Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре

— И я тоже, — засмеялся Рондвир.
Морис присоединился к их смеху:
— Как же хорошо вы меня изучили.
— Ладно, давайте ещё выпьем, — предложил Олег.
— Нет, я пас, — поспешно отказался Морис.
— Брось, немного вина лишним не будет, — решил настоять Лисовский. — Тем более что стараниями Влада ты уже почти протрезвел.
Морис бросил на вампира удивлённый взгляд:
— Спасибо.
— Не за что. — Ворон поднялся и достал чистый бокал, заменив тот, в который наливалось виски. Затем наполнил бокалы вином.
— За любовь! — провозгласил Лисовский, подняв свой бокал. — За вас с Лилит! И за моих мальчиков с их девочками!
— Да, за все три пары, — поддержал старшего брата Кирилл.
— Тогда уж и за Рондвира с Мэйбл! — добавил Морис.
Пять бокалов встретились с мелодичным перезвоном. Хрусталь у Ворона был не хуже вин, а возможно, и не моложе.
— Олег, можно один вопрос? — обратился, сделав пару глотков, Морис. — Не хочу тревожить им Лилит, но сам найти ответа никак не могу.
— Спрашивай, конечно, — кивнул Лисовский.
— Оборотнем у Лилит был только отец, а у матери магических способностей вовсе не наблюдалось. Но, как я понимаю, жизнь оборотня длиннее, чем простого немага. Как же они собирались решать данную проблему?
— Эдвард хотел обратить жену.
— Эдвард? — удивился английскому имени Морис.
— Обратить в оборотня? Это как? — одновременно с ним изумился Рондвир.
— Эдуард. Но все называли его Эдвардом, — пояснил Лисовский. — А обратить, конечно, не в оборотня – в вампира. Для того, у кого нет способностей к магии, это единственный вариант.
— Хотел, но так и не обратил? — уточнил Рондвир.
— Да, не успел. Она всё никак не могла решиться. А потом началась эта проклятая война… Так сколько всё-таки стоит обучение в Блонвуре? — резко сменил тему Лисовский, очевидно, не горя желанием вспоминать печальные события.
— Не самый простой, на самом деле, вопрос, — улыбнулся Рондвир. — Во-первых, цену за обучение там назначают индивидуально – исходя из возможностей студента или его семьи. И я, например, плачу раз в пять больше, нежели Ульцан. Но даже озвучить в ваших деньгах ту сумму, которую плачу сам, мне всё равно сложно. Ты же понимаешь, что у нас ни рубли, ни доллары не в ходу. То есть конвертация возможна только через какие-то драгоценности. Но я не очень знаю цены на них у вас. Если у тебя найдётся время, давай прокатимся по ювелирным – тогда я постараюсь сориентироваться.
— Хорошо, спасибо – конечно, прокатимся, — пообещал Лисовский.
— Олег, и ещё, — вдруг заговорила стоявшая на пороге Лилит. Когда она успела прийти, никто не заметил. — Мне бы хоть какие-то средства из лап тётки выцарапать. На то же обучение в Блонвуре, например.
— Лилит, у меня есть деньги, — тут же возразил Морис. — Заплатить за учёбу нам с тобой, уверен, хватит.
— Нам ещё и жить там на что-то надо, — резонно напомнила девушка.
— И на жизнь тоже найдётся, — продолжал хакер стоять на своём желании полностью обеспечить их совместное будущее.
— Морис, то, что у тебя есть деньги, это замечательно, — вмешался Кирилл. — Только Лилит права – с какой бы стати ей оставлять своё наследство тётке, которая и так уже неплохо нажилась на ней?!
— Да, — поддержал брата Олег. — Нужно будет подумать, как лучше поступить, чтобы оградить доходы принадлежащей Лилит фирмы от дальнейшего утекания в карман дорогой родственницы.
14-2
***
Несмотря на самые плохие прогнозы, даже не попытаться познакомить родителей со своими избранниками Вэл и Евген просто не могли. Только, в отличие от Аликс, они приехали домой вовсе без предупреждения. Выходной день – родители должны быть дома, а куча родственников, слетевшихся поглазеть на их парней, им совершенно ни к чему.
Вэл отзвонилась сестре меньше чем через час. Прогнозы оправдались по полной программе. Сразу узнав сыновей Олега Лисовского, Романов даже на порог их не пустил. А Вэл с Евген, в результате, вырвались из дома лишь с жутким скандалом.
Теперь все четверо ехали назад в Муромцево на одолженной у Вика машине.
Конечно, реакция отца девушек никого не удивила. Но всё же, после того как Лисовский сумел понять сыновей, сёстры тоже на что-то надеялись. А теперь Аликс сидела в объятиях Макса, тихо глотая слёзы. Ну почему отцу Лисов есть дело до чувств сыновей, а их отец даже слушать ничего не захотел?! Неужели ему вообще наплевать?
Макс утешал девушку как мог, но она так и проплакала в отчаянии несколько часов. И лишь ко времени, когда уже должны были вернуться сёстры, постаралась привести себя в порядок, чтобы не расстраивать тех ещё больше.
Вместе с Максом Аликс всё-таки пришла в столовую на обед, хотя аппетита у неё не было совершенно.
Что-то ребята задерживаются. По идее, уже должны были приехать. Аликс набрала Вэл – абонент недоступен. Евген – то же самое. Что за ерунда? Хотя, наверное, просто сеть не ловит на том участке дороги. Это вам не Москва.
Аликс скользнула взглядом по столу практикантов – почему-то за ним сегодня не наблюдалось Рондвира и Дэллоиза. Ну а их-то что могло лишить аппетита? Уж явно не проблема двух вампиро-оборотнических пар. Ладно. Вздохнув в очередной раз, девушка принялась за бифштекс.
Лилит тоже переживала из-за столь неудачной попытки друзей познакомиться с родителями невест, однако аппетита ей это не отбило. Сидя за столом практикантов, она уже доедала горячее, тихонько обсуждая с Морисом и Мэйбл дальнейшие перспективы данных пар. В смысле, как Романов отреагирует на решение дочерей покинуть страну вместе с возлюбленными. Реакция того никому не представлялась позитивной. Морис выступал за то, чтобы девушки известили отца по Интернету, уже откуда-нибудь из аэропорта, не без оснований полагая, что сообщи они своё решение родителю лично – тот попросту запрёт их дома.
Лилит и Мэйбл предполагали такой же исход. И всё же Лилит считала, что поступать с родителями подобным образом – то есть просто обойтись запиской – нельзя! Тем более что девушки даже не за границу уезжают, а отправляются в другой мир (последнее обстоятельство, естественно, не упоминалось вслух).
Сидя на другом конце стола, Ворон с Виком еле слышно обсуждали ту же тему. И тоже не сходились во мнениях. Вик выступал за права своего родственника, а Ворон отдавал предпочтение конспиративности.
Их спор был прерван мобильником, ожившим в кармане ректора. Ворон вытащил телефон – звонил замначальника местного ГИБДД. Странно, обычно Ворон звонил ему сам – когда на какой-то автомобиль требовалось получить талон техосмотра. Но что гибддшнику могло понадобиться от него?
Ворон снял трубку: