Радужная пони для Сома (СИ)

  
Радужная пони для Сома — Мария Зайцева
   
Глава 1. Сейчас
 
В последнее время мне снятся на редкость радужные сны.
Странные и охеренные.
В них я перебираю в пальцах разноцветные легкие пряди волос, смотрю в яркие озорные глаза, целую нежные смеющиеся губы…
И кайфую так, как никогда в жизни.
Правда, дальше прикосновений и лайтовых поцелуев дело не идет, но это только потому, что и в реале не свезло.
А почему не свезло?
А потому что кое-кто дебил. Прям конкретный такой, клинический дебил, проебавший свое радужное счастье.
Я просыпаюсь утром, жестко выпадая в осадок от контраста бесконечного кайфа во сне и бесконечной задницы в реале.
Естественно, настроения мне это не прибавляет.
Пару минут лежу, тупо пялясь в потолок и заново привыкая ощущать себя дебилом.
Потом встаю, занимаюсь привычными делами, уже набившими оскомину, но без них вообще было бы херово.
А так…
Пробежка по территории с неугомонным псом, наследством от моей короткой счастливой жизни, мяч, легкая разминка, побить руками и ногами Германа, выместив на невозмутимой резиновой роже всю свою вселенскую злобу, потом в универ.
И там все по накатанной.
Ничего интересного.
Хотя, нет.
Интересно мое постоянное ожидание. Жадное сканирование пространства на предмет появления в зоне видимости радужной макушки одной нежной мелкой поняшки. Это не я ее так обозвал, кстати, это подружка Немого как-то обронила. Я сначала не понял, почему поняшка?
Из-за роста, что ли?
Но потом подумал, повспоминал и заметил закономерность.
Мелкая девка была похожа на одну из тех радужных пони, которых так любят таскать сопливые школьницы в младших классах.
Масть разноцветная, глаза эти огромные… Ну и размер тоже, да. Метр с кепкой, реально. Мне, с моими сто девяносто пятью сантиметрами, в пупок дышит… Макушка где-то в районе груди.
Так что да, четкое мышление у подружки Немого, сходу и в точку.
Радужная пони, Поняшка, Радужка…
Красивая и брыкливая.
Ходит, и все мимо.
И не смотрит.
А почему?
А потому что — читай выше… Дебил, да.
Осознание реального уровня своих умственных способностей воспринимается уже нормально. Ровно.
Нет, в самом начале я бесился, да. Никак не желал признавать очевидное. Злился на Радужку, считал ее дурой, во всем виноватой…
Но со временем, все переосмыслив…
Ладно, чего уж теперь…
Я захожу в аудиторию, привычно усмехаюсь девочкам, привычно даю пять Немому, с мрачной мордой сидящему на последнем ряду, падаю рядом, достаю наушники.
Ну не лекцию же слушать, в самом деле?
Я мог бы и не ходить, но философ — тот еще козел, аккуратно заполняет ведомость на предмет пропусков и потом всех, у кого нет уважительной причины, жестко ебет.
А я, как бы, натурал стопроцентный. И сексом, даже в голову, хочу заниматься с девушками. Верней, с одной, конкретной девушкой. С ней можно и в голову, да…
Вот только она — ни в какую.
И это — самая большая моя трагедия в этом году.
Немой сидит в телефоне, краем глаза вижу, как просматривает фотки своей девочки: шикарной блонди с нереальными буферами и не менее нереальными глазами. Кукла, короче. Мимоходом вспоминаю, как мы все на нее дружно пускали слюни пару лет назад, когда она была еще не девочкой Немого, а подружкой нашего общего приятеля, Лексуса. Как мы завидовали этому придурку, усмотревшему среди массы пестрых курочек-первокурсниц, золотую птичку-невеличку.
Мы с Вилком, еще одним нашим общим приятелем, даже забивались, сколько продержится малышка рядом с этим говнюком. И оба проиграли, потому что я давал месяц им, Вилок — три, а парочкой блонди с Лексусом проходили аж два с половиной года.
Хотя, тут я Лексуса понимаю, девочка невозможно залипательная, грех такую отпускать от себя.
Немой, кстати, в споре не участвовал и вообще скалился злобно и молчал. Хотя, молчание, это его обычное состояние, не зря же кликуха. Но только теперь до меня начинает постепенно доходить, что он еще тогда, два года назад, залип на этой девочке по-взрослому.
 
