Перезагрузка времени
– Мне кажется или туннель закругляется? – отреагировал Ён на прибой невидимых волн, увлекающих к граненым карнизам. Они отталкивались, но всякий раз их притягивало обратно. С каждым преодоленным метром Юджин тяжелел.
– Стивен, – председатель впервые обратился к подчиненному по имени, – у нас возникли небольшие трудности.
– Мистер Хантер, я связался с Международным космическим агентством и поставил их в известность. Они удивлены – нет, шокированы! – творящимся здесь безрассудством.
– Адмирал, выслушай меня.
– Нет. Я буду говорить, а вы – слушать. При одной мысли об эвакуации у вас вспотела задница, вас волновало настроение акционеров и фондовые рынки, а к безопасности людей вы отнеслись с вызывающим пренебрежением. Вы заткнули мне рот и заставили подчиниться необдуманным приказам. Вы, Хайлл Хантер, председатель совета директоров, захватили астероид и потребовали остановить его вращение. Вы – причина катастрофических разрушений. Вы – террорист, а мы – заложники ваших амбиций. Я запустил маневровые двигатели, чтобы вернуть гравитацию, а вместе с ней хоть какой-то порядок. За нами отправят спасательные службы, а за вами – ликвидаторов.
– Позволь нам беспрепятственно добраться до Нулевой Точки и улететь в Пусан. Нгуен перезагрузит время и отменит все наши ошибки.
– Вы прилетели сюда, чтобы замести следы исследований. Не думайте, что я полный кретин и ничего не понимаю.
– Что ты несешь?
– Мистер Хантер, вы были заодно с Чином Лю. Притащили сюда ваших людей, чтобы забрать наработки по Черному эфиру и стереть доказательства вашей причастности к проекту, а заодно избавиться от свидетелей – от нас.
– Гнусный, продажный мерзавец, это ты работал на него! Тебе, лжецу, никто не поверит! – обругал председатель радиомолчание: адмирал, закончив протокольную речь, сразу отключился.
– Заблокируйте в интерфейсе связь с командным пунктом, они не должны знать, где мы и что делаем, – велел Хантер.
– Мы падаем, – глухо произнес Донахай.
Ноша ежесекундно тяжелела. Пылевая глаукома поразила зрение скафандра. Динамики не замолкали ни на секунду. Бесстрастная голосовая помощница раздражала напоминанием о нулевой видимости и барахлящих датчиках положения. Утратив всякую ориентацию в пространстве, Ён сильнее сжал Юджина. Словно парашютисты с нераскрывшимся парашютом, они летели слепые и дезориентированные, и кувыркались как попало. И отчего-то мерещилось, что он держит Трэя…
– По отдельности у нас больше шансов, – выкрикнул донкерман.
– Без ранца у тебя нет никаких.
– Отпусти меня и хватайся за что-нибудь!
– Ускорение прекратится до того, как мы расшибемся о дно, и тогда я смягчу приземление реактивной струей, – придумал Ён. Это было скорее самовнушением.
Возрастающее раскручивание астероида преобразило вертикальный туннель в крутой склон. Они шмякнулись о косую неровность и покатились в диком селе из камней, перекатываясь через ухабистые дюны, ударяясь о выступы, как сорвавшиеся со скалы альпинисты. Малейшее сопротивление – и их накрывало чудовищной лавиной.
Скафандр перешел в авторежим и перестал подчиняться. Чешуйки перегруппировались, сложив доверенного им носителя в позу эмбриона. Голова зафиксировалась надувшейся подушкой безопасности, шлем прирос подбородком к груди.
Ён упустил Юджина – тот улетел в неизвестность. Сам он клюнул в яму, и по инерции вылетел, обвитый проводами.
Удар. Падение прекратилось. Он почувствовал твердую почву под собой. Защитная функция скафандра отключилась, вернув пользователю управление.
– Повреждение составляет 18 процентов. Риск потери герметичности: средний. Переломов нет, – доложила голосовая помощница.
Прочистив камеры, он обнаружил, что грохнулся на боковую дверь уже знакомой кабины. Рядом, на вытянутой стреле, ворочалось закованное в скафандр тело.
– Юджин, ты?
– Я Хайлл, – отозвался кузнечик, подползая на четвереньках.
– Донахай, ты цел? – крикнул Ён в эфир.
– Он пролетел мимо. Ён, у тебя ноги запутались.
– Пустяк. Ты как?
– Берегись!
Гигантская игла кран-балки вынырнула из смолистой мглы, протащив за собой канаты, которые опутывали ноги Ёна, и исчезла в сумрачной буре.
– Быстрее! Помоги мне распутаться. Давай ты тот узел, я этот.
– Не получается. Да не дергайся так, – бурчал Хайлл, ковыряясь в беспорядочном мотке.
Трос, увлекаемый кран-балкой, натянулся. Секунда – обрубки ног задергались в судорожной агонии. Кровавой пеной закипели срезы под коленными чашечками. Вакуум вытягивал из рвущихся артерий бурлящие шарики крови.
– Скорее! – подгонял ученый, борясь с кошмарным видением, мелькнувшим в его сознании.
– Подай тот конец, продень в ту петлю. Нет, не туда, не тяни, – тараторил Хайлл.
– Не успеем, – отчаялся Ён.
Председатель освободил пальцы из клубка и едва успел набросить узел вокруг лапы паука-погрузчика, как трос натянулся. Стрела взяла повисшую балку на себя – ноги спасены. Робот-погрузчик качнулся, задрожал, завибрировал. Вдруг древнее крепление не выдержало. Культя, на которой висел монстр, выскользнула из паза – погрузчик сорвался в бездну.
Строго вертикальное падение означало, что астероид восстановил искусственную силу тяжести и раскручивался с постоянной скоростью.
– Мы разобьемся! – взревел Хайлл.
– Надо остановить падение. Залезаем внутрь.
Закостенелое тело не желало покидать насиженное за пару столетий кресло. Волосы и борода крошились от прикосновений, папирусная одежда рвалась.
– Мы не поместимся. Избавимся от ранцев, – предложил Ён.
– Что ты задумал?
– Мы разобьемся, пока я буду объяснять. – Физик сбросил ранец, Хайлл последовал его примеру.
Они протиснулись в кабину, по-прежнему обращенную боковыми дверцами вверх и вниз. С их последнего посещения она будто уменьшилась в размерах. Полусидя, сгорбившись, опершись о боковую раму, кое-как устроились с мертвецом.
Перебрав все шеренги кнопок, Ён смог оживить машину. Управляя ее конечностями, он попробует за что-нибудь зацепиться. Руль крутился, рычаги поворачивались, ковши вздрагивали, поворотные рамы реагировали аритмичной пульсацией, но отчаянные попытки были напрасны: на этом отрезке туннель был гладким, и они скользили вниз, набирая скорость.
Энергоблок выдавливал последние киловатты. Панель управления тускнела, обрывисто гасла и вспыхивала, и всякий раз холодели поджилки от мысли, что она сдохла окончательно – и стены вокруг будут прокручиваться все быстрее, а в финале этого смертельного пике их незатейливо расплющит.
Ён рьяно потянул рычаг, который, по его наблюдению, задействовал телескопическую опору. Вытянувшееся плечо манипулятора задело отвесный мыс, машина вместе с кабиной жестко развернулась. Вспоротое брюхо погрузчика оказалось под ними, нацелившись на техническую площадку Кеплера.