Право истинной невесты

- Не очень, - призналась я. - Но кого это останавливало?
Я отодвинулась на правую часть кровати и отвела взгляд, пока Альто раздевался. Хорошо ещё, здесь, как и в любой спальне уважающей себя ринии, были две подушки и два одеяла. Как говаривала моя бабушка, неплохо было бы класть и двух любовников, но перед серьёзными совещаниями хватает и одного.
Приятно было думать, что ей бы понравилось, что я сейчас делаю.
.А что я сейчас делаю, кстати?
Я моргнула и осознала, что пялюсь на обнажённое плечо Альто и его ключицы, и, вообще-то, всерьёз собираюсь на это плечо прилечь.
Альто поднял бровь:
- Стесняешься?
- Вот уж нет, - спокойно произнесла я и, подоткнув вокруг себя одеяло, удобно устроилась у него на плече. - Совсем не стесняюсь.
- Настолько, что твои волосы тут же полезли мне в нос. Почему они у тебя такие длинные?
- Не знаю, - зевнула я. - Может, я дала обет не стричься, пока вновь не встречу Фрэнсиса?
- Боюсь даже представить, насколько они у тебя ещё отрастут.
- Метра на три, не меньше. - Я приподняла голову и повернула к нему лицо. - Знаешь сказку про ринию с длинными волосами?
Альто поднял бровь:
- Которая задушила ими неверного жениха? Помню, помню.
Я вздохнула. Да уж, теперь мужчины начнут переписывать все наши сказки под себя. И уверенная в себе юная риния станет беспомощной девой в беде.
.. .вот как я сейчас.
- Ну нет, - решительно сказала я в темноте. - В своей собственной сказке душить женихов я не буду, но и беспомощной куклой быть не собираюсь.
- Да ну? - Альто сдвинулся, устраиваясь поудобнее. Теперь мы лежали напротив друг друга, и я с тоской посмотрела на вожделенное плечо, которое оказалось вне досягаемости.
- И какой же будет твоя сказка?
Я нахмурилась, перебирая в памяти сказки, где прекрасная принцесса выбирала себе жениха, а потом отправлялась с ним в приключение. Или давала поручения сразу нескольким юношам, чтобы посмотреть, кто лучше справится.
Какие бывают сказки? О поиске. И о возвращении домой.
Я взглянула в окно. Лёгкие занавеси развевались под ночным ветром, и пахло свежестью и ночной травой. Можно было представить, что мне снова четырнадцать и мы с Фрэнсисом идём по ночному полю, взявшись за руки, а над нами - ничего, кроме звёзд.
- Я бы хотела снова попасть в сказку о Фрэнсисе, - произнесла я в темноту. - И прожить её по-настоящему.
- А ты разве уже её не прожила? - отозвался мягкий голос в темноте. Сейчас он не был похож на голос Альто. Словно эхо другого, смутно знакомого мне голоса. - Десять лет в ледяной башне - разве этого недостаточно? По мне, даже несколько чересчур.
- Но я свободна, - возразила я. - И Фрэнсис свободен. сейчас, когда свободны все мужчины.
- И обожает риний, конечно же.
В голосе послышалась ирония, но тёплая, не обидная. И в ней была правда. Ведь если Фрэнсис прошёл той же дорогой, что и Альто, сможет ли он верить риниям? Поверит ли он мне?
- Десять лет ожидания в ледяной башне что-то значат, - произнесла я. - Разве нет? А если и нет, значит. значит, это будет короткая и грустная сказка. Но всё же сказка.
- «Прекрасная принцесса подошла к нему и обратила на него взгляд чудесных глаз цвета речной воды, - продекламировал голос из прошлого. - Но юноша остался холодным и безучастным. За годы, проведённые в обществе огненных ведьм, он научился любить лишь себя, и ледяные стены столь же надёжно ограждали его от других людей, сколь и величественная ледяная башня принцессы».
- «Но юноша желал тепла, - возразила я. - Как и все, он хотел быть любимым. Хотел увидеть огонёк в ночи, услышать голос, обращённый к нему, тёплое плечо, чтобы к нему приникнуть. Хотел, чтобы его выслушали и поняли. А кто может выслушать и понять лучше, чем влюблённая в него женщина?»
- Ты удивишься, сколько влюблённая женщина может не понять, - произнёс Альто своим обычным голосом. - И на что готовы пойти упрямые юноши, чтобы остаться в одиночестве.
- Значит, это всё-таки будет сказка с грустным концом? - тихо спросила я.
Альто неожиданно обнял меня за плечи.
- Конечно, нет, - негромко ответил он. - Любовь не предполагает грустного конца. Просто это будут две сказки. С разными дорогами.
Я откинулась на его руку и закрыла глаза.
- Хорошо бы и у нас были две счастливые сказки, - пробормотала я. - Потому что с Нариссом я могу представить только дом ужасов. И не только для себя.
- А ведь твой клан, возможно, такой же дом ужасов, - ровным голосом произнёс Альто.
Я чуть не подскочила на кровати, забыв, как удобно лежать на руке Альто.
- Ты вообще что несёшь? - хрипло проговорила я.
Альто тяжело вздохнул.
- Вот говорил же себе, что язык мой - враг мой. Но не выдержал.
Он сел на кровати, обхватив руками колени. Одеяло упало с голых плеч. Сейчас, в темноте, исчезли вздёрнутый подбородок и безупречная осанка, и Альто выглядел не старше, чем Фрэнсис в свои семнадцать, с такими же растрёпанными волосами и ссутулившимися плечами.
- Объяснись, - резко сказала я.
- Всё очень просто. Когда двое людей живут вместе, - по лицу Альто скользнула невесёлая усмешка, - они прокладывают границы. Они учатся говорить друг другу: «Да, это здорово, мне нравится» и «Нет, пожалуйста, сделай шаг назад, мне неприятно». Понимаешь?
- Конечно. Бабушка учила нас с Тейей договариваться ещё с детства...
Альто негромко засмеялся.
- Договариваться. Конечно. Но, видишь ли, вы с Тейей были равными. А если бы у тебя был брат, который любил бы тебя больше жизни, подчинялся тебе во всём и видел в этом только радость?
Я почувствовала, как улыбаюсь.
- Ну, это было бы весьма прият. - начала я. И остановилась.
«Подчинялся бы тебе во всём».
- Ты поняла? - негромко спросил Альто.
- Да, - тяжело сказала я. - Он не смог бы прочертить свои границы. Не смог бы сказать мне: «Подожди, мне это не нравится, перестань». Некому было бы меня остановить. А я. я не до конца умею останавливать себя сама.
- Справедливости ради, до высот Лорены ты бы не дошла, - тяжело произнёс Альто. - Да и твоя бабушка, по словам Гордона, способна была на благородство. Но этого недостаточно, Кора. Ты же знаешь, что этого недостаточно.
Я молчала, закусив губу больно-больно, почти до слёз. Недостаточно. И Альто никогда, никогда, никогда не свяжет свою судьбу с кем-то, кто даже теоретически может посягнуть на его границы невозбранно, как это делала Лорена.
- Твой дом и клан были для кого-то адом, - завершил Альто. - Это истина. А отрицать её... зачем?