Снова и снова

— Мать у нас, как всегда, в своем репертуаре, — раскатисто смеется мужчина. — Нашла лишние уши и рот, что называется. Сейчас она тебя заговорит и закормит, раз ее сыночка Кирюши нет. Будешь за него отдуваться, — хмыкает он.
— Володя, ну что ты девочку пугаешь! — шикает на него женщина. — Иди лучше с Джеком погуляй. У тебя как раз прогулка по расписанию.
— Вот и скажи, кто из нас военный, командовать дома — это она умеет, — поднимается со стула и направляется к выходу, и Джек, довольно виляя хвостом, скачет рядом. — Пошли, дружище, косточки разомнем.
Тихонько посмеиваюсь и начинаю искренне радоваться приезду таких гостей.
Мужчина ушел гулять с псом, и их нет почти два часа. Мы же с Варварой Михайловной просто болтаем, пока она суетится, разбирая сумки, и готовит обед.
Как раз помогаю нарезать овощи, когда мобильный оживает. Кидаю взгляд на экран — хозяин квартиры.
— Я отвечу, минутку, — хватаю зазвонивший телефон и выбегаю из кухни.
— Кирюше привет! — кричит вслед женщина. Очень и очень проницательная.
— Привет, — не успела и слова сказать, как тут же слышу голос парня.
— Привет, Кирюш, — отвечаю я, копируя его маму.
— Эм, это что-то новенькое, — замялся Кир.
— Как у тебя дела, Кирюш? — а саму смех разбирает. Представляю парня под два метра ростом, с широким размахом плеч, в форме хоккеиста с клюшкой в руках. Кирюша, ага!
— Блин, Жень! Родители приехали, да? — догадывается он.
— Да, Кирюш, это подстава, — шепчу в трубку.
— Не называй меня так, это мамина прерогатива, — фыркает он.
Я не выдерживаю и заливаюсь смехом.
— Жень, если ты сейчас не прекратишь так смеяться, я не смогу выйти на лёд. Знаешь ли, некий дискомфорт в штанах.
— Жмут? Кирюша подрос? — божечки, надо прекращать!
— Я все понял. Прошу понять и простить. Но будь уверена, я в долгу за это издевательство не останусь, — фыркает он.
— Тебе привет от мамы. Папа пошел гулять с Джеком, — отчитываюсь я.
— Мне определенно нравится, как ты моих родителей называешь: мама и папа, — теперь Кир смеётся надо мной. — А ещё я уверен, что ты теперь будешь накормлена.
— О да, Варвара Михайловна сразу взялась за готовку обеда.
— Так всегда, — хмыкает парень. — Я почти не спал, — тут же грустным голосом жалуется он.
— А я спала, но только в твоей комнате, — сознаюсь, теребя край футболки. — Там пахнет тобой, — добавляю шепотом.
— Фу-у-х, чертовски приятно это слышать. Жаль только, в мое отсутствие ты там провела ночь, — заговорщическим шепотом говорит Кир. — Родителям привет. Послезавтра выезжаем после обеда. Поздно вечером приеду. Целую. Как освобожусь, позвоню, — прощается он.
— Пока, Кирюша, — смеюсь и отключаюсь, улавливая неразборчивое ворчание Кира.
С улыбкой до ушей возвращаюсь на кухню.
— Кирилл передает всем приветы, — сажусь на свое место и продолжаю слушать Варвару Михайловну.
— А как вы с Кирюшей познакомились? Извини за любопытство, он ведь сам ничего не расскажет. Ты первая девушка, с которой мы познакомились. До тебя он никого домой не приводил, — подмигивает мне женщина.
От ее слов тепло растекается в груди. Я первая его официальная девушка! И мне это очень нравится.
— Да, собственно, и рассказывать нечего. Он же совсем недавно появился на нашей Арене, — начинаю увиливать от прошлого и упускаю момент нашего реального знакомства. — Столкнулись при смене моей тренировки и его команды. Собственно, так и завязалось наше общение, — невольно вспоминаю его наглые руки, скользящие по моему телу в душевой, от чего пробирает озноб. Огонечек желания просыпается в самый неподходящий момент, опаляя жгучим стыдом.
— Я надеюсь, он тебя не обижает? — серьезным голосом спрашивает женщина, уперев руки в бока. Словно скажи ей, что ее сын меня обидел, ему тут же влетит поварешкой. Хотя, судя по взгляду так похожих на глаза Кирилла глаз, так оно и будет.
— Что вы, — смущенно улыбаюсь. — У вас прекрасный сын, — чувствую, как кровь приливает к щекам.
— Рада это слышать. Всегда знала, что наш Кирюша замечательный мальчик, — и мы, видимо, подумав об одном и том же, прыснули от смеха.
У Кира замечательные родители. Та семья, о которой я в своей жизни могла только мечтать. Владимир Львович совсем не такой и грозный, каким кажется на первый взгляд, а Варвара Михайловна — сама доброта. Несмотря на то, что к таким «гостям» я готова не была, мы быстро нашли общий язык и удивительно легко чувствовали себя в обществе друг друга.
День пролетает незаметно. Единственный выходной я провожу на кухне с мамой Кира. Пока учусь премудростям кулинарного искусства, узнаю много забавного о своем Кирюше. Компромат из детских историй на парня ко времени сна уже такой, что на всю жизнь хватит.
— Спокойной ночи, Варвара Михайловна!
— Приятных снов, Женечка, — улыбается женщина, приобнимая за плечи. Простой жест, но тупой болью он отдается в груди. Какие бы отношения с матерью у меня не были, я скучала. И хоть никогда перед сном, как другие родители, она не целовала в лоб и не обнимала до хохота, но эта женщина дала мне жизнь. Возможность стать той, кем я являюсь. И нужно попытаться установить хотя бы хрупкое перемирие.
Бреду в спальню Кира, снова, как вчера, обнимаю его подушку и утыкаюсь носом в пахнущую им наволочку. Удивительно, как все закрутилось и завертелось. Жизнь начала пестрить новыми, яркими красками. Сплошные дом-тренировка и тренировка-дом опостылели, а с появлением парня все кардинально поменялось. С одной стороны, это пугало, но с другой, я была в томительном ожидании чего-то прекрасного.
Проворочавшись в кровати почти до двенадцати ночи, поняла, что без чая с медом и молоком не усну. Нервы шалят. На цыпочках, стараясь сильно не шуметь, побрела на кухню.
— Варвара Михайловна? — округляю глаза от удивления, когда встречаюсь на кухне с крадущейся из гостиной матерью Кира.
— Женечка? Тоже не спится? — улыбается женщина, прижимаясь к плечу.
— Мысли-мысли.
— Ох, я тоже ворочалась, в итоге, и сама не сплю и Володе не даю. Думаю, дай пойду чаю попью. Это все мои проблемы с переменой мест, — женщина усаживает меня за обеденный стол и начинает суетиться с нашим ночным перекусом. — Представляешь, всю жизнь с мужем по командировкам, столько мест и городов поменяли, и никак не могу к этому привыкнуть. Сон плохой, не на своем месте себя ощущаю, хочется на родную кровать.
— Представляю, тяжко это, наверное: командировки и постоянные разъезды.
— Да нет. Когда любишь, все это становится такими мелочами. Женечка, а твои родители, они тоже в этом городе?
Варвара Михайловна ставит передо мной кружечку ароматного чая и со своим присаживается напротив.