Перезагрузка времени
– Если этот туннель когда-нибудь закончится, что планируешь делать?
– Не знаю, – отозвался Трэй. Он хотел что-то добавить, но Ён его опередил:
– У нас неплохо получается командная работа.
– Скоро мы придем в санчасть?
– Мы идем на склад. Туда транспортируются больничные палаты. Я разыскиваю одну женщину, с ее помощью докажу свою невиновность. Во всяком случае, надеюсь на это.
– Она работает кладовщиком? – в биоинженере пробудился интерес.
– Она иностранка, приезжая. С ней приключилась какая-то неприятность. Я слышал, что склад огромен, и мне бы не помешала любая помощь.
– Вы на Кодже познакомились?
– С чего ты решил?
– На том острове улица специальная есть. Там экспаты, неформалы, любители попробовать… Понимаешь, о чем я?
– Ты о сексе? Какая гадость, – раздраженно прокомментировал отрицатель близости, увидев в попутчике завсегдатая улицы разврата. – С этой женщиной мы повстречались виртуально. По иным причинам, так сказать. В общем-то, мы едва знакомы.
– Она подтвердит твое алиби?
– Примерно так.
– Я подумал, она тебе небезразлична.
– Еще чего! В этом мире мне дороги только две вещи: работа и мое кресло. К сожалению, я их потерял, но это ненадолго.
– Есть вещи, которые никогда не вернуть.
Глава института не стал спорить. Безработному биологу даже не представить, на что способна перезагрузка времени. Любая сломанная вещь возвращается в пару кликов.
Их путь преградил обездвиженный контейнер. Разлившаяся кислота повредила электромагнитный монорельс, парализовав грузоперевозки по всей линии. Они протиснулись между стеной туннеля и платформой и на другой стороне продолжили путь. Ён шел впереди, а его новый знакомый плелся с отставанием, отчего приходилось сбавлять шаг.
– Кстати, куда мы идем? – спросил биоинженер, будто забыл, о чем они только что вели беседы. Для Ёна с его идеальной памятью было непривычно видеть растерянного человека. Впрочем, забывчивость собеседника раздражения не вызвала, хотя самоубийцы должны вызывать у любого порядочного гражданина как минимум неодобрение. Может, Ён считал себя в долгу перед Трэем? Межличностные отношения для его математического слада ума всегда были запутанной концепцией.
– Туда, – указал физик пальцем на яркую точку впереди, намеренно умолчав о складе. – Почти пришли, еще немного.
– Там слишком ярко. Я хочу обратно. – Трэй зашагал медленнее, будто почувствовал уловку.
– Ты разрешения спрашиваешь? Нет, я не разрешаю.
– Почему? – Его голос по-прежнему переливался сладкозвучными нотами, но чистота звучания опустилась до безразличия.
– Что за глупые вопросы! Тебе помереть не терпится? Пойдем!
– Обязательно кричать? – возмутился попутчик.
– Это эхо усиливает мой голос. Не отставай! – приказной тон подействовал, и Трэй послушно прибавил шаг, но уже скоро заупрямился. Тот запал, ожививший его в медкапсуле, иссяк. Меланхолия вновь заполнила его до краев.
– Я устал. Ты иди, а я догоню.
– Хватит валять дурака, – осек исследователь времени, – ты собирался пойти со мной, так что держи слово.
– Разве обещал? – виновато переспросил Трэй. Он последовал за физиком, часто поглядывая назад, в грязно-серый туннель с продольными полосами рыжей подсветки.
– Можешь шевелиться быстрее?! – гаркнул Ён. Он подметил, что от чего-то дерзкого или внезапного депрессивная сумрачность биоинженера убывала и в нем появлялись энергия и решительность.
Шарканье шагов прекратилось. Трэй стоял к нему спиной и смотрел в обратную сторону.
– Как же мне это надоело! – прогремел Ён. – Хочешь пойти по зеленой линии? Давай иди! – Он подтолкнул Трэя в спину. – Чокнутый самоубийца! Проваливай же!
– Не толкайся!
Ён пихнул сильнее. Депрессивная личность что-то пробурчала, но уходить не спешила.
– Нравится растягивать страдания? Вали отсюда. Растворяться будешь долго, успеешь напоследок даже осознать, что из тебя сделают питательную жидкость для гидропоники.
– А есть быстрый способ?
– Погибнуть от пули ликвидаторов. Они возиться не будут. Они преследуют меня.
Пройдя шагов десять, Ён услышал робкое «подожди». Транспортный туннель вывел их на клювастую эстакаду, с которой подъемные краны хватали грузы и переносили их в бесчисленные стопки до поступления новых распоряжений от Центрального Компьютера. С этого помоста, высотою с пятиэтажный дом, открывался захватывающий вид на подземное хранилище обелисков из грузовых контейнеров. Колоннады упирались в высоченные своды, усыпанные ровными рядами звездочек – тусклыми прожекторами, свет которых рассеивался на уровне пола до полумрака. Стрелы кранов, рассекая легкую дымку, в упорядоченном хаосе перетасовывали доверенную им собственность. Военная техника, комплектующие для космолетов, пищевые полуфабрикаты, порошковые субстраты для строительных принтеров, гражданская спецтехника и прочее поставлялись в порты Азиатского Союза. Подземный логистический центр, растянувшийся в бесконечную даль, обосновался в недрах острова Джангсан, что располагался в восточной части столичного архипелага. Искусственная пещера внутри горы задумывалась как город-убежище от разрушительного гипергана 41, стершего в начале двадцать второго века южные штаты Северо-Американского Союза. Когда разбушевавшуюся стихию победили, городской супербункер переоборудовали под склад. Сюда же, в целях экономии на строительстве больничных комплексов, со всего архипелага направлялись медицинские капсулы с пациентами.
– Их сотни, – вырвалось у Ёна, глядя на белую гору из однотипных медкапсул.
«Ни-ни-ни», – передразнило эхо, прогудевшее из горловины туннеля.
– Ее ни за что не отыскать, – вяло произнес Трэй.
«Ат-ат-ат».
– Что-нибудь придумаем, – с воодушевлением сказал Ён. – Контейнеры пронумерованы, следовательно, содержимое и местоположение занесено в базу данных. Покопаемся в складском компьютере, который должен быть в ближайшем контрольном щите.
«Э-э-э».
– А как мы вскроем ее палату?
– Когда мы вылезали из своей, я заметил панель управления… – Ён прислушался. – Ничего странного не замечаешь?
– Как-то тихо.
– Эхо пропало… Ликвидаторы! Прыгаем!
– Куда?
– За мной! Живо!
Ученые приземлились на крышу башни, что высилась рядом с эстакадой. С этого ребристого островка они перебрались на соседнюю, где их путь обрывался пропастью. До ближайшего штабеля металлических ящиков, равного по высоте с тем, на краю которого они стояли, было метров пять-шесть. Вокруг небоскребы из разноцветных контейнеров, а пол – где-то далеко внизу.