Тьма падет
– Что случилось с этим парнишкой, Дэвидом Ламбом? – спросил он.
– Он пропал в июне 1999 года, – ответила Кейт.
– И он тогда здесь жил?
– Нет, он переехал за пару недель до этого, – сказала Кейт, несколько раздраженная тем, что ей приходится повторять.
– Ах вот оно что. Если бы он здесь жил, то я бы был в курсе. За теми, кто жил в моем доме, я всегда приглядывал.
– Может, вы знаете, кто может нам помочь? Вы еще общаетесь с кем-то, кто жил здесь в те годы?
Макс снял очки.
– Нет, моя дорогая. Когда я перешел на темную сторону и открыл для себя радости капитализма, все мои социалистические свободолюбивые друзья мгновенно испарились. А ведь я заявил о праве незаконного владения только затем, чтобы не дать другим отнять наш дом.
– Как вы ее вообще нашли? – спросил Тристан.
– Как я нашел что именно? Выражайтесь яснее, – попросил Макс. Он смотрел на Тристана со странной смесью похоти и отвращения.
– Как вы нашли эту коммуну?
– Это было в конце семидесятых. Я был бездомным, а этот дом – полностью заброшенным. Можно было войти внутрь, просто обойдя его с заднего двора, – начал рассказывать он, взмахом очков указав направление. – Я присоединился к группе людей, которые забрались сюда в поисках убежища, и только мне хватило мозгов, чтобы начать оплачивать счета за здание. Так что я поставил новые двери и превратил дом в безопасное место.
– Раньше здесь был пансион? – спросила Кейт.
– Да, очень давно. В некоторых комнатах под кроватями даже можно было найти ночные горшки. Мы их, конечно, не использовали. Я, может, и был бездомным, но я никогда не опускался до того, чтобы гадить в горшок.
Бишоп рассмеялся шутке – пожалуй, слишком уж усердно.
– Не так уж это и смешно, – сказал Макс. – Иди отсюда. Столы вон протри. – Бишоп густо покраснел и ретировался в сторону бара, и Макс снова повернулся к Кейт и Тристану. – Мне очень жаль, что этот парнишка, Дэвид, пропал, но тогда времена были совсем другие. Через коммуну прошли сотни молодых людей.
– Шелли сказала, что в основном в коммуне жили юноши, – заметила Кейт.
– Ну разумеется. Судя по вашему возрасту, вы должны помнить старые деньки, – проницательно указал он. – Так что вы знаете, что в те годы люди не ходили, увешавшись гребаными радужными значками. Это место было безопасным убежищем для многих людей – включая геев, которых вышвырнули из дома собственные родители. Ладно, у меня еще есть дела. Может, оставите визитную карточку на случай, если я что-нибудь вспомню?
Кейт вручила ему визитку агентства.
– Детективное агентство Кейт Маршалл, – прочитал Макс. – А у вас есть визитка? – спросил он, оглядывая Тристана.
– Есть, – ответил он и протянул ему собственную визитную карточку.
– Я обязательно позвоню вам, Тристан, если что-нибудь вспомню. А теперь, если вы меня извините…
Он улыбнулся, склонил голову в легком прощальном поклоне и стремительно ушел, прежде чем они успели его остановить.
Кейт передернула плечами. Безразличный холодный взгляд Макса Джеспера вызывал у нее легкую оторопь.
Глава 18Когда Кейт и Тристан вышли на улицу, с неба все еще лился дождь. Они поспешили в машину.
За кофе заплатил Тристан, и когда он вручил чек Кейт, она заметила, что сзади на нем что-то написано.
– Официант оставил свой номер телефона. И еще смайлик нарисовал, – сообщила она, поднимая чек в воздух.
– О, – проговорил Тристан, рассматривая надпись. – Я его не просил.
– Ну, не мне же он номер оставил.
– Он точку рисует как маленький кружочек. – Тристан скептически приподнял бровь.
– Я как-то работала с человеком, который занимается графологией. Он говорил, это значит, что у человека игривый характер, – заметила Кейт.
– Не мой тип мужчин.
У Кейт мелькнула мысль – а какой у него вообще вкус на мужчин? Она ни разу не слышала, чтобы Тристан упоминал своего парня.
– Делу бы помогло, встреться ты с ним за чашкой кофе. Он ведь говорил, что работает в отеле уже три года. Ты не против этим заняться? – спросила она.
– Ладно. На чашку кофе я согласен.
Кейт снова взглянула на чек.
– Смайлик ведь это и значит? Приглашение на кофе?
– Наверное. А ты бы что подумала на моем месте?
Кейт даже рассмеялась.
– Я бы подумала, что кто-то что-то напутал. Я давно уже не в том возрасте, когда официанты пишут свой номер на задней стороне моего чека, – ответила она. – Если ты не против встретиться с ним и выпить кофе, то может, мы узнаем что-нибудь новое.
Кейт села за руль, завела двигатель и выехала на дорогу. Вскоре позади остались и магазинчики, и кинотеатр, и вот они уже доехали до конца улицы и двигались к промышленному кварталу. Тристан взял в руки телефон, набрал короткое сообщение Бишопу и нажал «отправить».
– Что думаешь о Максе Джеспере? – спросил он, убирая телефон в карман.
– Думаю, он равнодушный гаденыш, которого ни капли не интересовало, что я говорю.
– А я думаю, он лжет. Он знал Дэвида Ламба, – сказал Тристан. – Шелли упоминала, что в коммуне почти не было женщин. Даже если Дэвид не особенно выделялся сам по себе, то, что он приехал вместе с Шелли, должно было запомниться. И Шелли говорила, что когда Дэвид пропал, она отправилась в коммуну. Весь этот разговор про косячки – полная брехня. Макс кажется очень проницательным человеком. Как ворон, знаешь, – умный и дотошный.
– Не говоря уже о том, что мне кажется подозрительным, как Макс Джеспер из обычного бездомного бродяги стал владельцем шикарного отеля.
– Может, это просто удача? – предположил Тристан. Кейт только улыбнулась. Он явно смотрел на мир слишком уж оптимистично.
– Удача – это стать владельцем полуразрушенного здания. Но чтобы превратить эту развалюху в отель, нужны серьезные вложения. Вспомни всех этих людей на открытии! Мэр, все эти респектабельные бизнесмены, Ной Хантли. Конечно, его могли пригласить просто как местного бизнесмена…
– Но это снова возвращает нас к Джоанне и ее связи с Ноем, – закончил Тристан. – И хоть пока прямых подтверждений нет, Джоанна наверняка расследовала исчезновение Дэвида и Гейба.
– Все еще есть вероятность, что она позвонила Шелли, чтобы поговорить об этой асбестовой истории и не собиралась спрашивать ее о Дэвиде Ламбе. Хотя это, конечно, было бы удивительным совпадением – Джоанна ищет Дэвида Ламба и совершенно случайно связывается с его лучшей подругой Шелли по совершенно другому вопросу.
– А может, тут есть какая-то связь? Надо проверить, что там за история с асбестом, – предположил Тристан.