Ты мне Никто!!! И я тебе никто! И никогда не будем...
— Ну, то, что он тебя сразу же познакомил с сестрой, конечно, пустяки…
— Фу, ты, ну ты! Ты опять не в туда! Допустим, «Константиновна» — не важно. Вопрос в другом: чё будем делать с деньгами… Вопрос принципиальный.
— Он тебя узнал?
— Не думаю… Я, реально, была сегодня, прям бледная крыса с безумием от ужаса во всё лицо.
— Тогда всё просто: не давай!
— Я и, если помнишь, не «дала»! А щас он и сам, походу, «не возьмёт».
— Таня, соберись! Я про деньги! Ты его впервые видишь, он — тебя. Какие деньги, Петя?!
— Вадик…
* * *
— ТАТЬЯНА!!!
— Да, Вадим Константинович?
— Что у тебя опять за бар-р-рдак?! Вообще ничего не могу найти!!! Ты работать собираешься, или просто так деньги приходишь получать?
Ка-пец!.. Как чувствовала, надо было сразу отдать, жила бы сейчас спокойно обычной «дурой» и «идиоткой», с чистой совестью бегала бы к снабженцам, орала б в телефон: «Вас не слышно, диктуйте, я записываю» и варила бы свой дурацкий кофе…
— Зачем Вы, Вадим Константинович, все папки по полу разбросали? Я всё систематизировала, папки подписала, сложила по категориям и всё завела в программу. В следующий раз спрашивайте, прежде, чем орать и хулиганить… Хорошо, орите… прежде, чем просто хулиганить… Что Вы так смотрите?… Вы правы… просто расслабьтесь, и, когда Вам что-то нужно, спрос-с-с… распорядитесь, и я всё сделаю!.. И, хулиганьте на здоровье! Что я, действительно, буду тут Вас учить… Хорошо, смотрите, как хотите… Сколько можно так страшно пялиться и молчать?! У Вас морщины будут и говорить разучитесь… наконец…
— Где «Комендантский»???
— Вернитесь в кабинет, развалитесь в кресле и включите экран. Справа вверху — папка «Комендантский». Читать умеете? А то могу и я… Забыла! Мышкой кликните два раза!.. И, кстати, дверью хорошо бы так не хлопать!..
* * *
— Вадим Константинович, вот Ваш кофе. В три приедут смежники. «Предложения» вот, у Вас на столе. Плюшки я купила. Вам — специальный шоколад. Кстати, говорят, шоколад, почище секса, вырабатывает в организме эндорфины. Так что, считайте, вечером можете быть свободны… Я в том смысле, Вы в последние дни такой злой… ку, как, в последнее… сильнее, чем обычно… Вот Ваши деньги за такси. И я пошла, наверное…
Глава 32. ТАТЬЯНА— Доброе утро, Вадим Константинович. Расписание — на столе, костюмы из химчистки — в шкафу. Корм для, простите, Шарика — у Вас в кабинете у двери. Чтоб, как в прошлый раз, не забыли. Кофе сейчас будет…
— Распечатка по «Охте»?
— Будет через полчаса. Принтер сломался, чиним… И не хлопайте две…
И Вам, Вадим Константинович, ещё раз, доброе утро. Пожалуйста, Вадим Константинович. Не нужно прям ТАК благодарить, а то мне неловко. Это же моя работа. Вы так любезны и внимательны. Ну, что Вы! Плевать Вам в кофе? Да низачто! Вы прям настаиваете? Я подумаю… да чё там! Практически, согласна…
— Ваш кофе. «Охта» печатается. Что-нибудь ещё?
— Почему у меня всё время ощущение, что это какая-то ваша бабская игра? То ты прям стелишься и угождаешь, то у тебя вдруг прорывается какая-то прям дерзость, что ли… Ты на грани бунта, Татьяна? Заложишь мне дверь брёвнами и подожжёшь?
