Старкрафтер (СИ)
Кирсан облизал пересохшие губы, забыв о банке в руке. Думай же, голова, думай! Что делать? Он не может вечно стоять тут и делать вид, что любуется камешками, ему придется рано или поздно отойти от выставки и столкнуться с «оцеплением»… Позвонить Эваде? Или попытаться расхлебать ситуацию самостоятельно? Ну не убьют же его, в конце концов…
Взгляд Ская, бегая по отражениям стоящих за спиной, в очередной раз наткнулся на высокого парня с банкой. Никакого сомнения: он смотрит прямо на Кирсана, а может быть, даже в отражение его глаз…
И как раз в этот момент высокий допил сок, сжал банку в пальцах, сплющив ее, и, глядя Скаю в глаза, громко и выразительно произнес:
— Мусор!
Центр галактики
— Подразделение, стройся! Колонной по четыре — на выход!
Леонид отметил, что Синкай быстро вжился в роль: держится как офицер, командует уверенно, лицо непроницаемо. Все как надо, тут не то что инопланетянин не раскусит — тут и не всякий землянин поймет, что здесь не так, если не будет общаться с андроидами напрямую: Синкая и Леонида не спутать с машиной, хоть они и ведут себя, словно у них ампутировали эмоции. Ну а поскольку андроиды ведут себя точно так же — все шито-крыто. Раньше еще можно было по секундомеру замерить, что любой солдат на вопрос отвечает с одинаковой у всех задержкой, но теперь Леонид с помощью Лаш и эту проблему устранил, и кажется, что андроиды просто общаются «по уставу», как охрана британской королевы.
Колонна «Псов войны» с Леонидом, Кассом и Синкаем двинулась вниз по пандусу, выходя из двери звездолета по двое и четко разворачиваясь в колонну по четыре. Шагают легко и непринужденно, волоча на себе вооружение и броню
В самом низу их уже ждет командующий Билорса, приехавший на космодромном тягаче.
— Здравия желаю! — сказал Леонид. — Подразделение для несения службы прибыло.
— Приветствую, — отозвался Билорса. — Очень вовремя, завтра прибывает последнее войсковое подразделение охраны — и мы начнем менять галактику в лучшую сторону. Идемте.
До массивных ворот, ведущих в недра скалы — километра полтора, но идти легко и просто: гравитация ниже земной. Атмосфера несколько разреженная, как в горах на трех километрах, но дышать легко: кислорода больше. И только температура прохладная: где-то три-четыре по Цельсию.
Они прошли метров пятьсот, когда ворота базы поползли в сторону. Одностворчатые ворота? Не очень эргономично, но зато более штурмоустойчиво.
В воротах показалась невысокая фигура и двинулась навстречу.
— Кто это? — спросил Леонид.
— Говоря вашим языком — старший руководитель администрации колонии.
— Колонии?..
Леонид коснулся пальцем обруча на голове:
— Увеличить изображение в левом визоре…
В следующий миг ему пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не выругаться: навстречу ему идет кентавроподобное существо с руками о двух локтях и безротой, безносой головой, состоящей из сплошного фасеточного глаза, под прозрачным куполом.
— Это же цалларунга. Какого хрена он тут делает? — спросил Касс.
— Ответ очевиден, — сказал Билорса. — Он тут живет. Это их колония.
— Это не те ли самые, с кем вы устроили зарубу без меня? — спокойно спросил Синкай.
— Они самые… Подразделение, стой! — Леонид развернулся лицом к Билорсе и медленно произнес: — Да, я бы никогда в жизни не угадал, что мы должны будем охранять колонию цалларунга. И вам сейчас понадобятся очень сильные аргументы, чтобы мы не развернулись и не улетели восвояси. К черту контракт, у нас есть правило не наниматься к тем, с кем мы однажды воевали, и не воевать против тех, с кем однажды работали, и вы о нем знали!
— Умолчать, что охраняемый объект — колония мозгоглазых… Это самый настоящий обман, — поддержал Леонида Касс.
Билорса чуть усмехнулся:
— Ну тогда вы, Леонид, нарушали свое правило всю свою жизнь. Нанимались к тем, против кого воевали, и воевали против тех, к кому нанимались.
