Курс на Юг

– Мои ребята прогулялись за бельгийцем от самого пирса, и в ближайшем переулке – чик!
И провёл рукой по гортани в недвусмысленном жесте.
– Ловок оказался, гадёныш. Прежде, чем его завалили, успел загнать Хорхе под рёбра эту железяку.
На столешницу лёг, тяжко звякнув, длинный, слегка изогнутый кинжал.
– А Хорхе, между прочим, лучше всех управлялся с навахой, таких мастеров в самой Мексике не сыскать!
Бёртон примерил клинок руке, провёл кончиком пальца по лезвию.
– Оружие кавказских горцев. – вынес он заключение. – Отличный баланс, превосходная заточка. Редкая вещь, особенно в этих краях.
– В Аргентине такие тоже не в ходу. – согласился с начальством чернявый. – Я и подумал: вдруг вам будет интересно?
– Ты прав, мне интересно. – Бёртон сощурился, разглядывая клеймо, выбитое на клинке у рукояти. – так… двуглавый орёл… надпись: «Златоустъ. Оруж. Фабр.» Русские?
Мануэль пожал плечами.
– Кинжал, изготовленный на казённом русском заводе, таскает при себе бельгийский матрос? – англичанин аж причмокнул от удовольствия. – Любопытно, весьма любопытно… Кстати, вы хоть догадались спрятать тело? Не нужно, чтобы тут вынюхивала полиция.
– Обижаете сеньор! Прямо там с пирса и спустили. Я нарочно велел Хорхе вспороть трупу живот, чтобы не всплыл. А то, знаете, как это бывает: раздуется от газов…
– Без подробностей. – поморщился Бёртон, разворачивая бумажку. Конечно, выпущенными кишками его не удивить, странствуя по арабскому Востоку и Индии, он насмотрелся всякого – но кому понравится выслушивать подобное от заведомого мерзавца?
– Так, что тут у нас? Три порции «кальдийо де конгрио»… три «пайла марина»… что за ерунда?
– «Кальдийо де конгрио» это морской угорь, запечённый с томатами и луком, излюбленное чилийское блюдо. – охотно пояснил Мануэль. – А «пайла марина – суп из мидий, асцидий и лосося. Там ещё большой «пастель де чокло», кукурузный пирог с мясом и два кувшина красного. У этого бельгийца, или кто он там, губа не дура!
– Заказ в таверну? – англичанин недоумённо повертел в пальцах записку. – И только?
– Да, не повезло тому малому, сеньор. Отправиться кормить рыб из-за такой ерунды – такого никому не пожелаешь!
– Погоди… – Бёртон разгладил листок, посмотрел его на свет, потом провёл под носом, шумно втягивая воздух. – Что-то тут… ага! Ну-ка, сбегай к хозяину, попроси у него горячую сковороду. Только чтобы чистая, без жира, смотри мне!
– Сковороду? – брови у чернявого полезли на лоб. – Но, сеньор, к чему?..
– Ты ещё здесь? – Бёртон коротко глянул на собеседника, и того словно ветром сдуло.
Требуемый предмет появился спустя несколько минут. Бёртон разгладил письмо, положил его на скатерть, накрыл платком и принялся водить по нему сковородой – словно горничная утюгом, когда гладит хозяйские сорочки… Чернявый, вытянув шею, наблюдал за этими манипуляциями. Владелец таверны тоже приглядывался к действиям посетителей из-за своей стойки – что это там затеяли подозрительные клиенты?
Англичанин отставил сковороду в сторону, взял тёплый листок. Между чернильных строк проступили другие, бурые написанные бисерно-мелким почерком.
– Секретное послание, сеньор? – жадно спросил Мануэль. – В жизни такого не видел! И как это вы только догадались?
– Тайнопись, сделанная лимонным соком. – объяснил англичанин. За сутки запах не успел выветриться, вот я его и уловил. Этот господин придерживается классических методов шпионажа. Весьма неосмотрительно с его стороны…
Он ещё раз перечитал текст.
– Выходит, русский моряк с торпедеры и те двое, с «Луизы-Марии», как-то связаны?..
– Чего-чего?
– Ничего. – Англичанин извлёк портмоне и бросил на стол три жёлтых кругляша. – Тебя это не касается. Вот, получи за работу. А своих бандитов предупреди: будут болтать – отправятся вслед за ним.
– Ясное дело, сеньор! – чернявый ловко сгрёб со стола соверены. – Не сомневайтесь: растолкую доходчиво, каждому, чтоб до кишок дошло! А мне-то дальше что делать?
– Завтра в это же время жди здесь. Получишь новые указания.
Расставшись с агентом, Бёртон ещё раз перечитал «тайнопись». Выходит, хозяин бельгийского парохода, мало, что интересуется содержащимся в крепости пленником – так ещё и имеет непосредственное отношение к группе русских агентов, устроивших взрывы в порту? Что они русские, тут сомнений нет, кинжал на это ясно указывает.
Да, сведения прелюбопытнейшие. Осталось решить: стоит передавать их чилийским властям, или лучше пока попридержать? Пути тайных операций замысловаты и непредсказуемы, и далеко не всегда следует делиться с союзниками добытой информацией – в особенности, такой пикантной.
 
IV

Тихий океан. Где-то у побережья Перу.
…декабря 1879 г.
Плоские, едва возвышающиеся над поверхностью океана броненосцы тяжело ныряли носом в накатывающую с зюйда зыбь. Машины буксирных пароходов выбивались из сил, но едва-едва могли выжать пять узлов. Хуже всех приходилось «Лоа» – низкие носовая палубы «голеты блиндады» на ходу полностью уходили под воду, и лишь сигналы с волокущей её «Оройи», подтверждали, что антикварная посудина ещё держится на поверхности моря.
Миноноска «Янакойа» (действительно, целиком выкрашенная в чёрный цвет [21]) прыгала на буксирном тросе за кормой «Тупака Амару». Котёл её был холодный, команда, за исключением рулевого, перебралась на броненосец. «Янакойу» оснастили в Пайто и теперь вместе с мониторами перегоняли в Кальяо. Командир катера, лейтенант Гальвес, стоял сейчас на мостике рядом с Повалишиным.
– Обидно, что удалось ввести в строй только «Янакойу». – сказал Повалишин, кутаясь в клеёнчатый плащ. – Для полноценной атаки одной миноноски, конечно, маловато. А другие две когда ещё дооснастят!
– Но, сеньор адмирал… – заспорил юноша, – североамериканцам во время их Гражданской войны удавались вылазки одиночных минных катеров! Почему бы и нам не рискнуть?
Повалишин одобрительно покосился на собеседника. Он благоволил лейтенанту – тот, чем дальше, тем сильнее напоминал ему Серёжу Казанкова, когда тот мичманом, сразу после выпуска из Морского Училища, явился на «Стрелец».
– В то время никто толком не представлял себе опасности подобных атак. Сейчас дело другое: на любом большом корабле имеется лёгкая артиллерия и картечницы, как раз против минной угрозы. Нет, одиночный катер, считайте, обречён. Пока не прибудут остальные, будем использовать вашу «чёрную королеву» исключительно для разведки и патрулирования. Нам известно, что чилийцы тоже готовят «торпедеры» и могут предпринять набег на суда, стоящие в гавани Кальяо. Удалось нам в Антофагасте – так почему бы и им не попробовать?