— Что Вы, НЕТ! Пока я только обдумываю плюнуть ли Вам в кофе…. Ой! Ничего такого!!! Обычные девичьи мечты… Вы ТАК на меня всегда действуете… Не бойтесь, не в романтическом смысле… немного в кровожадном, пожалуй… но никакого садо-мазо! Боже, что я несу?! Пейте уже свой долбаный кофе! Вам плюнуть?
— Хорошо, что не в романтическом. Это было бы, действительно, кошмарно. При твоей внешности, Татьяна, девушка должна быть, по крайней мере, хоть немножко умной. И сдержанной. Ты бы, что ли, с подружкой посоветовалась, что тебе идёт… и как это носить… Я не знаю… Журнал какой-нибудь, что ли купи. В общем, начни уже что-нибудь делать с собой, Татьяна! Раз ума Бог не дал…
— Ах, так?!.. А Вы!.. А Вы!!!.. Вы кошку Шариком назвали, вот! И я ещё бы очень сильно подумала, кто тут единственный дурак!
— И не хлопай две…
* * *
— Татьяна!.. ТАТЬЯНА!!!
— Чего Вы всё время так орёте, Вадим Константинович? У Вас же селектор есть. Видите, ткните в эту пумпочку, и шепчите себе на здоровье.
— О чём шептать?
— О бирюзовых волнах, о чём ещё? И мы такие голые лежим на песочке, и Вы мне шепчите про план и про конец года, и что Михалыч с «Камендантского» хочет Вашей смерти, поэтому Вам лучше бы его успеть первым убить. А потом к нам тихо подползает Ваша Снежанна, шелестя чешуёй, и дурным голосом орёт: «Вадюша!!! Эта твоя хамка мне в кофе сливок пожалела!!!». В общем, в следующий раз — жмите пумпочку!
— Погоди! А ты мне что шепчешь?
— Матюки, Вадим Петрович. Исключительно, матюки. Мне Михалыч в трубку много всяких надиктовал… Вы чего, вообще, хотели? Так орать!
— Забыл… Ах, да… на какое такси ты мне тогда деньги сунула? Я так и не понял. Кстати, вот они.
— Уже ни на какое. Подумала, вдруг, Вы захотите меня домой на такси подвезти, а тут — опа! Как раз случайно и деньги есть.
— С чего б я вдруг захотел? В память о тебе голой на песочке? Ты себя в зеркало видела? Журнал сначала купи!
* * *
— Татьяна!!!
— Что, Вадим Константинович, пумпочка запала?
— Садись для начала…
Ой, мамочки!.. Что-то обо мне страшное вскрылось? Я ж, вроде, ничего… пока… Сидит мой Барин, брови насупил. Глазами пронзает. Сейчас все секретные тайны прям выложу. Да какие у меня тайны?! Придумывать придётся — он же ждёт… Вы, Вадим Константинович, такой злой, такой злой! Недоедаете? Конечно! Столько шоколада, да постоянно… Ещё и, небось, Снежанкиным навязчивым сексом полируете. Вот эндорфинами и затопило. Не захлебнитесь!.. По-хорошему, солёненьким бы закусить. Вон, в пакетик имени Шарика загляните. Там сбалансированное меню. Погрызите щас жа! Чтоб отпустило…
— Татьяна, как по-твоему, я — идиот?
— Вот прямо щас?
— Вот прямо постоянно!
— Ну, есть немного… Ой! Нет, конечно! Случайно просто сорвалось! В смысле, откуда мне-то знать? Опять же, если вспомнить Шарика и Вашу эту полоумную Снежанну. Она у Вас, вообще, спокойно говорить умеет? А то тока орёт или с придыханием шепчет. Какой бы идиот… Вы, вообще, на что тут намекаете?! Меня в интересную позу ставите! И вообще!..
— Я говорю: ты меня за совсем идиота принимаешь?
— Ну, вот, опять Вы!.. Чего тут, скажите, принимать? Нечего мне с Вами принимать! Я тут работаю, вообще-то! Да! А Вы меня, пардон, обескураживаете! Стыдитесь! Взрослый человек! Запонки, вон, у Вас красивые, пиджак дорогой…