Предвестник бури (СИ)
Грубость его ответа меня не задела, я прекрасно понимал, что сам её спровоцировал.
— Я лишь констатирую факт, не более того. Моё имя — Архарт, урожденный барон Самвель. Если ты и твои люди послужите мне год, я подпишу вольную для каждого из вас. Но работать придётся много.
Мужчина недоверчиво оглядел меня, скривился.
— И какая нам разница, кто нас купит?
— Я даю слово, что не трону ваше сокровище. Более того, сделаю всё, чтобы никто не притронулся к ней против её воли за время службы, — ответил совершенно искренне.
Вожак рефлекторно обернулся и посмотрел на девушку, скрываемую телами его людей. Его взгляд метнулся и вновь впился в меня.
— И как ты докажешь, что не врешь? Какие у нас гарантии?
— Никаких, — я пожал плечами. — Только подумай о другом: никто больше на этом сурховом рынке не предложит тебе даже намёка на свободу. Для них всех вы — лишь рабочее мясо, а она — бесправное развлечение, с которым они сначала развлекутся сами, а когда наиграются, отдадут слугам или страже.
— И чем ты отличаешься от них? — в голосе воина всё ещё сквозило недоверие пополам в презрением.
Я не стал отвечать сразу, лишь взглянул ему прямо в глаза. У меня не было ни времени, ни возможности обрисовать всю сложившуюся ситуацию. Сейчас мне надо было, чтобы он мне просто поверил. И согласился на работу. Ведь у меня не будет стражи или охраны на рудниках, я не смогу заставить их выполнять мои требования.
— Мне не нужны рабы, — коротко проговорил в итоге. — Мне нужны работники.
Вожак молчал, я уже думал, что он не согласится. Но тут раздался крик одного из купцов:
— Да где носит этого управляющего⁈
Этот звук стал решающим, воин оглянулся на купца, смерил его взглядом. И коротко кивнул:
— Делай! У тебя есть моё слово, барон!
Воодушевлённый провёрнутым шагом, я тут же устремился к появившемуся в поле зрения торопящемуся распорядителю рынка: хромому старику в длинном дорогом одеянии и с шикарными седыми усами. Его шаги предвещал негромкий стук богато отделанной трости.
Так как я был с другой стороны от решётки, то сумел заметить его раньше, чем торговцы-соперники, а потому буквально бегом кинулся к нему, перехватывая внимание взволнованного старика.
Сразу же взмахом руки козырнул печаткой барона, проговорил сквозь зубы:
— Уважаемый, я готов выкупить тех бедолаг, что томятся в клетке.
Распорядитель выдохнул, при виде перстня успокаиваясь и приобретая свой привычный благообразный вид. Однако моя удача закончилась, потому как торговцы всё-таки увидели старика и уже стремительно приближались к нам.
— Я тебя сгною, хромой ты мерин! Будешь у коней в конюшне распоряжаться, раз ноги свои толком переставлять не умеешь и заставляешь нас ждать! — сыпал ругательствами купец, чью голову венчал тюрбан.
Распорядитель гневно сверкнул глазами и уверенно заявил:
— Я уделяю каждому гостю ровно столько внимания, сколько требует его ранг!
Торговцы запылали гневом, стремительно краснея, и перешли буквально на крик:
— Да как ты смеешь, гниль подзаборная⁈
— Мы — уважаемые люди и имеем третью ступень в торговой палате!
— Готовься, ты уже к вечеру будешь работать кочегаром, где тебе самое место!
Но на распорядителя их крики не произвели должного впечатления, старик огладил длинные усы и степенно проговорил:
— Я поздравляю уважаемых господ, что они добились столь выдающихся высот.
— Уже другое дело! — торговцы постепенно остывали. — Пойдём, нам надо купить одну девицу. Если сделаешь всё быстро и дашь скидку, то, так и быть, мы готовы забыть про твоё непотребное поведение и простить столь неуважительное отношение.
Они уже готовы были разворачиваться и вести старика к товару, но тот и шагу в сторону не сделал.
— Уважаемые, сейчас я занят, поэтому подождите своей очереди, — твёрдо выговорил распорядитель, опираясь обеими руками на трость.
— Ну ты нарываешься, серв! — глаза торговцев налились кровью.
— Я веду беседу с достопочтимым бароном… — он перевёл на меня вопросительный взгляд.
