Мета II (СИ)

Вейцманы, кстати, молодцы: все вошедшие в семью дети, включая Ирис, являлись весьма красивыми и статными. Высокие, стройные, с правильными чертами лица. Породистые, как говорят. Я лично ничего криминального в подобном отборе не видел. Если кто-то столь сильно хочет стать супером, но финансы не позволяют пройти нормальную подготовку, а так просто рисковать боязно, почему бы и не воспользоваться помощью стороннего рода?
— Знал бы, прикупил что-нибудь более подходящее, — заметил я.
— Ничего страшного, Артоф, — вернулась Элеонора. — Найдем применение вашему презенту!
— Кстати, у меня и для Ирис есть подарок, — вытащил я конверт из кармана рубашки.
— Подарок? — захлопала она глазками, принимая конверт.
— Я ведь давал обещание. А Артоф Кройц привык держать слово, — добавил я не без ноток хвастовства.
— Сертификат на костюм-костюм Ткача?! — просияла Ирис, заглянув внутрь. — Спасибо!
— А ведь наша любимица вчера сдала тесты на шестой Мета-класс и шестой класс Стрелка. Мы и сами хотели скоро дарить ей костюм, но раз уж Артоф расщедрился… — покачала головой Элеонора с улыбкой. — Вот бы такого суженого заполучить, да?
— Мама!
— А что? Вейцманы всегда готовы принять в свое лоно опрятных и перспективных молодых людей, — произнесла дама невозмутимо.
Шестой класс взяла? Неплохо. Похоже, вот и настал подходящий момент для вербовки. Ладно, как говорят местные, открытка не пытка.
— Весьма заманчивое предложение, но, боюсь, у меня имеются собственные планы на дальнейшую жизнь. И я был бы вам очень признателен, если бы Ирис стала моим надежным союзником на этом пути. Разумеется, родную семью Ирис мы бы забывать также не стали.
— Ч-что ты несешь, черт тебя дери-дери! — вспыхнула Ирис то ли от гнева, то ли от смущения.
Да, неприятно, когда за тебя торгуются, пусть и не говорят об этом прямо.
— Вей-вей, — покачала Элеонора головой якобы в удивлении. — Какой амбициозный молодой человек! Но вынуждена вас огорчить: наша любимая Ирисочка ценит семью и никуда не уйдет! Будь вы даже не подающий надежды курсант, а преуспевающий магнат. Правда, деточка?
— Д-да-да… — от лица Ирис чуть ли не пар пошел.
Девушка заскрежетала зубами, а по сжатым кулакам начали проскакивать искры. Как-то больно эмоционально она реагирует. Надо сворачивать представление, а то сломаем еще бедную героиню.
— Что ж, я вас отлично понял, сударыня! Не будем омрачать торжественный вечер скучными разговорами. Может, пора за стол?
— Конечно-конечно. Судари и сударыни, прошу за стол!
Люди принялись неспешно собираться за столом, хотя некоторые подростки предпочли, наоборот, переместиться на диван — подальше от скучных взрослых. В какой степени мне было интересно поболтать с Элеонорой, поскольку наша беседа напомнила мне о жизни в Империи. Многие вопросы и решались в таких вот кулуарных обсуждениях между главами родов. Ладно, посмотрим. Возможно, в будущем мне еще удастся найти способ заполучить в свое распоряжение роковую блондинку, но пока что я таких возможностей не видел. Вряд ли род Вейцман интересуют деньги или артефакты. Они явно нацелены на то, чтобы их род крепчал и развивался, а это долгие и долгие годы. Но завести знакомство с главой рода, нанести визит вежливости — было все равно полезно.
Мать семейства поздравила любимое чадо с шестнадцатилетием и произнесла небольшую речь. Мне налили в маленький стаканчик какой-то выпивки, и я за компанию пригубил алкоголь. После чего начал высматривать, что бы такого урвать со стола, полного разнообразных непонятных, но наверняка вкусных блюд.
— А картофель-хруста случайно нет? — поинтересовался я.
— Лучше попробуйте запеченного шипокрыла с капусточкой, — предложила Элеонора. — Наша Ирисочка добыла намедни! Вам крылышко, бедрышко или хвост? Хвост — самое вкусное!
— Бедро, пожалуйста… — передал я свою тарелку.
Мясо небесного хищника оказалось на вкус изумительным. Не шло ни в какое сравнение с моей полевой готовкой. Вот что грамотные повара могут сотворить при должном умении.
 
