.
Все эти новобранцы по сравнению со мной – то же самое, что я по сравнению с Ро’уном. Наша разница в силах слишком велика.
Продемонстрировав всем зрителям «изящество и грацию» своего соперника, в один прыжок оказываюсь рядом с ним и отправляю его в полет одним ударом по лицу.
Специально отвешиваю пощечину по той же щеке, что горела и у меня самой – когда я стояла перед императором. Но силу удара не контролирую вообще, поэтому новобранец отлетает к краю Арены и застывает без движения.
На этот раз все зрители резко поднимаются на ноги, чтобы увидеть – что случилось с моим противником. А я, выслушав очередное присуждение победы, ухожу на своё место.
Надеюсь, подобная демонстрация чётко покажет господину Первому, в каком месте я видела его предложение. А заодно и моему славному, помешанному на мести, женишку – в случае, если Джай сейчас подошёл ко мне по его приказу…
Для себя я решила, что, если и буду кому подчиняться здесь, то только Ро’уну. Лишь он один вызывает у меня уважение. К слову, белого генерала ни в зоне ожидания, ни рядом с ней больше не было, зато на прежнем месте вновь стоял Гоу’хан и смотрел на меня уже более серьёзно.
– Ты нарываешься, – замечает он, и я слышу странные нотки обеспокоенности в его голосе.
– Я демонстрирую свои навыки. Если кто испугается… это уже не мои проблемы, – заканчиваю скомкано.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, с какой целью был выставлен неуравновешенный боец от Третьего Генерала. Другое дело – кто был инициатором этой глупости?
По мне – так ответ очевиден. Первый генерал.
Хотя, возможно, я целенаправленно черню его в своих мыслях.
– Они возненавидят тебя, – произносит Гоу’хан.
– Они уже это делают, – спокойно парирую.
– Возможно, начнутся нападки…
– Пусть рискнут.
– Ты действительно бесстрашная? Или глупая?
– В чём – в чём, а в глупости точно никогда не была замечена, – улыбаюсь, взглянув на него.
– Что сделаешь с двумя оставшимися соперниками? – решив, что меня не переубедить, протягивает Гоу’хан.
– Увидишь, – хмыкаю, переводя взгляд в сторону императора…
Однако, время шло, а меня всё не приглашали на Арену. А когда оставшиеся бойцы разобрались между собой – кто сильнее, вопрос первого места и вовсе повис в воздухе.