По ту сторону сказки. Каждый выбирает для себя

Нельзя его марать.
Кому дано, с того и спрос,
Ответ придется дать.
Светла мелодия от струн,
Темна раздумий нить,
Пока ты не изменишь их,
Не сможешь говорить!
Твой выбор жизнь свою менять,
Идти своей тропой.
Не убивать, а создавать,
Так не казни, а пой.
Катя увидела, что Баюн просиял, услышав продолжение, выдохнула, и почувствовав, что сама замерзла от свежего ветра, устроившего сквозняк в опочивальне Леона, потянула пуховое одеяло и накинула на спящего. Бранко почему-то насторожился, а потом хмыкнул. – Пошли. Пора.
Катерина устала так, что едва ноги переставляла. Казалось бы, вот до гостевого терема дойти совсем не далеко. Дойти, пробраться в свою светлицу, рухнуть на кровать и спать-спать-спать. Пусть даже Жаруся ругается! Она сама не сможет даже перышком переодеться. Но, как только она приблизилась к терему, то увидела не только Степана и Кира, которые, смылись с пира за ними. Но и Ратко. Очень мрачного. Чрезвычайно.
–Нам надо поговорить. Сейчас же! – он даже не обратил внимания на спутников Катерины, просто взял её за руку и поволок за собой в сад.
Баюн рассмеялся, а Бранко остановил мальчишек, которые было собрались за Катериной, и усмехнулся. – Она сама справится. Не мешайте.
– Что это всё значит? Ты на меня обиделась! Хорошо, я был немного не прав. Я… Но ты!!! Как ты могла!!!
– Ну, что опять? – Катя, пока Ратко пытался сформулировать, что именно она такое сделала, провела рукой по мокрой от росы траве, а потом потерла виски и лоб этой ледяной водой. Немного помогло и спать уже так не хотелось.
– Ты на меня, значит, внимания не обращаешь, словно я пустое место! А к этому… К этому гаду в опочивальню ходишь, да ещё одеялком его укрываешь!!! Подоткнуть не забыла???
– Забыла. Представляешь? Но, думаю, он переживет. Что мы там делали, заметь, не я одна, а мы с Баюном и Волком, у них можешь уточнить. Одно скажу, это было по делу. А что ты себе позволяешь? Сначала укоряешь меня, что я веду себя неприлично, а сам? Куда-то тащишь, за руки хватаешь, разговариваешь наедине! – Катерина так обрадовалась, что с Леоном вышло всё не то, что хорошо, а просто отлично, что почти позабыла про обиду на Ратко. А тут он опять!!!
Ратко растерялся. Он ожидал чего угодно, но не встречных обвинений. – Я… Да я же это… Ну, если по делу. Так того… Катя!!! Ну, прости ты меня! Я так хотел с тобой поговорить. И никак не мог. Ты то с Милорадом разбиралась, то исчезала куда-то… Прости! Я, я просто когда там был со стрелой, и ты меня звала, мне почудилось, наверное, что ты сказала, ну, назвала меня сердешным другом. Это же мне показалось, да?
– Нет, не показалось. Назвала. – кивнула Катерина, – Но, будешь так меня обижать, возьму свои слова обратно!
– Нет, пожалуйста, прошу не надо! Я так и помереть обратно могу. – облегченно рассмеялся Ратко. – Меня по-моему только это и вытянуло. Мне уже обратно не хотелось. Только за твои слова и уцепился.– он услышал как Катерина вздохнула, и опомнился. – Чего это я? Темно, холодно тут. Давай, скорее в терем. Мы же сможем поговорить утром, да? Ты меня не прогонишь?
– Нет, не прогоню. Только, давай всё-таки не очень ранним утром. Хорошо?
– Cоня. – рассмеялся облегченно Ратко, выводя Катерину к терему.
Леон проснулся только к вечеру следующего дня. – Странно как. Где это я? Вроде я же умер. Или нет? – он резко открыл глаза. Опочивальня. Он в кровати. Укрыт теплым пуховым одеялом, рядом на лавке кто-то оставил питье. Леон сначала чуть не ползком добрался до кувшина с питьем, а потом, немного приведя себя в порядок, попытался понять, как так могло случиться, что он остался жив. Яд не сработал? Да, наверное, так. Только что-то ему такое помниться… И тут он вспомнил напевные слова, о даре и выборе.
– Но как так могло получиться? – вслух удивился Леон.
– А это уже не твоя забота, как. – Баюн мягко вспрыгнул на подоконник, даром, что опочивальня высоко. – Твоя забота помнить, что тебе сказано было. И не забывать это. И, знаешь, королевич… Меня не легко удивить. Но, ты смог.
Леона даже не смутило появление Баюна. Он накануне принял такое решение, после которого уже невозможно было оставаться прежним, а всё новое требовало осмысления. Кот на это и рассчитывал, и они долго говорили, прежде чем Леон решился выбраться из своих покоев. Первым, кого он встретил, оказался Ратко.
– Ааа, проснулся? Как ты, братец? – первые же слова среднего княжича и обрадовали Леона и ошарашили его. Обрадовали тем, что, оказывается, его тут и не ненавидят вовсе, как ему казалось. А потом он вдруг осознал, что вот именно этого человека он убил. Сидел в кустах, ожидал, как охотник зверя, дрожа от нетерпения. Натянул тетиву и выпустил стрелу, сверкнувшую на утреннем солнце позолоченным оперением. Он загодя позолотил перья для этой стрелы. А потом обрадовался, увидев, как удачно попал! И теперь ему жить с этой памятью. И не сможет он забыть, как вскрикнул Ратко, схватился за стрелу, пытаясь понять, что причинило такую боль, силясь вырвать, отбросить прочь стрелу пробившую грудь, как взвился на дыбы перепуганный конь, а тело бессильно рухнуло с седла. Леон побледнел и закрыл глаза рукой.
– Эй, да ты поторопился вставать! Давай я тебя отведу обратно. Давай-давай. Не бойся, обопрись. – Ратко Леона откровенно недолюбливал, но сейчас у самого княжича было прекрасное настроение, а менестрель был таким несчастным и бледным, чуть не падал. Чего ж не помочь-то?
– Прости меня. – Леон с трудом смог выговорить эти слова.
– За что? – удивился Ратко, который уже довел Леона до его покоев.
– Это я. Я тебя…
– Что ты? – Ратко собрался уходить, но обернулся и пораженно уставился на Леона. Тот выглядел, так, что краше в гроб кладут.
– Я тебя убил. Выстрелил в тебя, там, на дороге. Я ждал тебя в засаде. И радовался, что попал так удачно. – Леон встал. Голова кружилась, но он добрался до перевязи с мечом. Вынул меч и перехватил за острие, протягивая его рукоятью к Ратко. – Твое право. Я не буду защищаться.
Ратко стоял как оглушенный. А потом взял рукоять меча. Примерился… Размахнулся и с силой рубанул по дверному косяку. Не оборачиваясь, выскочил из покоев и кинулся бежать, потрясенный случившимся.
Убежал он, впрочем, недалеко. Бранко успел перехватить и приволочь княжича в гостевой терем.
– Ты знала??? Ты знала и не сказала??? – Ратко сидел за столом потрясенно уставившись на Катерину.
– Я догадалась. Тише. Не кричи. – Катерина встала за его спиной и чуть обняла его за плечи, удержав на месте. – Просто послушай Баюна.
Кот не зря считался мастером убеждения. Через некоторое время, Ратко уже не рвался рассказать всё отцу и брату, поднять стражу, схватить убийцу. А ещё через день размышлений, решившись, сам пришел к Леону, одиноко сидящему в саду около пруда.