Мой Ангел (СИ)

– Не-а, – переворачивается и одаривает меня своими горящими от любви глазами.
Моя девочка.
Трепетно целую. Вкладываю в поцелуй всю глубину моих к ней чувств. Хочется, чтобы она ощутила мою зависимость от неё и то, что я всегда рядом.
Слыша вчера её надломанный голос, у самого чуть сердце не разорвалось изнутри. Я не имел право не приехать.
– Просыпайся, умывайся и спускайся, а я пока нам на завтрак что-нибудь приготовлю. И будем выезжать, – нарочно втягиваю в пучину утренних хлопот, не давая времени сеять в себе и взращивать страх и волнение. Приедем и всё на месте узнаем.
План частично срабатывает, и на Рите даже успела покрасоваться улыбка, и она сохранялась вплоть до нашего с ней прибытия в медицинский центр.
Напротив нас входные двери — и в считанный миг в Ритиных глазах рождается ужас. Она крепко сжимает мою ладонь в своей, и я нежно поглаживаю её большим пальцем.
– Пойдём, – подмигиваю и демонстрирую всё своё остаточное спокойствие, которое храню для случаев, когда и сам в нём нуждаюсь. Я же тоже не железный, и, конечно, новость, что Рите нужно как можно быстрее сделать УЗИ, меня слегка подкосила. Однако Рите знать это не желательно, потому с показательной уверенностью в прямом смысле тяну Риту в кабинет нашего врача.
Рита ложится на кушетку, а я присаживаюсь на соседний диванчик, располагающийся ровно напротив экрана телевизора, где всё и будет отображаться, где я впервые увижу нашего малыша.
На область живота Рите наносят специальный гель, который усиливает контакт датчика с кожей. И Наталья начинает постепенно осматривать все органы малого таза.
Врач смотрит, изучает и тут же вносит какие-то данные в компьютер. Делает молча и без каких-либо комментариев. Она заранее предупредила, что всю важную информацию обязательно озвучит после окончания процедуры.
Мы с Ритой несколько раз переглядываемся. Она обращается явно за моральной поддержкой, а я просто любуюсь ею: своей хрупкой и одновременно сильной девочкой. И какая всё-таки невероятная картина, когда Рита лежит с оголённым животом, в котором уже шесть недель ютится маленький комочек нашего счастья. Наблюдаю, восхищаюсь и радуюсь.
После пятнадцати минут, проведённых в тишине, Наталья подключает и нас в процесс. Увеличивает изображение, ставит на стоп-кадр и начинает обводить маленькое пятнышко для наших глаз.
– Вот ваш малыш, ещё совсем маленький — всего 7 мм. Дальше говорит на своём языке. Улавливаю главное — то, что все нужные для этого срока показатели в норме. – Так, первое плодное яйцо мы посмотрели, теперь переходим ко второму.
Повторяет те же действия: увеличивает изображение и делает стоп-кадр. И также в точности обрисовывает цветной линией пятнышко.
– Это сейчас мы с другой стороны его рассматриваем? – Сдвигаясь на краешек диванчика и по внимательнее разглядывая экран, не понимающе переспрашиваю у врача, поскольку во второй раз вижу одно и тоже.
– Нет, папочка, это я вам показываю вашего второго малыша, – и переводит свой взгляд на Риту. – Вон, мамочка ваша уже поди догадалась.
Смотрю на Риту, а та уже вся в слезах.
Почёсываю макушку для улучшения кровообращения, сейчас явно надо, чтобы заработали шестерёнки, потому что я ничегошеньки не понимаю. Тупо хлопаю глазами, чем вызываю смех у врача и Риты. Рад, что хоть смеётся, значит всё хорошо.
Бросаю Рите кивок, мол, объясни, что здесь происходит. И снова вызываю у неё приступ безудержного смеха. И когда она немного успокаивается, решает всё же прояснить ситуацию — что тут, чёрт возьми, происходит.
– У нас будет двой… – шепчет мне одними губами.
– Что? – Ещё двигаюсь ближе. Не могу разобрать последнее слово.
– Двойня, Максим! –
Резко бросаю взгляд на экран, иначе смотрю на второе пятнышко – оно же получается совсем другое. Ищу зачем-то различия.
Ого, их двое…
Наталья продолжает озвучивать параметры развития второго эмбриона. Однако, кроме размера плода, которое составляет 8 мм, и того, что частота сердечных сокращений равна 142 ударов в минуту, другая информация ко мне не поступает. Кажется, я на непродолжительное время выпал из реальности. Наверное, на меня так повлиял возникший от новости шок.
 