— Никогда!
— Всю свою жизнь до недавних пор вы нанимались к землянам воевать против землян.
— Да, но…
— «Но» неуместны. Вы делите землян на фракции, и здесь тот же самый случай. Эти цалларунга — «наши», они не согласны с общей политикой своей цивилизации и потому перешли на сторону Галактического Содружества, и с их помощью мы развалим «Союз неприсоединившихся» изнутри, тем самым покончив с разделением галактики на две стороны. И как раз поэтому остальные цалларунга могут попытаться уничтожить этих. Наша задача — не допустить этого, если такая попытка все же будет предпринята.
— А вот это уже интересно, — пробормотал Касс. — Только непонятно, как они помогут развалить альянс цалларунга?
— У цалларунга ведется интенсивная пропаганда о том, что мы, гуманоидные создания Инженеров, ненавидим «естественных». Мы собираемся делом доказать обратное. После того, как эта колония начнет процветать, у цалларунга сразу зашатается вся их феодальная система. Но еще скорее от них убегут все их союзники. До этого момента краеугольные принципы Содружества не давали нам раз и навсегда покончить с такой проблемой, как мозгоглазые. Теперь мы это сделаем — без оккупации и геноцида. Именно потому это место — самое главное во всей галактике. Тут решается, каким галактическое сообщество будет через тысячи поколений после нас. И именно поэтому ведущие цивилизации прислали сюда свои элитные подразделения.
— Вау. Круто. Впечатляет величие плана, — желчно сказал Леонид. — Только в нем есть фундаментальный изъян: лично я решительно против, чтобы цалларунга стали частью Содружества после того, что они сотворили с таргами, и меня возмущает, что вы собираетесь спустить им это с рук! Касс, ты мне, помнится, объяснял, что никто в галактике не потерпит возле себя соседа, способного устроить форменный геноцид? А то тут господин командующий что-то то не в ту степь попер!
— А мы и не собираемся, — усмехнулся Билорса. — Эта колония обязалась провести реверсный процесс и вернуть таргам отнятые у них зачатки человечности. Тут, в недрах этой горы, идет процесс, аналогичный тому, что и в колонии, возглавляемой вашей женой.
Леонид чуть задумался и в итоге не нашел решительных контраргументов.
— Ну ладно, встретимся с этим «администратором», послушаем, что скажет — тогда и примем решение, — вздохнул Леонид.
Они снова двинулись вперед, и Синкай негромко спросил Касса:
— А кто такие тарги?
Правила
Кирсан, услышав это слово, сжал зубы. Да, время на размышления закончилось, стоять и делать вид, что не слышал, уже не вариант.
Глубокий вдох, выдох и разворот на сто восемьдесят.
— А тебе не кажется, что это уже перебор? — мрачно спросил он, глядя высокому в глаза и изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.
— Что именно ты имеешь в виду? — совершенно нейтральным голосом спросил высокий, словно ни в чем не бывало.
Кирсана это сразу же выбило из колеи. Вот если бы тот продолжил свою оскорбительную линию, можно было бы ответить что-то типа «раз у тебя самого нет мужества вести в бой железный легион — прояви уважение к тому, кто делает это вместо тебя», но…
И пока Кирсан выбирал новый ответ, сбоку к высокому подкатила невысокая тумба размером с урну и бодрым голосом доложила:
— Мусоросборщик прибыл!
Высокий уронил сплющенную банку в открытый контейнер для мусора, после чего робоурна укатила на свое место, оставив Кирсана в полной растерянности и досаде.
А ведь Эвада говорил, что балларанцам не свойственно употреблять оскорбления… И теперь Скай больше не может ничего возразить: высокий-то, как оказалось, вызывал мусоросборщика. И не исключено, что план именно в этом: вызываем робота так, чтобы земляшка принял это на свой счет, а в ответ на любую попытку достойно ответить выставляем его диким варваром, который все еще практикует ругательства и оскорбления. Беспроигрышный ход: земляшка оскорблен, спровоцирован и выставлен в самом худшем свете, и при этом ему совсем нечего ответить, потому что любое обвинение будет бито ответом «ты о чем, я же мусорщика вызывал!».