Я не преминул скорее представиться:
— Архарт Самвель, приятно познакомиться, любезные, — и расплылся в широкой улыбке, видя, как оба купца буквально спадают с лица. Иногда приятно поставить таких зарвавшихся людей на место.
В то же мгновение у торговцев нашлись свои срочные дела, они быстро откланялись и исчезли в толпе.
— Ох, ну и шуты, — в сердцах всплеснул руками распорядитель, махнув тростью и рассмеявшись.
Я поддержал его смех, будучи полностью с ним согласен.
— Так чего вам было угодно, господин Самвель? Что-то присмотрели, но не разобрались с правилами? — с доброй улыбкой уточнил старик. Видно было, что он считает меня слишком молодым для сделок на невольничьем рынке, но старается проявить уважение.
— Мне нужно было двадцать крепких мужчин, и, кажется, я нашёл, что искал. Только не уверен, что хватит взятых с собой денег, — я разыграл смущение и пожал плечами, опуская тот факт, что имеющиеся с собой деньги были вообще последним, что у меня было.
— Показывайте, — распорядитель с лёгким оттенком покровительства похлопал меня по руке.
Я провёл его к клетке, старик с прищуром оглядел желаемый мною товар:
— Тут всё просто, господин: серебряный за каждого мужчину и пять за девку, — распорядитель посмотрел на меня с улыбкой: — Дам тебе скидку. Всё-таки не каждый день удаётся уесть этих выскочивших из грязи торгашей.
Я отсчитывал наличность, стараясь сдержать нетерпеливую дрожь в руках. На покупку рабов у меня хватало, но после этого денег практически не останется. Однако, отбросив сомнения, я выложил оговоренную сумму в ладонь распорядителя. Тот убрал монеты куда-то во внутренний карман и звонко хлопнул меня по руке, подтверждая сделку. Наблюдавший за всем происходящим вожак, видя процесс покупки, оскалился, вызывая у меня невольную мысль: — «Ну, чисто лев».
Однако одной передачи наличности было мало, я прошагал за распорядителем в палатку, где старик подписал документ на передачу прав владения.
— Господин Самвель, я бы рекомендовал заверить бумагу перстнем верности, — добавил вдруг распорядитель. — Цена вопроса — десять серебряных.
Я задумчиво закусил губу, мучительно считая оставшуюся наличность. Но всё-таки согласился, ибо слишком многим рисковал сейчас.
Пришлось нам вернуться к рабам. Под внимательным взглядом старика и помощи местной стражи, каждый раб в клетке пусть и недовольно, но капнул каплю крови на бумагу. Красная жидкость тут же впиталась в желтоватый лист без следа. Вожак глядел на меня с недоверием и ожиданием, но я не собирался его обманывать, поэтому попросил старика зачитать дополнение к стандартному контракту, где был прописан один год службы. После полного прочтения, распорядитель приложил перстень к бумаге, и её тут же охватило белое сияние. Я слышал о таком ритуале, но никогда не видел его вживую. Теперь на каждом рабе есть метка, и они не смогут скрыться в случае побега. А если посмеют убить господина, то их метка станет не белой, а красной, и при встрече их тотчас убьют.
Но вот ритуал окончен, рабы куплены. Распорядитель ушёл, а я так и остался стоять в окружении своих невольников и с горечью в сердце от малого количества оставшихся денег. Но я прекрасно понимал, что рабы — это не только рабочая сила, это ещё и голодные рты. Много голодных ртов, включая тех, кто уже работает на рудниках. Поэтому пришлось пешком пройти до соседнего рынка, прикупить побольше еды. И со всем этим скарбом мы вернулись к арендованной повозке. Под всё более удивлённым взглядом извозчика рабы погрузили купленную еду на коляску.
— Так, — я устало присел на ступеньку повозки, вытер со лба выступивший пот. Хотелось сменить повязку на раненной руке, но времени на это пока не было. — Дальше вам придётся идти пешком.
Я наскоро объяснил маршрут, которым будет проще всего добраться до рудников. Но уже во время объяснения понимал, что часть моих новых людей с большим трудом преодолеет этот путь: всё-таки они долгое время были без еды и воды, стояли в клетке под безжалостными солнечными лучами. Однако мои слова слышали не только рабы, но и извозчик.