Герой иного мнения
– Бэ, какая мерзость, – расслышал я.
– Что, раньше монстров не убивала? – усмехнулся я.
– Таких противных – нет! – фыркнула она и положила ядро в сумку.
Я подошёл к Сорину и коснулся плеча.
– Ну как тут у тебя?
– Ботинок цел! – довольно ответил он, завязывая шнурки.
Чуть поодаль я заметил окровавленный обрубок ступни. А парень то растет прямо на глазах! Случилось бы с ним такое когда я его только повстречал – он бы сейчас валялся в шоковом состоянии, а теперь вон – спокойно вытащил свою же откушенную ступню и сидит довольный, что ботинок цел остался.
Так как всё завершилось довольно хорошо, мы пошли дальше.
– Карина, ты не забывайся, – решил я напомнить ей, – нельзя сжигать мобов дотла.
– Прости, я постараюсь не забыть в следующий раз.
Между тем, мы покинули эту пещеру и прошли по узкому проходу к следующей. Уже я шёл впереди по общему молчаливому согласию, так что когда из-за камня неожиданно выскочила крыса, я на автомате разрубил её пополам. Эх, стоило бы приручить на время.
Мы вышли в небольшую пещерку с аккуратной поляной посередине. Казалось, что здесь нет монстров вообще. Так, какие-то грибы, что не светились, я не ощущал опасности от них, так что принял за простые растения.
Неожиданно позади раздался вскрик Карины и я обернулся: у неё на ноге было нечто типа человечка с огромной шляпой, имитирующей грибную. Спустя мгновение я понял, что это и есть гриб!
Карина скакала на одной ноге и пыталась попасть в гриб небольшими сгустками огня, но он успешно уворачивался, кусая её сапог. Он быстро полз выше и уже укусил за икру, вызвав вопль девушки.
Вокруг ноги образовался шар из воды, но гриб это ни капли не смутило, он вцепился в плоть мертвой хваткой и не собирался отпускать.
– Сорин, убери воду! – крикнул я и бросился к ним, кидая вперёд [Силу Тьмы].
Успешно, гриб тут же отцепился от ноги и покорно спрыгнул на землю. Всё бы ничего, да только моё [Предчувствие] словно взбесилось. Я осмотрелся и понял, в чём дело: все эти чертовы грибы сейчас смотрели на нас, готовые броситься в атаку.
– Бегите! – крикнул я и замахнулся мечом, разрубая первого моба.
Краем глаза заметил, что Сорин схватил девушку за руку и окружил себя с ней [Щитом]. Я так же геройствовать не собирался и побежал следом. Чёрт, да сколько их тут? Я уже активировал свои [Щиты Света], но мелкие твари лезли во все щели.
Промахнулся, раз, два. Рука словно перестала меня слушаться, ноги начали заплетаться. Смотрю вперёд – у ребят уже нет щитов, только вспышки огня, и те становятся всё реже.
Да что такое! Перед глазами всё поплыло, мутно, слышу своё дыхание так, будто я слон. Система пищит о потере мной ОЗ, но я игнорирую.
Не обращаю внимание на боль, врубаю [Режим марионетки], идти становится проще, но ненамного, перед глазами тоже проясняется на время. Пользуюсь моментом и делаю [Рывок] к своим, уже лежащим на земле в обнимку. Понимаю, что где-то я обронил свой меч, разгребаю грибы руками, на ходу приручая и заставляя нападать на своих же. Всё, чисто. Накрываю собой Сорина и Карину, активирую [Тень поглощения] и распространяю насколько это возможно. Тьма хлынула во все стороны, ударяясь о стены пещеры словно волны о береговые скалы, с меня будто разом ушли все силы. Не прижми я ребят к себе, то не смог бы отделить их от треклятых грибов, [Тень] бы поглотила и их энергию тоже. Сомневаюсь, что кто-то из них смог бы выжить после такого в замкнутом пространстве, без возможности быстрого побега.
