Тьма падет

– Как тебя зовут по-настоящему? Я заплачу больше, если смогу называть тебя настоящим именем…
Повисло долгое молчание. Резкий порыв ветра закружил в воздухе сухие листья и обрывки бумаги, взлохматил каштановые волосы паренька и улегся. Парень молча изучал свои ботинки. Интересно, думал Ник, для чего ему так нужны деньги. На еду и жилье? На наркотики? На новые белые кроссовки?
– Пол.
– Привет, Пол. Сколько берешь за всю ночь?
– Три сотни наличкой. Деньги вперед.
От Пола пахло лосьоном после бритья и мылом.
– Садись на пассажирское сиденье, – сказал Ник и закрыл окно. Пока Пол обходил машину, Ник задумался: почему он вообще работает на улице? Те парни, что с внешностью получше, давно уже переходили на мобильные приложения. Это было проще и безопаснее – кроме того, если в дело должна будет вмешаться полиция, за тобой всегда останется цифровой след из метафорических хлебных крошек.
Впереди появилась полицейская машина. Пол, должно быть, это заметил – он поспешно перешел улицу и направился в другую сторону.
Ник открыл центральную консоль и проверил мини-холодильник, до отказа забитый бутылочками шампанского и кока-колы. Затем он захлопнул дверцу.
Тогда-то он пришел в чувство и осознал, что все это время действовал на автопилоте. Он ведь только что чуть не подцепил Пола. Он никогда не занимался этим сам. Только, может, первые несколько раз он делал это в качестве Ника Лейси, но это было многие годы назад, и чем дольше ему удавалось выходить сухим из воды, тем большее он мог потерять. Так что он начал использовать разные имена и маскировки: небольшие изменения внешности тут и там, чтобы выглядеть немного по-другому. Стив, Грэм, Франк и Том – его недавнее альтер-эго, с помощью которого он подцепил Хайдена Окли.
Каждый день он проверял новости – на случай, если полиция все же предъявила обвинения Ною Хантли. Сейчас они были на стадии допроса: наверняка дожидались, пока из лаборатории придут результаты теста ДНК, которое они получили с нижнего белья, подброшенного Ником.
И это поставило его в затруднительное положение. Конечно, если Ной Хантли предстанет перед судом и будет осужден за убийство Дэвида Ламба, Гейба Кемпа и тех двух юношей, имена которых он уже даже и не помнит, то Ник снова сможет вздохнуть свободно. Но это также и означает, что ему придется изменить свои методы, если он хочет продолжить делать то, что делает.
Полицейская машина доехала до самого конца длинной дороги и свернула направо.
Пол вышел из переулка, где ждал все это время, и направился назад к машине.
Ник крепко сжал руль. Страстное желание схватить этого молодого самца и мучить его, пока он не покорится полностью, пока не испустит последний вздох, было практически непреодолимым.
Но Ник смог стряхнуть с себя наваждение. Он завел машину и тронулся с места, направляясь обратно в Бернхэм-он-Си.
Аромат лосьона после бритья преследовал его еще какое-то время.
 
Глава 46
Ранним утром понедельника они направились в Бернхэм-он-Си, чтобы разобраться с Ником Лейси. Кейт видела, что Тристан напуган. Она и сама чувствовала тревогу при мысли о том, что им предстоит столкнуться лицом к лицу. Прошлый день они провели, опрашивая свидетелей и сверяя детали.
Когда они выехали из Эшдина, было тепло и солнечно, но стоило им выехать на трассу М5, как погода ухудшилась. Когда они добрались до Бернхэм-он-Си, на небо и вовсе наползли низкие серые тучи. Припарковались они на том же месте, что и в прошлый раз. Ветер ревел над пустынным безлюдным пляжем, сдувая с дюн песок.
– Ты готов? – спросила Кейт.
– Нет, – ответил Тристан. – Фотография у тебя с собой?
Она кивнула.
Тристан закрыл машину, и они вышли на песчаную дорожку, ведущую к дому Ника Лейси. Какой-то частью своей души Кейт надеялась, что Ник еще не вернулся из своей деловой поездки, но не успели они пройти и половины дороги, как из дома вышла Элспет и направилась к ним навстречу, приветственно взмахнув палкой.
– Доброе утро! – жизнерадостно сказала она. Сегодня на ней были солнечные очки и плотный шарф, покрывающий голову.
Кейт и Тристан пожелали ей доброго утра в ответ и отправились дальше.
– Кажется, сегодня на нас обрушился ветер, дующий через бристольский канал, – сказала она. – Но и приятные дни у нас тоже бывают!
Ветер усилился, и ей пришлось кричать, чтобы заглушить его рев. По правую сторону от дороги росло целое поле папоротников и сорной травы, и когда ветер швырял песок на листья, тот издавал тихий потрескивающий звук.
– Вы пришли к Нику? – крикнула она им в спину.
– Да, – ответила Кейт.
– Он дома. Я только что заходила к нему на утреннюю чашечку кофе! – крикнула Элспет. Резкий порыв ветра чуть не сбил ее с ног. – Что-то ветер не утихает, – сказала она, махнула на прощание рукой и, опустив голову, пошла вниз к пляжу.
– Она ведь не знает, да? – сказал Тристан.
– Конечно, не знает.
Ветер дул им в спину, так что подниматься было легко. До двери они добрались быстро – по мнению Кейт, так даже слишком быстро.
– Нам обязательно нужно заставить его говорить, – сказала она. – У меня с собой перцовый баллончик.
– Ты думаешь, он тебе понадобится? Газ и нас может задеть… И носить его противозаконно.
– Это в качестве самой крайней меры.
Тристан кивнул и гулко сглотнул.
– Как думаешь, он знает, что мы тут?
– Мы же Джон и Морин, помнишь? – попыталась пошутить Кейт, но никто из них не рассмеялся. – Идем?
Тристан кивнул.
– Идем.
Кейт наклонилась и нажала кнопку звонка. Прошла секунда, затем еще одна. На пляже истошно завывал ветер.
А что, если он откажется открывать дверь? Что, если соседка рассказала ему, что они были здесь на прошлой неделе? Он ведь мог понять, что к чему, подумала Кейт.
Они вздрогнули, когда раздался щелчок отодвигаемого засова. Дверь медленно открылась.
Перед ними стоял Билл, сжимая в руках корзину с чистым бельем.
Поначалу все ошеломленно застыли. На фотографии 1998 года, сделанной в коммуне, был запечатлен Хорхе, по обе стороны от которого сидели Макс и Билл. Тристан и Кейт, конечно, позвонили Хорхе снова, и он подтвердил: да, мужчина, сидящий рядом с ним и Максом, – это Ник Лейси. Было настоящим шоком узнать, что Билл и Ник Лейси – один и тот же человек. Но куда большим шоком было увидеть настоящее, живое подтверждение этого факта: Билла, открывающего дверь дома, в котором он жил с Максом Джеспером.
Билл переводил взгляд с Кейт на Тристана и обратно. Он открыл рот, но затем закрыл его обратно. Затем он взял себя в руки и улыбнулся, но улыбка это была странная, совсем не радостная. Яркие глаза Билла приобрели слегка безумное выражение.