— А тебе что положить, милый? — ласково обратилась мать к Ною.
Парень поковырялся в носу, задумчиво смотря куда-то в район потолка, после чего выдал:
— Много-много мяса-мяса!
— Сейчас положим…
Я нахмурился и остановил вилку недонесенной до рта:
— Странно. У Ноя тот же изъян речи, что и у Ирис?
— Вей-вей, никакой не изъян, а всего лишь наша небольшая семейная изюминка-изюминка! — рассмеялась Элеонора, махнув на меня рукой. — Визитная карточка Вейцман, если хотите!
— Но ведь подобные вещи индивидуальны… — пробормотал я, пытаясь зацепить ускользающую мысль.
И наконец зацепил. Вилка с наколотым куском выпала у меня из руки, со звоном ударившись о тарелку. Я почувствовал, как на лбу выступила испарина, а по телу прокатилась волна мурашек.
— Традиция, можно сказать! — раздался голос Бениамина, сидящего слева от меня через Льда. — У нас их много.
Остекленевшими глазами я обвел сидящую за столом компанию, почувствовав себя загнанным грызуном в самом логове свирепых хищников. В голове стремительно пронеслось стародавнее, но весьма подробное воспоминание об инструкторе Шунхальц, отставном имперском офицере. Даже его образ предстал пред моими глазами во всей своей красе: щеголеватые ярко-рыжие усы, опускающиеся ниже подбородка, и такого же цвета кустистые брови; начищенные до блеска серебряные пуговицы; высокие тяжелые сапоги и вечно недовольное хмурое выражение лица.
— «Запомните, оболтусы! Услышали раз — задумайтесь, услышали второй раз — берегитесь, услышали третий — ВЫЖИГАЙТЕ ВСЕ ГНЕЗДО К КШЕРДОВОЙ МАТЕРИ! ОТСТАВИТЬ ШУТЕЕЧКИ! То, что на Аккотрельме давно о них не слышно, не отменяет необходимости в постоянной бдительности! Студиозусы! Враг всегда коварен! Зарубите себе на ухе: речевые дефекты — есть верный признак плохо обученного псиона! Они показывают, что человек пытается сопротивляться и еще не сломался окончательно под его губительным влиянием!»
Неужели все это время Ирис была порабощена презренным псионом? Кшерданг! Если бы у меня было больше опыта в данном вопросе, наверняка бы я проверил ее сразу…
Бениамин Вейцман, благожелательно улыбаясь, поднялся со своего места, подошел ко мне сзади и хлопнул по спине:
— Всего лишь традиция!
— «Зафиксировано пси-воздействие пятого уровня опасности. Пси-воздействие нейтрализовано.» — доложил Имп.
Я обернулся и уставился на хозяина, не зная, что я должен предпринять в таком случае. Опыта взаимодействий с псиониками у меня было мало. Полуразумный поводырь не в счет. Я даже ни одной печати не знал, хотя в более юном возрасте мы весьма активно искали и делились запрещенкой. Помнится, одна из якобы пси-печатей оказалась на поверку просто вызывающей рвотный рефлекс.
— «Зафиксировано пси-воздействие пятого уровня опасности. Пси-воздействие нейтрализовано.»
Я не умел расшифровывать пси-послания, поэтому не знал, как именно должен отреагировать. Вейцман-старший убрал руку и сделал шаг назад. Похоже, я не оправдал его ожиданий. Уголки его губ опустились. Приторно-радушное лицо отца Ирис сменилось чернильной пустотой. Пустотой, с которой мясник забивает десятую тушу за день. Он сделал еще шаг и встал позади Льда, который что-то почувствовал и оттого напрягся, повернувшись ко мне всем корпусом.
А затем Вейцман взорвался мощной туманной серой пси-дымкой, которая бросилась сферой во все стороны, проникая через многочисленные стены и другие препятствия, и лаконично уронил:
— Убить Кройца.
  
Глава 21
  
Кровь забурлила, организм получил массу бодрящих веществ, ускоряющих восприятие. Я понял, что упустил хороший шанс расправиться с псионом, пока он находился рядом. Но в такой неприятной ситуации, в которой я оказался, мне оставалось лишь одно: попытаться убить главу семейства. Вот же тихий ползучий гад. И как только сумел незаметно сплести рабскую сеть в центре цивилизованного города? По-видимому, у аборигенов опыта противодействия с псионами еще меньше, чем у меня.