Да что ж со мной? Держусь из последних сил, а вот ОЗ Карины растут вверх. В образовавшейся темноте я увидел её удивление.
– Сорин, Сорин! – толкает она парня рядом. – Лечи, это яд! Димир скоро умрёт!
– Димир? – удивленно повторил парень, округляя глаза.
Я увидел свечение вокруг мага – исцеляет себя, и… Всё, я потерял сознание.
***
Я стою на вершине холма и смотрю на долину, заваленную трупами. Кружат стервятники и вороньё, вдалеке будто плывут по воздуху над землёй мои адские псы. Предрассветный час, выпадает роса, я чувствую эту неприятную прохладную влажность и передергиваю плечами. Ветра нет, тишина.
– Ты гля, жив, – слышу я бодрый голос моего старого друга-демона Аверия и оборачиваюсь к нему. Он весь в крови, но сам вроде цел. Рядом стоит какой-то командир из второго эшелона, вроде как дракон в человеческом обличье – огненно красная копна волос и такая же короткая борода.
– Не дождёсся, – улыбаюсь я ему. – Я буду жить вечно.
– Смотри, как бы желание не сбылось.
Я слышу кашель и свистящее дыхание сбоку от себя, оборачиваюсь на звук и мир перед глазами сместился – я вижу своего отца. Мы в его доме, он умирает. Мать стоит у изголовья кровати с каменным лицом и смотрит на меня. Чёрт, почему мне стыдно?
– Не так хотел я умереть, – сокрушается отец.
– Тьма примет тебя с распростертыми объятиями, отец. Я уверен в этом.
Его глаза смотрят сквозь меня, звенящая тишина. Я сижу на стуле и ищу хотя бы намёк на присутствие Тьмы. Не дымки, ни лёгкого холодка, ничего. Время тянется, но ничего не происходит.
Мать молча уходит и уже будто издалека я слышу её голос:
– Это ты виноват, что Тьма обошла его смертное ложе!
Я закрываю лицо ладонями, затем тру виски и поднимаю веки: картинка мира снова сменилась. Передо мной стоит Эгле на стене замка Больдо и смотрит вдаль, ветер гуляет в её волосах.
– Учитель говорил мне, что нужно быть осторожнее с мечтами. Они могут исполниться.
– Ты не будешь жить вечно! Будь ты проклят, и имя твоё забыто и утеряно в веках! – крик моей матери и мир снова погружается в темноту. – И не увидеть тебе праматери Тьмы после смерти так же, как и отцу!
Я в темной комнате, где не видно ничего, только что-то светящееся катится к моим ногам. Я поднимаю это и понимаю, что это отрубленная голова статуи Богини.
– Ты ещё пожалеешь об этом, – она с ненавистью говорит мне.
Я отдергиваю руки в стороны и она беззвучно падает вниз, в тёмную воду, где и тонет.
Я теряю равновесие и падаю следом в ледяную тьму.
***
– Димир!
Я открываю глаза и вижу два обеспокоенных лица. Что? Ах да, это ведь Карина и Сорин.
– Живой, – вздохнул Сорин. – Сколько пальцев? Ты узнаёшь меня?
– Да, да, Всё в порядке. Три.
Я сел и огляделся. Мы всё на той же поляне, усеянной трупами сотни грибов, а может и двумя сотнями.
– Мы чуть не умерли тут, – сказал Сорин. – Это редкие монстры, во всех учебниках советуют обходить их стороной при встрече. Одиночная особь не особо опасна, но группа из сотни уже вполне соответствует сложности заданий А-класса. В момент смерти грибы выпускают споры с галлюциногенным и паралитическим эффектом, а слюна их очень ядовита. Странно, что колония оказалась на седьмом уровне, обычно они ниже десятого уровня. Видимо, кто-то из нас наступил на одного из них, вот и пошла цепная реакция.