Превращение Карага

«Крайслер» неуверенно, медленно двинулся дальше. Ну и слава богу, легко отделался.
Измученные, мы превратились в людей, оделись и молча зашагали в сторону школы.
– Ладно, никто же не знает, что это были мы, – успокаивала сама себя Холли, впрочем, совершенно неестественным тоном. – Мало ли что: вышел неуравновешенный бизон погулять – а тут джип.
– Да, точно, – с надеждой подхватил Брэндон.
До него понемногу стало доходить, что он устроил, и вид у него был как у овцы во время грозы. Только бы он не впал в депрессию – иначе вся история была зря!
– Не хочу вас расстраивать, – устало заметил я, – но в округе найдётся не много бизонов, которые гуляют по ночам в компании пумы и белки.
Я засыпал на ходу! Когда я пума, я могу почти не спать, но как человек, после всего этого экшена, я был еле живой.
– Почему гуляют? – не понял Брэндон. – Люди в машине видели только, как мы сражаемся.
– Сражаемся? Брэндон, я один раз дал тебе по морде – какое же это сражение? Или ты имеешь в виду себя и автомобиль?
– Не важно! – вмешалась Холли. – Всё останется тайной.
– Прекрасно, – согласился я.
– Но это было круто! – признался Брэндон, и мы все трое не смогли сдержать улыбки.
Лишь бы тренировка прошла не зря.

 
Совиный глаз
За последние два года я видел много смеющихся людей. Поначалу я доверчиво смеялся в ответ, но смех Джефри мне никогда не нравился. И остальные волки радовались явно не только тому, что у меня на голове плясал ворон, а я не мог его согнать. И не собирался, потому что, во‐первых, я ему позволил скакать у меня на голове – на уроке мы изучали дружеское общение между разными зверями, – а во‐вторых, я не оставлял попыток доказать Лу, что я неопасен, миролюбив и вообще случайно родился хищной кошкой. Подумаешь, ворон попрыгает у меня голове – разве это повод для грубости? И кажется, получилось: Лу глядела на меня дружелюбно.
– Ой, мне надо в туалет, – простонал ворон-мальчик Сумрак, – сейчас не выдержу!
– Только попробуй – и я вспомню вкус пернатой дичи, – пригрозил я.
– Спасибо, Сумрак, можешь спуститься, – разрешила Амелия Паркер. – Ты прав: в природе вороны обычно дружны с волками, но Караг такой милый… э-э-э… пума. Тень, теперь покажи нам, пожалуйста, как вороны наводят волков на мёртвую добычу.
– Разумеется, – отозвалась сестра Сумрака и расправила иссиня-чёрные крылья. Она элегантно закрыла клювом свой рюкзак, вскочила на него и стала с карканьем вспархивать и пританцовывать.
– Именно так, прекрасно, спасибо! – похвалила миссис Паркер, водрузила очки на нос и близоруко обвела глазами класс. – Теперь понимаете, почему некоторые местные породы ворон называют «волчьей птицей»?
Джефри не сводил глаз с меня, Холли и Брэндона. Достал уже! Неужели он что-то знает? Но как? Откуда? Я не учуял ночью никаких волков и вообще никаких крупных зверей. Холли тоже заметила, что наши недруги странно себя ведут. Холодный упёртый взгляд чёрных глаз Тикаани заставлял Холли ёжиться и нервничать. Я наблюдал за классом: кто ещё ведёт себя подозрительно?
Но прежде, чем я успел что-либо заметить, дверь распахнулась и на пороге показалась Лисса Кристалл – суровая и безжалостная как никогда. Она показала пальцем на меня, Холли и Брэндона:
– Пошли со мной. Немедленно.
Бо, омега-волк, ухмылялся до ушей. Джефри, Клифф и Тикаани хищно торжествовали. Значит, я в ловушке. Вот она – волчья месть, о которой предупреждала Хуанита. Я встал с тяжёлой, как свинец, головой и вместе с друзьями вышел из класса. Кто нас сдал? Может, Тень, соседка Холли, не спала? Но сейчас Тень даже не проводила нас взглядом, ей было всё равно, как и другим нашим однокурсникам. Я не сомневался, они ничего не знают.
В кабинете директриса смерила нас таким взглядом, что мне захотелось провалиться сквозь землю.
– Вы, конечно, знаете, о чём пойдёт речь, – заговорила Лисса. – Об автомобильной аварии. До меня дошли слухи, что это ваших рук дело. Чья была идея?
Врать не было смысла. Холли уже была готова признаться, но тут я кое-что сообразил. У Холли уже было два выговора, если будет третий – её вышвырнут из школы. Этого нельзя было допустить! Куда она денется? Обратно в сиротский приют?
– Идея была моя! – выступил я. – Я хотел научить Брэндона пользоваться своей силой, и всё случилось, как будто сошла лавина. Его было не удержать. Хотя я старался. С машиной вышло глупо, простите, сожалею. Да и в лесу за нами увязалась какая-то невменяемая белка, еле от неё отделались.
Холли посмотрела на меня взглядом, который стоил любых жертв.
Но Лисса Кристалл не дура. Так она мне и поверила!
– Такая выдумка – это больше похоже на тебя, Холли!
Я бы от страха превратился в пуму на месте, но Холли умела держать себя в руках. Ни намёка на мех!
– Вы так думаете?
– Может быть, эта школа не лучшее место для тебя, может быть, в другом учебном заведении тебе было бы…
– Нет, пожалуйста! – Холли побледнела. – Мне здесь нравится, очень!
– Я же говорю – идея моя, – вмешался я в отчаянии.
Школа «Кристалл» без Холли – этого нельзя допустить!
Лисса обратилась к Брэндону:
– Что ты скажешь об этом, Брэндон?
– Всё было так, как рассказал Караг, – Брэндон смотрел в пол, опустив голову. – А я взбесился. Со мной бывает.
– Знаю, – тяжело вздохнула Лисса.
Да уж, во сколько ей обходится новая мебель в нашей комнате!
– Нам нельзя настраивать людей против себя, мы платим за это своей кровью. Делаю вам выговор, Брэндон и Караг, – Лисса помолчала. – Караг, ты здесь, чтобы научиться управлять своей природой оборотня. Впредь всякую свою идею сперва проверь: поможет ли она тебе в твоём образовании.
– Обязательно, – пообещал я.
Под таким взглядом пообещаешь что угодно, лишь бы на тебя больше так не смотрели.
– На экзамене в декабре жду от вас лучших ваших результатов, – напомнила директриса. – Потом начнутся учебные экспедиции – туда берут только тех, кто выдержал экзамен. Кто провалится, остается на второй год.
И нас наконец отпустили.
– Ох! – выдохнула Холли.
– Вот именно, – поддержал Брэндон.
Из-за угла шмыгнул Дориан:
– Ну, всё путем? Страшно было?
Мы переглянулись и кивнули.
– Когда вы вышли из класса, – шёпотом продолжал Дориан, – Джефри подмигнул Труди, а та стала пунцовая и жутко счастливая.