Хеллоуин для генерала

А вот то, что теперь в его жизни вновь появилась Аглая… Это – величина постоянная и приятная.
Савин шел, ощущая, как легко и свободно ему, как поет все внутри, несмотря на то, что он – вообще не романтик.
Аглая была точно такая же, как без малого двадцать лет назад, когда судьба развела их.
И вносила в его жизнь опять то самое, сладкое и волнующее ощущение полноты и радости.
И теперь он не готов был это терять. И не собирался.
Никаких помех между ним и Аглаей не было, да и быть не могло.
Пусть себе работает, преподаёт.
И живет у него дома.
Дочка уже большая, она привыкнет, примет ее…
Савин добрался до кабинета, чему-то улыбаясь, чем сильно насторожил подчинённых, а кое-кого даже до нервного срыва довел.
И поставил себе заметку вечером заехать к Аглае, забрать ее к себе домой. Сначала на ночь. Потом еще на одну…
Но вечером его срочно вызвали на ковер к начальству, и домой Савин приехал уже к утру, с острым ощущением, что на сегодня с него секса хватит.
Хотел набрать Аглае сообщение, но не нашел ее номера в телефоне, хотя сто процентов записывал.
Решив разобраться со всем этим с утра, Савин свалился спать…
А дальше дни понеслись бешеной чередой, загружая так, что даже вздохнуть было некогда.
В итоге, Савин, которому так и не удалось дозвониться до ведьмочки, поехал к ней в институт…
И три раза проезжал мимо нужного поворота.
А потом у него заглохла машина.
Поезд метро в этот день пролетал мимо «Выхино» сразу к «Жулебино». И обратно так же.
Савин вернулся домой, посмотрел на мирно спящую дочь, улегся в кровать. Он хотел подумать о том, почему никак не может встретиться с ведьмочкой, что его все время отводит от нее, но не успел. Заснул неожиданно.
— Знаешь, Савин, — сказала Аглая, пришедшая к нему во сне, — ты все же редкостный дурак. Ты не попадешь ко мне. Никак. Пока нельзя. Успокойся, Савин, и еще раз говорю – посмотри по сторонам. Чертей вокруг тебя много. А меня не ищи. Это судьба у нас такая дурацкая. И я дура тоже. Не надо было…
— Что не надо? – зарычал Савин во сне, — что???
Но Аглая только печально улыбнулась , погладила его прохладными пальцами по щеке, и пропала.
А Савин еще долго метался в горячке сна, рыча сквозь стиснутые зубы : «Что? Что не надо? Что???»
Утром у него заныл бок, пострадавший при давней перестрелке, как он сам смеялся всегда : «Бандитская пуля».
Только в этот раз было не до смеха.
Вызванный врач законопатил в больничку, где из тела Савина извлекли еще один неучтённый осколок.
Дни летели за днями, и ведьмочка Аглая начала казаться Савину туманным сном, правда, впечатления от него были слишком яркими.
Он все собирался, упорно, несмотря на постоянно возникающие препятствия, собирался к ней.
Но через какое-то время черти, существование которых предсказала Аглая, неожиданно оказались совсем рядом.
И в такой ситуации оставалось радоваться, что она далеко и не в опасности. В отличие от дочери, попавшей под прямой удар.
Но Савин со всем этим планировал разобраться.
Не зря же она ему когда-то счастья пожелала, сама призналась той бешеной сладкой ночью.
А счастье у него возможно теперь при наличии всех компонентов.
И он не будет генералом Савиным, если не соберет полностью необходимые комплектующие.
В конце концов, ведьма сама ему этого нажелала.
Пусть теперь и расхлебывает.
 
Конец