И шифровался, главное, все это время!
И потому я, честно говоря, охерел, когда месяц назад выяснилось, что он подсуетился и забрал эту малышку у Лексуса. А его самого отправил на больничную койку. Вот тебе и Немой!
Нет, то, что он может кого угодно на больничную койку уложить, никаких сомнений. В придурке роста больше двух метров и живой массы больше ста кило. Да еще и в анамнезе дед с отцом — чемпионы по боксу. Ясен пень, уложит и на койку больничную, и в землю на два метра вглубь кого угодно…
Но вот то, как ему удалось заинтересовать такую девочку, вообще темная история. Может, и не спрашивал? От него всего можно ожидать, молчаливого удачливого придурка…
Я, кстати, Альке, этой блондиночке, так и говорил: “ Если он тебя заставляет, моргни”.
Она улыбнулась и сдала меня Немому. Мы поговорили… Душевно. Челюсть до сих пор на погоду ноет.
А я ведь тоже не пальцем деланный и черный пояс не за красивые глаза имею. Но против этого зверя без вариантов, само собой… И, главное, не поверил ведь, что я пошутил!
А я реально пошутил!
Потому что хороша блондиночка Аля, очень хороша…
Но я к тому времени уже вперся в Радужную поняшку по самые яйца. И к другим мог что-то подкатывать именно только в шутку.
Просто я тогда еще рассчитывал… На взаимность.
Дебил, да.
Немой разглядывает фотки своей девочки, улыбается непривычной для его физиономии нежной улыбкой, а я ему завидую.
Так, сука, завидую!
Потому что мне не шлют сладкие фотки, нежные смс, горячие голосовые… Верней, шлют… Но не те.
А та… Не шлет. И не пришлет.
И от понимания конечности ситуации, неисправимости ее, болит внутри, там, где сердце. Ноет и ноет, противно так, жизнь мне отравляя.
И как мне с этим всем быть, хер его знает.
Я закрываю глаза, отрешаясь от ситуации, и все равно невольно уношусь в тот самый первый день, когда в моей жизни появилась Радужная поняшка и отравила мое безбедное и веселое существование собой.
  
Глава 2. За полтора месяца до…
 
Разноцветные волосы, переливающиеся в искусственном свете ламп столовки, я замечаю сразу.
И торможу всеми четырьмя лапами, как кот.
Потому что прикольно же!
Как мимо пройти?
Оглядываю экспонат со всех сторон.
Ничего так.
Мелкая, конечно, и во всем черном и пацанском. Не понять, какие титьки, какие ноги…
Но глаза — зачет, большие, яркие такие. Губы — тоже зачет. Не сильно пухлые, но и не тонкие. И, главное, свои.
Я чего-то последнее время уставать стал от поголовно насосанных свистков. Целовать такое кайфа нет, это как резину жевать, а на члене плохо ощущаются… Не плотно. И тоже резиново. Если я захочу такого экстрима, лучше резиновую бабу куплю. Она хоть мозг в процессе выносить не будет.
Проблема в том, что с каждым годом все сложнее нарыть нормальных, естественных девок, потому что у них у всех мода же. И врачи, которые это дело качают, тоже одни и те же… Отец говорил, что еще лет пятнадцать назад такое развлечение стоило дорого и было распространено в основном в столице. В наших ебенях не было спецов нормальных, да и бабки такие не у всех водились.
А сейчас, говорят, это все вообще копейки стоит, вот и делают девки.
И, самое главное, что непонятно, нахера. Вот кого из парней ни спрошу, никому эти свистки не нравятся. А девки все равно качают…
Короче, я обхожу новинку еще разочек, уже полностью убеждаясь, что нехилый такой экспонат к нам залетел.
Все свое, чистенькая, в губе пирсинг, а я такое люблю, кстати, в отличие от свистков.
И, главное, волосы! Волосы всех оттенков радуги! Чистых цветов: розовый, сиреневый, бирюза и синь неба. Они волной обрамляют тонкое личико с правильными чертами лица, и так и тянет их потрогать. Интересно же, что за чудо такое радужное?