Режим соблазнения активирован

– Помню, ты пыталась понизить барьер, добиться промежуточных мероприятий, дополнительных шансов. Но тебе отказали.
– Разумеется. Списать дешевле.
– Что ты сделала, Мэл?
– Я… организовала им школу. Организовала школу и вывожу в неё детей, которые должны пойти в расход. Не подходят по каким-то параметрам для правительственной программы. Живых детей, с душой, которых породили мы на нашем «Кибериуме»! Которые смогли развиться, несмотря ни на что! Ни на ускоренное взросление, ни на то, что большую часть времени они проводят в биожидкости! Без общения, связи с миром… Это мы сделали их такими!
– Как же это безответственно, Мэл!
– А просто убивать их, значит, верх ответственности?! – срываюсь на крик. Знала, что меня вряд ли поймут даже родные, но не думала, что будет так больно. – Если бы я создала эту школу раньше, Виола жила бы сейчас! Полноценно!
– Что ты натворила, Мэл… – отец разом становится старее и будто даже ниже. Сгорбившись, допивает воду и продолжает смотреть в бокал, словно видит там нечто ужасное, потустороннее, неотступное.
– Это целый прорыв для науки, – твёрдо произносит Кэрран, сжимая мою руку. Давая понять, что на моей стороне. – Теперь ясно, почему ты им нужна.
Сейчас, складывая всё вместе, мне тоже становится ясно. Наверное.
– И ещё кое-что, – добавляю. Раз уж рассказывать всё, значит, всё. – Виола – мой клон. Тоже побывала на грани жизни и смерти. И она, как выяснилось, тоже умеет видеть души.
– Разумеется, для «бессмертных» она бесценна, – бормочет папа.
– Может, ещё и переселять со временем научится, – добавляет Кэр.
– Ты породила монстра, дочка!
Молчу. Породила. Не хотела. Признаю.
– Не она, – неожиданно вступается за меня Кэрран.
– Что-то вы спелись за моей спиной, – выдаёт Лин.
– Её загнали в ловушку, это же очевидно! – не обращает внимания на выпад сестры Кэр.
– Ну, Мэл… – изрекает ошарашенный Баллен. – Ну ты и… Не удивлюсь, если тебя захотят разобрать на множество мелких клончиков. Каждый – способный видеть и переносить.
– И наверняка захотят, – мрачно отвечает Кэр. Безотчётно обнимает, словно желает укрыть, защитить от любого, кто попытается меня клонировать. – Просто не знают ещё, насколько удачным вышел эксперимент.
– А вы? – поворачивается папа к Атолю с Танарой, словно вдруг сообразил, что они слышали слишком много семейных тайн. – Какое ко всему имеете отношение?
Смотрит на Чимку, мирно сопящего у собственного папани на руках. Будто бы мелкий тут самый подозрительный.
– Меня наняли привезти киборга, который потом стал телом для Кэра. С конкретной планеты – думаю, потому, что на него слабо действуют нейтрализаторы. Не знаю, предполагали ли они, что Кэрран сможет отобрать у процессора управление, или он должен был смотреть на всё и мучиться от бездействия. Я понятия не имел, кому и для чего понадобился АР-24. Но когда Мэл вышла на меня, её припугнули, а от меня попытались избавиться.
Это он про Нила, наверное. И наш побег со станции.
Отец поднимается, и я тоже подскакиваю. Бросаюсь к нему вокруг стола, обнимаю… Но он отстраняет меня.
– Прости, Мелагрен. Мне нужно всё обдумать. И понять, как тебе помочь.
Папа твёрдой походкой выходит из обеденного зала, так и не притронувшись к еде. Он всегда казался таким сильным, крепким, как скала. Непобедимым, стойким. Но я-то знаю, что сейчас творится внутри него.
Знаю, и являюсь причиной. И от этого так бесконечно больно!
Делаю единственное, что могу: прошу наш домашний ИскИн проконтролировать его здоровье. Мы уже потеряли Авена, и своего отца я терять не хочу.
Сильные руки вдруг обнимают, прижимают к себе. И даже не глядя я узнаю Кэра. И нахожу успокоение на его груди.
Странно, но почему-то понимание, что всё было подстроено, будто стирает барьеры и навязанные страхи. Вдруг остро осознаю, что хочу быть с этим человеком. Этим мужчиной. Не важно, в каком он теле!
– Не думала, что ты уведёшь моего жениха, Мэл, – произносит Лиония, подходя.
– Это единственный вывод, который ты сделала из разговора? – раздражаюсь.
– На детских клонах ты и раньше была поведена, – пожимает она плечами. – Я тебя со всеми твоими тараканами люблю. А вот жениха уводить, ничего мне не сказав, – некрасиво.
– Ты не слишком-то по нему скучала! И вместо того, чтобы заглядываться на сексуальных киборгов, лучше бы подумала, как помочь!
– Мужчина сам должен решать свои проблемы, – выдаёт сестрица. – Как наш папа. Тот, кто нуждается в помощи женщины – слаб.
– Папе я тоже помогаю… в отличие от некоторых, – бросаю, не сдержавшись.
Лин какое-то время смотрит на нас.
– Чем тебе помочь, Мэл? – вздыхает.
– Я люблю тебя, Лин! – на миг обнимаю её. – Но сейчас единственное, чего я хочу – это отдохнуть.
Лиония кивает – как всегда, красивая, сдержанная, холодная. Она никогда не любила рассуждать, копаться в побуждениях и выискивать первопричины. Просто принимала всё как данность, со спокойным безразличием.
Но она любила и любит меня. И готова помочь. Это я тоже знаю и ценю.
– Мэри, проведи гостей в комнаты, – прошу.
– Я позабочусь, – произносит Лиония. – Иди отдыхай.
– Спасибо, Лин. Идём, Кэр.
Беру его за руку. Кажется, сейчас как никогда мне нужен рядом мужчина. Сильный. Надёжный. Понимающий.
    
Глава пятьдесят третья
АР-24
Чурбан стучит, долбит в голове настойчивыми всплывающими окнами: «необходимо отправиться в «Кибериум». Приоритетная задача».
Всё закрываю да отменяю их, но они капля за каплей выдалбливают дырку в моей психике. А отключить не выходит.
Пытаюсь вспомнить, что там делала Танара, однако этот долбёж просто не даёт сосредоточиться.
Наверное, нужно бы подзарядиться. Но не могу расстаться с Мэл. Так приятно держать её в объятиях и так страшно оставлять одну. Сколько силы нужно на такой разговор!
Хочу её. Неожиданно, безумно, до умопомрачения!
Возможно, когда-нибудь она ответит мне взаимностью.
– Выделить тебе комнату? – спрашивает Мэл осторожно.
– Нет, – отказываюсь. – Я с тобой.
Она улыбается, берёт аккуратно мою ладонь, и я подхватываю её на руки.
– Ты устала, – шепчу.
– Устала… – опускает голову на моё плечо, обвивает шею руками.
В этом теле обнаруживается и ещё одно преимущество. Конечно, я и раньше мог поднять девушку на руки, но сейчас нести её совершенно не тяжело. И вспоминать, где комната, не нужно: ИскИн давно внёс план в свои слоты памяти.