Выйти замуж не напасть, как бы замужем не пропасть
Сергей уезжал с товаром в Кустанай и сидел там неделями. Торговля замерла, никто ничего не хотел брать, все чего-то выжидали. И мы в первые полгода ушли в минус почти на пятьсот долларов. Проценты нам никто не отменил, а то что мы их брали, когда они стоили шесть рублей, а сейчас уже тридцать, нашего кредитора не волновало. Наши проблемы её не интересовали.
Наш рацион катастрофически уменьшился, практически до трех продуктов, макароны, картошка и растительное масло.
Мара с Глебом пришли из школы с новостью, их поставили на учет в связи с реакцией на пробу Манту. Выдали таблетки. Я была в тихом ужасе, детям требовалось усиленное питание, а денег не было.
В один из вечеров пришли в гости, мои подружки. Девчонки из группы принесли с собой бутылочку вина. Я отварила картошку, смешала с растительным маслом куриный бульонный кубик. Обжарила луковицу и залила всем этим картофель. Достала банку салата из кустанайских запасов. Сидели, вспоминали юность. Хорошее, беззаботное было время. Не понимали мы тогда, своего счастья.
Новый тысяча девятьсот девяносто девятый год я встречала в тревожных предчувствиях.
Неприятности не заставили себя ждать.
Вначале спалился Сергей. Собираясь очередной раз в поездку, он с недовольным лицом мне заявил. – Ань, а что нельзя мне майку и плавки дать одного цвета.
- А ты там перед продавцами до трусов раздеваешься, чтобы быстрее сдать товар? – парировала я. – Ты там перед кем своим нижним бельем светить собираешься?
Он понял, что попался и попытался перевести все в шутку. Он уехал, а я позвонила сестре.
- Юль, Сергей у вас останавливается?
Оказывается, он у них уже практически не живет, появляется разок и уезжает, о том, что он там зависает неделями она и не в курсе. Рассказала сестра и что видела, как Сережка покупал, копченую колбасу и рыбу. Просто зашибись, мы на картошке голой сидим, а он кого-то колбасой кормит.
Когда муж приехал, я сказала, что в следующий раз мы едем вместе. И что забавно, товар сдали за один день. В гости к якобы его друзьям, он меня не повез. Сказал, что они уехали за товаром.
С «Орифлейном» у нас тоже складывались отношения непросто, мы шли на директоров. Но столкнулись с преднамеренным сдерживанием. То есть ты заказываешь товар, а тебе его присылают в меньшем количестве. И мы стали ездить в офис в Екатеринбург. И когда по последней заявке, нам опять выдали не все, в то время, как на наших глазах, следующие за нами товарищи, получили то, чего на складе якобы не было, лично мне все стало ясно. Нам не хватило каких-то десяти баллов, чтобы получить обещанную награду. В добавок ко всему, у них новая политика, теперь мы имели право заказывать товар на накопленную скидку, не полностью, а лишь на определённую сумму. И я поняла, что пора со всем этим завязывать, если я не хочу остаться одна с детьми и на улице. Мне одной не заработать, чтобы хватило и на съем жилья и на питание.
Как это не странно, но Сережкино поведение в этот раз почему –то не принесло острой боли, было только негодование. Нет я понимала, мужику всего тридцать пять, чистенький, свеженький, на машине, торгует косметикой. Привлекательная мишень. В то время, как я с хмурым от постоянных нелегких дум лицом. Жалкое должно быть со стороны зрелище.
Пару раз я съездила сама на автобусе, сдавая товар, несколько раз вместе с ним. Собрали деньги за товар, что был под реализацией, вдвоем поездка у нас была максимум на пару дней. Понятно, что он делал здесь оставшееся время. На знакомстве с его друзьями я больше не настаивала. И в очередной раз вернувшись из поездки сказала, чтобы искал работу в Челябинске.
За прошедший год со времени дефолта мы отдали нашей кредиторше уже более тысячи восьмисот долларов, но практически не гроша в счет долга, только проценты. Так как она отказалась снизить процентную ставку. Нет я конечно понимаю, в долларах то сумма вроде и та, но в теньге и в рублях она солидно так поднялась. И поэтому отдавая последние двести баксов, я написала, что больше она от нас ничего не получит, и так сумму долга мы отдали вдвойне. В ответ получила письмо с проклятиями и пожеланиями всяческих несчастий. Угрозами, что мои поступки отразятся и на карме детей. Да пофиг. Мне бы их сейчас не потерять, их кормить и одевать надо. А я плачу неподъемные проценты в то время, как мои дети голодают.
Сергей устроился водителем – экспедитором к подруге своей мамы. У неё был стол заказов в госпитале ветеранов ВОВ, что находится в районе Областной больнице. Она готовилась открывать продуктовый магазин на Свердловском проспекте и предложила нам заняться столом заказов. Я открыла И.П., заключила договор с дирекцией госпиталя и начала работать. Утром я закупала в пекарне булочки и пирожки, заезжала на рынок и покупала фрукты и ехала к месту работы. Постепенно расширяла ассортимент, организовала столик с парой стульев, горячий кофе с бутербродами. Студенты с большим удовольствием пользовались этой услугой.
К родственникам за помощью мы все же обратились. Сережке нужна была регистрация в Челябинске, чтобы устроиться на работу к И.П. Каримову водителем- экспедитором. Но нам в этом было отказано. Совершенно неожиданно мы получили такую помощь от мамы одноклассника Глеба. Макарова Наташа сделала регистрацию по месту пребывания на пять лет, не только Сергею, но и всей нашей семье. Чужие люди порой добрее родственников.
С ЧМЗ мы переехали на северо-запад, так как нам опять решили поднять квартплату.
Въехали мы в частный дом по улице Нязепетровской. В счет квартплаты мы должны были выполнить и кое-какие ремонтные работы. Сломать и вынести печь. Побелить и покрасить внутри дома. Отремонтировать бежавшую крышу. Снести во дворе сарай и починить сломанные ворота. Договор составили на год.
Но Вася, он и есть Вася. Но об этом чуть позже.
Мы жили в этом доме и одновременно делали ремонт. Дышали пылью, когда скоблили стены от многолетнего набела, когда ломали печь и вытаскивали кирпичи. Потом дружно всем семейством замазывали щели и белили. Этот вариант ремонта был для нас самым выгодным, к тому же хозяин не оговаривал, что именно он хотел видеть в конечном итоге. Так как уже была осень с покраской решили подождать до весны. Паша с отцом подремонтировали крышу, устранили течь, используя листы с крыши сарая, и восстановили забор и ворота, а я с младшими привела в порядок двор, повыдергав бурьян. Между комнатой и кухней заложили стену на месте проёма, что образовался, после демонтажа стены. Отмыли со щеткой полы. Всё. На весну осталась только покраска окон, дверей и пола, и ремонт крыши.
Глава 28У Мары и Глеба это уже третья по счёту школа в Челябинске, каждый год новая. Я переживаю. Для детей это каждый раз испытание на прочность, каждый раз стресс, но что делать? Приходится снимать жилье, там, где есть, и подходит по цене, а не там, где хочется.
Дочка пригласила на чаепитие своих новых одноклассниц, ей уже четырнадцать. Девчонки повеселились, отгадывали шарады и ребусы, играли в Соньку. Дочка хорошо отзывается о своей классной, которая кстати её тезка, говорит, что класс очень дружный и её хорошо приняли.