Нормальная женщина. Сборник

Таня холодно попросила отвезти ее на берег. Он повиновался и поехал вместе с ней. У самого берега его накрыл последний приступ страсти, но Тане море было уже по колено. Она выскочила из катера и широко зашагала в сторону виллы. Ави плелся за ней, размахивал руками и выкрикивал что-то из серии «ты странная» и «что я сделал не так?». «Мне ничего не нужно, просто позволь быть с тобой», – говорил он и пытался схватить Таню за руку.
Брезжил рассвет. Ави стоял на коленях возле виллы, умолял взять его с собой и пускал пузыри носом. Таня вспомнила, что именно здесь, на каменной площадке, она утром сидела в позе лотоса и загадывала первое, пришедшее на ум желание – про яхту. Она сверкала огнями вдалеке, а в Танину ногу вцепился ее 29-летний владелец, Aвирам Хаят. Таня сняла с шеи кристалл и швырнула его в море.
 
Экстрасистолы

Таня всегда трепетно относилась к своему здоровью. И с экстрасистолами (внеочередными сокращениями сердца), возникшими на фоне ремонта, решила разобраться незамедлительно. Через знакомых она нашла «отличного кардиолога, который лечит спортсменов и быстро во всем разберется», и отправилась на закрытую базу подготовки спортивных сборных.
Когда она въехала на территорию учебно-тренировочного центра, ее сердце выдало целый каскад экстрасистол. Столько симпатичных волейболистов, гандболистов и фехтовальщиков разом Таня не видела никогда!
Кардиологом оказалась яркая, пышущая здоровьем женщина предпенсионного возраста. Она послушала Танино сердце, всплеснула руками: «Шумы!» – и уложила Таню на кардиограмму. Сама же достала пудреницу и начала спокойно красить губы морковной помадой.
Таня так разволновалась, что прилепленные к ее груди датчики то и дело отваливались. «Это все из-за худобы вашей. И сердце угробили и присоски, вон, не держатся», – сказала врач. Таня решила, что сейчас она похожа на портовую шлюху и одновременно на Веру Александровну – Танину учительницу математики, ныне покойную. А регистрирующее устройство зафиксировало «что-то нехорошее».
«Да тут прямые показания к абляции», – обрадовалась кардиолог и поправила локон страсти. «К чему?» – переспросила Таня. «Да прижгут вам кусок сердца и будете жить дальше».
Перед прижиганием предстояло пройти еще одно обследование – мониторинг сердечного ритма с помощью аппарата Холтера. Утром Тане на руку прикрепили некое устройство, обмотали проводами и велели «жить своей обычной жизнью», но фиксировать в специальном бланке все, что будет происходить с ней в течение дня.
Первая запись появилась в 11.30: «Избежала ДТП». Когда Таня выезжала с территории базы, она уронила под сиденье автомобиля телефон. И когда доставала его, чуть не въехала в сборную по волейболу. После чего отправилась «жить своей обычной жизнью».
Утром следующего дня Таня явилась к кардиологу с заполненным бланком и «холтером».
Врач пробежалась глазами по бланку и приподняла гуталиновые брови.
– А что за ДТП у вас тут чуть не произошло?
– Да так; отвлеклась, чуть спортсменов ваших не задавила, но они вовремя разбежались. Реакция у них хорошая, и скорость тоже.
Таня хотела было рассмеяться, но наткнулась на ледяной взгляд кардиолога.
– «14.00. Нападение крысы»?
– По магазинам мебельным ходила, решила перекусить. А там кафе такое интересное, на территории бывшего стекольного завода. Я вообще люблю все аутентичное.
Таня в упор посмотрела на доктора и продолжила.
– Сижу за столиком, чувствую – что-то пушистое обтерлось об ногу. Думала, кошка прошла. А потом это «что-то» прыгнуло мне на ногу.
Таня заметила, что кардиолог приподняла обе ноги с пола.
– Надежда на то, что это была кошка улетучилась, потому что это пушистое вскоре перетекло в непушистое. Понимаете? Я никогда не встречала пушистых кошек с лысыми хвостами. Из всех, известных мне млекопитающих, только крысы и бобры заканчиваются непушисто. Но бобры не живут в центре Москвы. Это была крыса. И она сидела у меня на ноге и обтирала меня своим лысым жестким хвостом.
Кардиолог сморщилась и замахала руками. А Таня продолжила.
– У меня «холтер» чуть не разорвало. Он за все свое существование никогда, наверное, такого не регистрировал, ни у одного спортсмена. Но только это не все еще! Крыса оказалась самцом.
– Это вы по хвосту поняли?
– Это я поняла по тому, что было под хвостом. Понимаете, у нас в школе живой уголок был, и там крысы жили. А мальчик, которому я сильно нравилась, взял и обтер меня как-то самцом крысы о щеку. Мы с девочками тогда этого крыса ему в штаны запустили. Уж не знаю, удалось ли ему самому после этого стать самцом. Но крыс, особенно самцов, я с тех пор прям совсем не люблю.
– Переволновались?
– На стол залезла, а потом отмывала ногу мылом в туалете. В общем, так и не поела.
– Так, дальше у вас записано «15.00 – удар током». Это из-за ремонта?
– Нет-нет. Не током, а лазером, но это как током, только хуже.
Кардиолог подозрительно прищурилась и потребовала разъяснений. Таня вздохнула и подчинилась.
– Иду после несостоявшегося обеда по территории бывшего завода, вижу вывеска «Тату-салон». А я давно хочу свести татуировку у себя на шее. Ошибка юности, знаете. Странная водоросль, на которую регулярно смотрит мой муж. Он даже как-то сказал: «Тань, убрала бы ты ее, а то я каждый раз пугаюсь в самый ответственный момент». Ну я и зашла. А там акция! Первая процедура в подарок, если покупаешь потом несколько сеансов.
– А зачем вы с «холтером» туда пошли?
– Так мне сказали: это абсолютно безболезненно. Я была уверена, что раз уж я вытерпела ее нанесение, то сведение вообще без проблем пройдет. Но с первым же выстрелом меня так пробрало, что сопли потекли. Аппарат ваш аж загудел. Наверное, опять экстрасистолы были. Через пару выстрелов я поняла, что моя татуировка не так уж плоха…
– А в 18.15 на вас «упала бутылка»?
– Да. День такой стрессовый был, я в свою любимую винотеку заехала. А там полки дубовые до потолка. Потянулась за портвейном… Он, говорят, для сердца полезен, а я поддержать хотела сердце. В общем, потянулась за портвейном и уронила бутылку хереса.
– Разбили?
– Да нет, поймала. Но сердце чуть не остановилось.
– Потом вы смотрели телевизор…
– Да, «Почему женщины убивают», сериал такой. И сердце лечила. Портвейном.
– У вас тут в 22.30 физическая нагрузка. Уточните?
– Не знала, как записать… Пришел муж, увидел на мне «холтер» и говорит: «Пойдем, сердцу надо давать нагрузку».
Через два дня Таня пришла за расшифровкой показаний «холтера». Кардиолог с порога объявила, что такого количества экстрасистол не видела даже у ветеранов спорта. А потом упрекнула: