Наследие Сири

Дома было тепло и красиво — солнце светило в окна, настроение было прекрасным. Я думала о том, как старая женщина чувствует, что люди добрались до северного берега. Это выше моих знаний, но очень хотелось верить в это. У нас осталось лето. К началу холодов можно бежать, главное — выбрать нужное время. Каков шанс, что мои слова упадут в благословенную землю, и гребцами будут рабы я не знала, но шанс был. Я не знала как организовать все так, чтобы туда попали девушки — рабыни, как нагрузить корабль необходимой провизией и водой. Об этом нужно было думать сейчас.
— Ты часто гуляешь с тем мужчиной на верфи, Сири, — Бран смотрел мне в глаза задав этот вопрос даже не поздоровавшись. На следующий день я пришла на верфь раньше, чем туда приходит Улааль, чтобы поговорить с Браном.
— Бран, оказалось, что этот человек видит каждую нашу встречу, и кроме прочего, он оказался правителем этих земель. Он видел, что мы с тобой обсуждали лапах. Но он считает, что я скрываю это только потому, что мне, как женщине, не позволят вносить в судно хоть какие-то изменения, — Бран должен знать, что происходит вокруг, иначе, он, как человек увлеченный может упустить из вида важные детали, и вся наша компания провалится, и встретится на рудниках.
— Я даже не знал, как выглядит правитель, и почему всем заправляет Ваал? — он выглядел ошарашенно, но вообще, удивительно, что он замечает хоть что-то, помимо своих кораблей.
— Наверно, правитель — очень мягкий человек, и он доверился Ваалу, передал все в его руки, — я думала о том, что скоро правитель может потерять свою силу. Нет, не божественную, о которой говорила старуха. Он потеряет свое место, и свое право слова.
— Ты заступаешься за него. Он нравится тебе? — Бран сейчас или переживал, или ревновал — я не могла понять, что именно его беспокоит.
— Он хороший человек. Он добрый и честный. Если мы заберем Ваала, жизнь здесь может наладиться. Я думаю, после того, как все изменится, мы сможем быть в хороших отношениях с Югом, но это через много холодных. Бран, скажи, сколько балласта потребуется для судна, и сколько людей там должно быть? Мы можем использовать вместо камней бочки с водой? — я поднялась на леса, и прошла на новый корабль.
— А зачем бочки, Сири, камни и проще, и дешевле.
— У меня есть идея, Бран, потом я тебе расскажу, мне пора идти домой, и еще, нужно собрать много смолы, нужно много просмоленного мочала, чтобы палуба была максимально герметична, нужно много жира, чтобы пропитать и промазать все дно лапаха снаружи, так он будет быстрее, — он помог мне спуститься, и я быстро двинулась в сторону дома. Метрах в ста правее, в кустах, я заметила, как мелькнула черная шелковая рубашка. Правитель, правитель, как вы далеки еще от маскировки.
    
Глава 39
Сейчас у нас был план. Полный и детальный план. Корабль был готов. Он стоял на верфи теперь, как нечто чужеродное, словно пираты заглянули «на огонек» к викингам с их огромными драккарами, но все равно, маленькими по сравнению с галеоном. Дно тщательно промазали жиром, изнутри все швы просмолили, палуба была высокой — борты были чуть выше бедра, а выше были натянуты веревки в два ряда. Гребцы располагались внизу, под палубой. В галеонах нашего мира в этом месте были отверстия для пушек. И они были больше. Бран продумал все детали — отверстия под весло закрывались герметично. Балластом перестанут быть камни, им будут бочки.
Для оснащения нашего Вера на берегу было начато небольшое производство — мастера прямо здесь делали бочки, тут- же топились жиры, смола, шились паруса. Для Вера была предусмотрела одна запасная мачта, что была разборной, но Бран не озвучивал этого, детали были установлены в роли лавочек в трюме.
Меня беспокоило одно — вызов к правителю, который привез лично Ваал. Он поулыбался, попил кофе, а я надеялась, что он проговорится, хоть чуть намекнет, что за срочный вопрос возник у правителя, что мне назначена аж личная встреча. Ведь правитель так любит покой и уединение, что все вопросы давно решает Ваал.
Похоже, Ваал сам не знал зачем правителю эта встреча, и она его беспокоила сильнее чем меня. Когда он начал задавать наводящие вопросы, я уверилась, что он ни сном, ни духом о нашем грядущем рандеву.
Три дня мне предстояло дергаться, и как-то продолжать обычную жизнь, в которую теперь входил еще и сбор провизии в плаванье — все лето мы солили припасы, сушили сухари, заготавливали крупы. Благо, мой подвал был вполне пригоден. Но этого было мало. Планировалось, что нас будет не меньше ста человек, а в идеале — сто пятьдесят.
Бран прошел к нам в дом поздно ночью — он на лодке прошел по берегу, и вышел прямо к тропинке, что поднималась к моему дому. Я вышла в беседку, и мы оговорили каждый шаг нашего плана. Оми и Сига занимались организацией своей части. Теперь нам нужно было дождаться нужного времени — сезона штормов, он начинался примерно за пару месяцев до северной осенней ярмарки. Лапахи южан пережидали его и выдвигались тогда, когда шторма шли очагами — в открытом море. Какие-то им удавалось обходить, а были и такие, что топили суда.
Наше судно должно было качаться на волнах в шторм, его могло отнести восточнее, или вовсе, прибить снова к этим берегам, только с другой стороны земель. Мы договорились, что действовать будем исходя из того, что получится. Но все ходы были продуманы. Ваал благосклонно принимал обновления, что вносил в наш Вер Бран. Ваал не жалел средств и людской силы для того, чтобы обрести безопасный корабль.
За мной прислали карету из замка. Наконец, мои волосы отросли и были уже ниже плеч. Оми собрала их в две косы вокруг головы. Солнце высветлило их до платинового оттенка, а кожа на солнце стала практически как у местных жителей. Сочетание смуглой кожи, голубых глаз и светлых волос было шикарным. Я нравилась себе. Белоснежная рубашка из шелка, топик под ней, что мы продумали с Ониси, играл роль бюстгальтера. Широкие брюки из черного шелка и красный шелковый пояс в цвет к тапочкам. В этом можно было выйти и в нашем мире.
Оми и Сига поехали со мной. Оми должна была встретиться с подругами из служанок, и выяснить все, что знали они. Сига встретиться с кухаркой, и там разузнает все детали и расскажет кухарке о нашем плане, который был теперь полностью продуман. Мы ехали молча, день клонился к вечеру, и дневная жара начинала спадать. Я боялась этой встречи, и то, что встеча назначена накануне спуска судна на воду. Это могло значить только одно — встреча связана с нашим кораблем.
Шанари встречала меня теперь как женщину, что принадлежит к высшему обществу, сама помогла выйти из кареты, и проводила в дальнюю часть замка, где были покои правителя. Мы поднялись на третий этаж. Там был большой холл, окна которого выходили в сад. Из холла было несколько дверей, одна из которых открылась, как только мы прошли на середину зала. Шанари провела меня туда, и закрыла за мной дверь. Это был большой кабинет, стены которого были увешаны картами. Впервые в этом мире я видела бумажные карты. В кресле сидел правитель Улааль. Он улыбался, наблюдая за тем, куда устремлен мой взгляд. Он видел, как жадно мои глаза впитывают огрызки картинок, что представляет их мир.