Плюсик в карму. Книга вторая

И еще одна удача, которая, несомненно, порадует венценосного друга. Особенно в свете его нового увлечения — платины.
Нашелся-таки мерзавчик, который украл Ольгино омоложение. Прям сам и нашелся. Не иначе как шельмы поспособствовали.
Арлен Кар. Сам ваэ ходоков! Он привлек внимание Раима специфическим поведением. Так бывает, когда человек в изрядных годах прошел процедуру омоложения, но еще не привык к новому состоянию — размашистось и свобода движений, присущая юности еще не вернулась. Да и взгляд почти всегда выдает — нет в нем молодой задиристости. Ментал ваэ окутывали защитные слои, да столь многочисленные, что Раим не рискнул сквозь них пробиваться, не хотелось спугнуть добычу. Эрику будет интересно поковыряться.
Собрать немного сплетен о внезапном и внеплановом омоложении супругов Кар было несложно — медикус Дрири не отказал в любезности чуток поболтать со знакомыми. А Раим просто постоял в сторонке, послушал, эмоциональный фон пощупал и сделал выводы — Арлен Кар виновен. Доказательства? С полномочиями его величества и родовой магией королевского дома — не проблема. Какая же удача, что этот Кар — глава департамента ходоков! Можно сказать, ваэ сам на себя строгий ошейник вздел и короткий поводок пристегнул. Можно сказать, что самая проблемная часть в организации Платиновой аферы разрешилась. Будут, будут у них ходоки! Самые надежные, а главное — страстно желающие услужить короне. Ваэ Кар с лихвой заплатит и за покушение на человека корпуса, и за небрежение к работе, и за Ольгу.
За обшлагом кительного рукава дрогнул магический импульс — сработала почта.
Твоя ненормальная покинула крепость. Без спроса. Два часа назад.
Подписи не было, но руку венценосного друга Раим и так знал.
Уехала-таки. Не утерпела. Куда ее понесло, на хутор или в город?
Интересно, почему Эрик решил писать, а не передать через Прана? Побоялся, что на таком расстоянии не услышит? Ну-ка?
Свап откликнулся вяло, но слышно было отлично. А интересно, Оля как далеко способна ощутить свою зверушку? И вообще, где она, его помощница? Вот и пригодилась следилка. Раим позволил себе пару секунд погордиться — отличный артефакт получился, и все еще работает. Ольга ощущалась не так уж и далеко. Найдем.
Зачем Раиму вдруг понадобилось разыскивать свою неугомонную и неопытную помощницу, он бы не сформулировал, но чутью доверился.
    
Глава 3
Поговори со мной, подруга
— Олюшка! — Серафима подорвалась из-за прилавка, кивнув Цуэту, чтоб присмотрел. — А говорила, через две недели только сможешь!
— Оказия случилась, Симушка!
Женщины обнялись, как будто полгода не видались, а Сима исхитрилась еще и Павла по щеке погладить мимоходом. Оля прильнула к подруге — бог ты мой, как хорошо, когда тебе рады, когда по-русски здороваются.
— Оказия, хоть, приятная? — уточнила Серафима, отстраняясь и вглядываясь в осунувшееся лицо подруги.
— Да не сказала бы, — устало проронила та.
И так захотелось все рассказать! Ну, про хутор-то, наверное можно, если без подробностей. Собственно, за этим она и пришла.
— А ну ка, пошли поговорим. Там подальше кафешка есть. Вы хоть обедали?
На слово «кафешка» Оля и Павел отреагировали одинаково — заулыбались. Таверны здесь. Та-вер-ны. Но, на родном, особенно — современном, звучит по-идиотски, это да.
— Попозже, ладно? В кафешку. — Ольга говорила уже без улыбки и Сима насторожилась. — Но, с прохода я бы ушла. Разговор будет серьезный и совет Цуэта может понадобиться.
Про то, что барыга поймет лишнего, Ольга не боялась — Сима не дура — учить Цуэта русскому. Зачем ей пилить сук, на котором она так комфортно устроилась?
Разместились в задней части лавки. Подумаешь — на мешках посидеть…
В кратком и эмоциональном описании хутора яркую точку поставил Павел:
— Не верь, тёть Сим. Все еще хуже!
Серафима слушала очень внимательно и — спасибо ей за это — молча. Только глаза на молодом цветущем лице становились все угрюмее и старше.
Оля прикидывала, как продолжить беседу, но не успела ничего придумать.
— Я так понимаю, — заговорила Серафима раздумчиво, — ты в этот головняк уже встряла по полной. Поэтому к разуму взывать не стану. Не шипи на меня, пацан! — Она отвесила подзатыльник сидящему на корточках Павлу. — Понимаю, что вы этих несчастных в свои записали. И что большего сказать не вправе, тоже понимаю! Что собираешься делать? — Серафима примолкла, но было понятно, что она имеет что добавить, но сдерживается.
Оля тихонько выдохнула — только сейчас осознала, как сильно надеялась на поддержку подруги. Не на конкретную помощь — это само собой, на такое вот безусловное приятие их с Павлом, скажем прямо, совершенно нерациональной (с первого взгляда) позиции.
— У меня сейчас две проблемы, Симушка: «кто» и «чем». Позарез нужен кадр, который сможет возглавить всю эту анархию. На хуторе дневать и ночевать надо, а у меня служба.
— И каким же должен быть сей герой? — спросила Сима с угрюмой насмешкой.
— Издеваешься? — чуть подыграла подруге Ольга. — Конечно, идеальным! Чтоб рукастый, с задатками лидера и совестливый.
Сима шутки не приняла.
— Не понимаю! — воскликнула она. — Столько работоспособного народа живет на земле и голодает! Не понимаю!
— Вот это нас возвращает к вопросу — «чем». — И как в холодную воду бросилась: — добудь мне семян, Симушка! — Задранная вверх бровь подруги заставила Олю затараторить оправдательное: — нет у меня времени местное изучать — сезон уже давно начался, а картоху вырастить даже Пашка сможет.
— Какие мы с тобой, все-таки, одинаковые, — улыбнулась Серафима с насмешливой нежностью. И уже громче: — Митька!
Когда к их компании присоединился Мит, Оля даже не заметила. А поди ж ты — сидит нахохленным воробушком в темном уголочке и внимательно слушает. Язык понять пытается, каким-то двадцать шестым чувством угадала Оля. Сама же, помнится, помогала ему надписи на этикетках разбирать. Не потерял, еще интерес, значит.
— А теперь, Симушка, давай поговорим совсем серьезно. — Оля едва дождалась, когда Серафима спровадит парней — есть у нее семена. Дома.
Припасла для себя — хотела, по старой памяти, попробовать посадить. Растила же, там, дома на окне огурцы. В январе семена проращивала. Ничего сложного — ведро с землей и всю раннюю весну один-два огурчика в день к опостылевшему авитаминозному столу. В магазине тогда ранний овощ был дороже мяса и нитратный, как мешок из-под селитры. Да что там огурцы и лук на зеленое перо, помидоры так люди выращивали, только особый сорт надо было приискать.
Мит отправился домой без возражений — где лежат яркие пакетики, он знал. Павел с ним за компанию увязался — охота парню со сверстником поболтать, что тут непонятного?