Кром. Книга первая
Волод отрицательно покачал головой. Казалось, если открыть рот, ветер ворвется, продравшись сразу до кишок, и на том экспедиция бесславно закончится.
– Замерзли, – лицемерно вздохнул Ичан. Вот кому болтать не лень. – Это зимняк подул. Такое бывает, начнет посередь тепла дуть и спасу от него нету. До ваших-то, до городских краев он редко додувает. А я люблю холод. Даже моюсь только холодной водой, говорят для здоровья полезно. Я вообще в подземных источниках купаюсь. Разденешься, нырнешь, где поглубже – о-о, восторг неописуемый…
– Заткнись ты! – Волод не выдержал этого неуместного смакования.
Володу пришлось сделать над собой некоторое усилие, дабы удержаться от того, чтобы без видимого повода дать спутнику в зубы. Действовать на нервы тот мастер, в чем архитектор за несколько дней совместного пути вполне убедился.
Громила следопыт, пожав плечами, забубнил под нос какую-то пошлую песенку. Здоровая морда его раскраснелась, от упитанного тела шел жар, как от печки.
Более или менее респектабельные районы Стройки с почти готовыми к заселению домами остались позади, что становилось все заметнее. Волод с удивлением отмечал мелкие несоответствия городским канонам – например, обилие самого разнообразного далеко не строительного мусора повсюду.
А вообще путешествие оказалось скучным и, по-видимому, не собиралось становиться интереснее. В Городе им ничего не грозило, в сельскохозяйственных районах – и подавно, в степи – несмотря на опасения командира следопытов, скорее всего, тоже. Кочевники с этой стороны мирно сосуществовали с горожанами уже сотни лет, ведя довольно бойкую торговлю. Впрочем, приключений никто и не обещал: перед ними поставлена вполне конкретная деловая, а не боевая задача.
– Что-то мне не нравятся молодчики вон у того дома, – тронул Волода за плечо Ичан. – С утра тут должно быть безлюдно.
– Ты чего-то опасаешься? – безмерно удивился Волод.
– Не то чтобы очень, просто, если в темноте тебя поджидают четверо амбалов с дубьем, это как-то настораживает.
– Неужели ты думаешь, что горожане могут напасть на Архитектора?
– Это не горожане.
– А кто же?
– Это клерухи, бывшие кочевники, осевшие на Окраине. От них можно ожидать чего угодно. Стив! Зря мы оставили оружие на станции.
– Не поминай имя Отступника! К тому же неужели ты думаешь, что я применил бы оружие против горожанина, будь он даже бывший кочевник.
– Да поздно уже болтать, сейчас они применят свои дубины.
Четверо здоровых мужиков потертого вида между тем подходили все ближе. В их намерениях сомневаться уже не приходилось, они перехватили дубинки, и перешли на бег.
– Бьемся «башней»! – успел крикнуть Ичан, – Я «башня»!
«Кто бы сомневался», – подумал Волод.
Следопыт прыгнул нападающим навстречу. Они, похоже, этого не ожидали и удары, рухнувшие с двух сторон на Ичана, были сделаны не с руки и не в полную силу. От одной дубины он уклонился, вторую принял вскользь на предплечье и тут же скрутом выдернул ее из рук нападающего, и, не гася инерции движения, зарядил ею по третьему мужичку, сразу опустив его на колени. Волод вошел в бой вслед за Ичаном. Пока «башня» занимала основные силы, Волод взял на себя четвертого.
Бандит крутанул дубинкой восьмерку для лихости и скакнул на Волода. Волод легко ушел от быстрого, но совершенно предсказуемого удара, сблизился с противником и с малой дистанции нанес всего один удар. В горло. Этого хватило.
Трое оставшихся в строю клерухов явно уступали разведчикам в искусстве фехтования дубинками.
– Все? – спросил Ичан, опуская на мостовую последнего.
– Кажется да. Оказывается у следопытов тоже неплохая подготовка.
– А то! – пробасил Ичан и расхохотался.
– Интересно, – протянул Волод, – зачем, все-таки, они на нас напали?
– Ясно зачем, – Ичан принялся вязать начавших приходить в себя мужичков. – Ограбить хотели. Странно только то, что эти ублюдки вылезли так неприлично рано, будто ждали именно нас.
– А что у нас грабить? Ничего ценного у нас нет.
Ичан пожал плечами.
– Сдадим их в охранку?
– Подожди, Ичан, мне кажется, это действие еще не закончилось.
Из-за угла ближнего недостроенного дома появилась еще четверка дубинковатых мужиков. Они сопровождали пятого – маленького кривоногого скособоченного человечка.
– Стив! – снова ругнулся Ичан, – Кажется, я понял, по какой причине заваруха. Держись сзади, я снова «башня».
Следопыт выступил вперед и не обращая внимания на помятых дубинконосцев ткнул пальцем прямо в человечка.
– Ты кто?
– Я? – человечек будто удивился, – Я-то – Колдун. НА КОЛЕНИ!!!
Последнее слово Колдун произнес неестественно сильно, в каком-то пронзительном тембре, голосом, словно вышедшим за грань слышимости и ощущаемым не ушами, а всем телом. Володу даже показалось, что этот ГОЛОС отдался мелкой вибрацией в костяке. Тело, словно само, бросилось выполнить отданный приказ, и фактору пришлось напрячь волю, чтобы противостоять этому порыву.
Ичан, кажется, ничего подобного не испытал, он, будто даже не слышал последнего слова Колдуна. Вытянув губы трубочкой, он уважительно покачал головой:
– Вот как? И давно?
– Лет двадцать, – в легком замешательстве ответил Колдун.
– А я двадцать лет занимаюсь гиревым спортом! – заревел вдруг верзила Ичан, сграбастав противника, – И еще – киданием карликов на дальность! – После этих слов Колдун, как брошенный катапультой камень, врезался в стену здания напротив.
– Жаль, чистота эксперимента нарушена, – сплюнул Ичан. – Дом помешал, а то он летел бы дальше.
Ичан упер руки в боки.
– А вы, – рявкнул он на присевших мужичков, – хватайте ваших недобитков и валите отсюда, пока мы разрешаем! Бегом!
Оробевшие клерухи подхватили своих повязанных товарищей и улепетнули в спасительную тень. Волод, мало понимая в происходящем, подошел к валяющемуся у стены и слабо постанывающему карлику, склонился над скрюченным телом.
– Не ходи! – вдруг просипел карлик прямо в лицо Володу, неожиданно сильно притянув его к себе. – Все одно смерть Городу. И пирамидник тебя не спасет… Я правда колдун, я знаю… Все одно смерть…
Карлик еще шевелил губами, но звук не рождался.
– Пойдем. – Волод почувствовал на плече руку Ичана, – Пойдем. Его приберут, а нам пора в путь. Город не ждет.
Глава вторая«И тогда Отцы Основатели вывели свой народ из бездны Безвременья, куда падал Первый мир и планеты, и звезды. Привели они людей в Новый мир, где они могли бы жить и плодится, и достойно умирать, потому что в Новом мире есть Время.