По ту сторону сказки. Переменные ветра
– Это сказочница Катарина из далёких земель. И умирающий юноша это её жених! Катарина готова помочь вам открыть скрытое водопадное ущелье, но вы должны позволить нам достать паренька, – Баюн распушил хвост и пригасил яростно сверкающие глаза – понял, что дело быстро движется в сторону переговоров.
Лесовики начали оглядываться друг на друга в поисках поддержки, в конце концов, быстро о чём-то поговорили и к Катерине церемонно поклонившись, обратился самый старший лесной дух.
– Мы позволим забрать твоего жениха, и даже больше, наградим тебя саму, если ты откроешь нам наше ущелье.
Катерина выслушала его и ответила, что с радостью откроет ущелье, если они позволят забрать её жениха сейчас. – Мне не нужна награда! Я прошу вас скорее позволить его забрать, он ранен и можетпогибнуть.
– А кто нам даст гарантию, что ты не обманешь и не улетишь, как только получишь этого своего юношу? – уточнил лесной дух, посверкивая красными угольками глаз.
– А кто мне даст гарантию, что вы мне позволите его забрать, после того, как я открою ущелье?
– Почему ты упорно говоришь только о нем? И отвергла награду, даже не посмотрев, что мы тебе предлагаем! Смотри же!!! – один из лесных духов нырнул под ель и с трудом вытащил огромный золотой слиток. – Мы отдадим тебе это золото, если ты откроешь нам водопад. А тот… Он почти мёртв. Зачем он тебе? А если тебе мало этого слитка, мы дадим тебе ещё два таких!
Катерина тяжело вздохнула. Переговоры заходили в тупик. – Мне не надо золота. Не только этот слиток, но и вообще золото! Мне нужен мой жених! – очень странно было говорить так о Степане, да ещё и не в Лукоморье, а тут! Но, Катерина сообразила, что эти существа слово «жених» понимают, а вот прочие объяснения могут и не понять. Да и нечего им тут подробности рассказывать.
Лесовики странно переглядывались, перешептывались, и, в конце концов, самый старший из них сказал. – Ты должна взять наш подарок! – он указал на слиток. – Иначе мы тебе не отдадим твоего жениха.
– Осторожнее! – Баюн не знал в подробностях, почему эти странные создания так жаждут всучить золото его Катерине, но если тебе навязывают что-то ценное, да ещё почти насильно, подвох где-то рядом!!!
– Я ничего не должна у вас брать, – Катя откровенно тянула время. Она знала, что Жаруся и Сивка достают Степана из-под снега и рухнувшей сверху на уступ сосны, и хорошо бы эти странные гномы, которые вовсе и не гномы, им не помешали!!
– Тогда мы не договоримся! – важно мотнул бородой самый старый. – Убирайтесь, вы ничего не получите! Тем более, что этот водопад нам не очень-то и нужен!
– Хорошо. Решение ваше. Но если вы так негостеприимны, я тоже могу быть невежлива, – Катерина глянула вниз. В ущелье ревел далёкий горный поток, берущий начало в ледниках. Потом перевела глаза на белую скалу и сказала:
– Ко мне вода, из горного льда,
Из сердца горы, забытой поры,
Открой водопад, ущелья не спят,
Не будет тиши в лесистой глуши!
Скала возвышающаяся слева от Катерины задрожала, загудела, треснула, оттуда вырвался неистовый поток воды, и выплеснулся на лес, Катерину Бурый закинул себе на спину, как только она договорила, Баюн прыгнул сам, и они аккуратно взлетели, наблюдая, как лесные духи, пытаются удержаться, устоять под диким напором воды, хватаясь за стволы деревьев, вопя и воя.
– Сказочница!!! Останови поток!!! Останови! Мы согласны!!! – завопили лесные духи.
– Верни водопад потоки назад,
В ущелье лети, на солнце свети,
Играй под луной, искристой стеной.
Оставь своё золото, да не со мной!
Ревущие струи воды, словно ледяные языки, слизывающие камни, пытающиеся подмыть и выдрать с корнями вековые деревья, отхлынули и полетели с отвесной скалистой стены вниз, на самое дно ущелья, вливаясь в поток ледяной воды ревущий там.
Волк мягко опустился на мокрую скалу, с которой начисто смыло землю и мох. Лесные духи с трудом отцепляли сведенные судорогой пальцы от еловых стволов.
– Ссссказочница, ты с честью выполнила ссссвою часть угггоовора, – у старшего лесовика зуб на зуб от холода не попадал. – Ззззабирай жжженихххха. И уууууббббирайсся отсюда…
– Что значит убирайся? Опять? Опять хамство и полное отсутствие гостеприимства, – Баюн развлекался. Он увидел краем глаза, что Жаруся и Сивка управились и с огромным сосновым стволом, прижимающим Степана и со снежными пластами, его укрывающими, и Жаруся уже аккуратно вытащила его и зависла в воздухе.
– Да, это как-то совсем не вежливо… – задумчиво протянул Бурый, как бы невзначай глянув на скалу, с вершины которой падал открывшийся водопад, а за ним было скрыто узкое ущелье.
– Нет! Нет-нет! Мы пппросто не так выразились. Мы имели ввввиду, что оооччччень благодарны, и что теперь мы не будем убивать этого юношу. Вы можете его забрать
– Вот спасибо. Только мы его уже забрали, – сухо ответил Баюн. – И он, возможно, останется тут ещё на некоторое время, так вот, больше его не трогать! Понятно?
– Конечно! Конечно же! – закивали головой лесные духи, опасливо косясь на Катерину. – Мы его больше не тронем!
– Нда… Да попробовали бы!!! Ладно, недосуг нам… Жаруся, солнце моё, неси его воооон туда! – Кот замахал лапой направо.
Степан висел в коготках Жар-Птицы и не подавал никаких признаков жизни. Катерина очень переживала, что они опоздали. Как только Волк снизился, Баюн спрыгнул и кинулся к Степану, которого Жаруся бережно опустила на снег.
– Катюша, давай-ка я, – Волк спустил Катерину, обернулся человеком и шагнул к пареньку. – Дааа… Хорошо его поломало! Дай воду и отойди пока к Сивке. Переломов много, есть открытые. Не надо тебе на это смотреть. Приятного мало, прямо скажем.
Катя протянула ему флаконы с живой и мёртвой водой, и добравшись до Сивки уткнулась ему в гриву.
– Ничего, ничего не переживай, успели. Всё сейчас будет хорошо, – приговаривал конь, утешая её.
Волк ворчал что-то вроде того, что нечего было изгаляться и летом на лыжи лезть, но ловко складывал осколки костей, Кот поливал всё мёртвой водой, а Жаруся – живой, аккуратно держа флакон в лапке.
– Всё, напои и готово. Только согреть его надо. А то если бы сначала согрели, мог бы в себя раньше времени прийти. Ему такая боль совсем не нужна. И так натерпелся, – командовал Баюн.
Жаруся принесла Кате оба флакона с водой и оглянулась через крыло на Бурого. Хмуро прищурилась, – Волк, застегни ты на нём эту ерунду! Как чулок, право слово, комбинезоны эти дурацкие! Что носят… Что носят…
Катерина выдохнула. Если Жаруся ругается на моду, значит всё нормально. – Ну, а ты чего ждёшь? Иди уже, можно. Он в приличном виде и почти герой! Почти, потому что чуть не умер по-дурацки, а герой, потому, что всё-таки нас дождался, – Жаруся подтолкнула Катерину крылом.