Я буду папой, дважды папой.
– Мааакс, – из мира мыслей меня вырывает знакомый ангельский голос.
– А? – С потухшего экрана перевожу свой взгляд на Риту.
– Мы всё! – Стоит практически в плотную ко мне.
И долго я пялился в выключенный экран интересно? Надеюсь, хоть она меня в первый раз позвала, а не сотни кличей кидала.
– А, да-да, – подрываюсь с места, на автомате прощаюсь с врачом и вместе с Ритой выхожу с кабинета, точнее она меня утаскивает за руку оттуда.
– Слышал, с ними всё в порядке, растут хорошо, сердцебиение в норме, – продолжая тащить в сторону выхода, говорит с преисполненным счастьем голосом. Именно излучающий её свет стал проводником к финальному этапу осознания всего произошедшего.
Я останавливаюсь и притягиваю её к себе. Кладу ладонь на затылок и мягко прижимаю её к своему безумно бьющемуся сердцу. Я же донельзя люблю эту девочку. Просто масштабы вселенной крошечны по сравнению с моей любовью к ней. А сейчас, когда она носит под своим сердцем двух наших ангелочков, она стала безграничной. Нас ничего больше не разделит.
Разлука в три года — мизерный отрезок, который мы с Ритой смогли в несколько месяцев преодолеть. Это ли не истинная любовь?
– Спасибо! – Приподняв её подбородок и взглянув ей в сверкающие от слёз глаза, я окончательно сломался, и мужская выдержка пошла ко всем чертям. Туда ей прямая дорога.
Я вздымаю окрылённую Риту высь и целую. Здесь и сейчас рядом с ней я снова зажил, имея в арсенале возможность любить и быть любимым.
Мы сливаемся в головокружительном танце чувств. Если новость о беременности я встретил с хором, и мне хотелось кричать во всеуслышание, что я стану папой, то в эту секунду я хотел как можно дольше побыть в нашем маленьком мире, где есть только я и она — мой Ангел.
И когда мы удовлетворили хотя бы малую часть своих потребностей и сумели немного насытиться друг другом, нам удалось оторваться и перенести остальное на потом, примерно на час времени. Именно столько займёт дорога домой.
Сев в машину, наши пальцы тут же переплетаются, будто не мы только что стояли на улице в обнимку и целовались. Потому что именно это мне хочется повторять снова и снова.
– Макс, – не успеваю завести мотор. Поворачиваю голову к Рите и вижу, как она смотрит куда-то вдаль через боковое стекло, о чём-то явно думая.
– Да, – отвечаю тихо, боясь нарушить её внутренний монолог, а вдруг он ещё не завершился.
Замечаю, как Рита, вытянув из нашего замка руку, начинает беспокойно перебирать пальцами.
– Помнишь, – она оборачивается ко мне, – мы договорились, что новость о беременности расскажем всем на свадьбе?
– Помню, а что? – Её медленная подводка к кульминации вызывает лёгкое напряжение в теле. К чему это она?!
– А позволь нам ей первой рассказать? – Я, честно признаться, занервничал. Упоминание Риты о маме стало в какой-то степени неожиданностью. Она о ней редко говорит, то есть вовсе не говорит. Однажды, только однажды — в первый мой приход в её офис. После уже в период отношений она посещала кладбище одна, так ей было комфортнее. И я спокойно это воспринимал. И то, что она сейчас предлагает нам вдвоём поехать туда и там, с самым близким ей человеком, поделиться своим счастьем — для меня это дорогого стоит.
Положительно кивая и одаривая её улыбкой, я завёл машину и тронулся с места. На уголках глаз невольно наворачиваются слёзы. Ведь в этот день Рита приоткрыла мне последнюю ранее запертую дверь.
  
Эпилог. Маргарита
 
Спустя месяц
– Ну что за красавица, – присвистывает Кира, глядя как мне делают финальные штрихи в макияже. – Не, ну ты посмотри, Маш, – не унимается. – Эх, – хлёстко бьёт себя по бедру, – надо было всё-таки выкуп устраивать, тем более Максим завидный у нас жених с деньгами в кармане, а мне в отпуск давно уже пора, – пригорюнилась в конце.