Мой волк, или Отбор для альфы

Странно, но никто не попытался остановить меня даже тогда, когда я взлетела по каменной лестнице, устланной дорогим ковром цвета мха, и толкнула украшенные резьбой высокие двери.
В большой комнате было довольно уютно: кофейного цвета бархатные шторы на окнах гармонировали с пушистым ковром на полу. Гигантская кровать занимала четверть помещения, прячась под плотным балдахином песочного цвета. Украшенный резьбой шкаф, несколько кресел, широкий деревянный стол — все явно старинное, но сделанное на века.
Около погасшего камина стояли двое. Видимо, я прервала необычайно важный разговор. Я мрачно улыбнулась, поймав удивленный взгляд Рэйнара и презрительный той самой девицы, что отвесила мне пощечину.
— Что она здесь делает? — выплюнула блондинка. Отчего-то она была взбешена, и явно не Рэйнар был тем, на кого она злилась.
— Мне бы тоже хотелось это узнать, — сказал Рэйнар, вскинув черную бровь.
Я быстро подошла к нему и, хорошенько размахнувшись, влепила пощечину. Ввиду высокого роста Рэйнара, она пришлась большей частью на подбородок. Однако я почти со звериным восторгом увидела, что мои ногти оставили три яркие полосы на его коже.
— Теперь у тебя тоже есть уродливый шрам! — выкрикнула я. — Жаль, что не могу…
Договорить я не успела, потому что светловолосая девица не то зашипела, не то зарычала и налетела на меня, вцепившись в волосы.
— Не смей прикасаться к альфе, тварь! — завизжала она.
Не устояв на ногах, мы обе упали на пол и покатились в другой конец комнаты, вцепившись друг в друга.
— Далла! Оставь ее! — выкрикнул Рэйнар, но его предупреждение запоздало, потому что я легко вскочила и перехватила рослую девицу за талию, отбросив ее. Перелетев через всю комнату и ударившись головой о каминную полку, девица сползла на пол и затихла.
Испугавшись, что убила ее, я замерла, но тут же услышала быстрое биение ее сердца и успокоилась. С ней получилось даже легче, чем с Рэйнаром недавно. Испытывала ли я жалость? Ни капельки. Если она позволила себе распускать руки, когда я не могла дать сдачи, то сейчас я победила ее честно. Меня распирало ощущение такой дикой силы, какой я никогда до этого не обладала.
— А теперь с тобой, красавчик, — азартно прошептала я, поворачиваясь к Рэйнару. — Видишь ли, я очень не люблю, когда портят мою кожу. Я не давала разрешения себя кусать, это право нужно заслужить.
Я надвигалась на стоявшего со скучающим видом Рэйнара. Однако его внешнее спокойствие было обманчивым. Широкая грудь тяжело вздымалась и опускалась, выдавая гнев. Но мне почему-то не было страшно. Бесшабашное предвкушение азарта, предшествующее драке, полностью затопило меня. Где-то на краешке сознания мелькнула мысль, что я, абсолютно мирный человек, ни разу за свою жизнь не ввязавшийся в драку, сейчас надвигаюсь на гору мускулов с целью показать, кто здесь главный, причем делаю это вполне осознанно. Я задвинула эту мысль поглубже, пообещав себе вернуться к ней.
— Я твой альфа. Отныне ты подчиняешься мне, — лениво протянул Рэйнар, следя за мной янтарными глазами. — Преклони колено и дай клятву верности.
Я громко фыркнула, не в силах сдержать изумление. Да кем он себя возомнил? Тоже мне альфа-самец!
— А давай наоборот? — предложила я, останавливаясь от него в паре метров. — Ты преклонишь колено и попросишь прощения.
— Подчиняйся, волчица, — прорычал он, сверкая глазами.
— Ни одному мужчине в своей жизни я не подчинялась и не собираюсь начинать! — я в бешенстве сжимала и разжимала кулаки.
— Признай своего альфу!
— Или что? Как мы уже выяснили, у меня есть все шансы победить!
Я так до конца и не поняла, что произошло, но грудь Рэйнара вдруг раздулась, одежда разлетелась на клочки, и передо мной оказался черный волк размером с добрую лошадь.
Парализованная увиденным, я выпучила глаза, крик ужаса застрял где-то на выходе из горла. Вся бравада слетела с меня быстрее, чем пух с одуванчика под порывом ветра. Я попятилась к двери.
Угрожающе рыча, отчего стали видны огромные, похожие на зубцы вил, клыки, волк двинулся на меня. Густой черный мех на его загривке стоял дыбом. Не в силах отвести взгляд от этого страшилища, я неловко запнулась и растянулась на полу. Волчья морда нависла надо мной, скаля зубы. Но глаза… Эти глаза точно принадлежали Рэйнару — глянцевый застывший янтарь.
— Признаешь ли ты меня своим альфой, волчица? — услышала я низкий голос Рэйнара у себя в голове.
И хотя все во мне воспротивилось такой мысли, я с отвращением осознала, что придется подчиниться. Причем только одна часть моего «я» советовала бездумно покориться и чуть ли не ползать на брюхе перед огромным волком, прося прощения, вторая же советовала с гордостью послать его куда подальше.
— Признаю, — выдохнула я со второй попытки, решив прислушаться к первому — трусливому, как я его обозначила — внутреннему голосу.
Волк еще несколько секунд сверлил меня взглядом, потом опустил морду к им же оставленному укусу, и я почувствовала прикосновение горячего шершавого языка. Я приказала мозгу отдохнуть, почти с наслаждением проваливаясь в спасительную тьму.
    
Глава 5
— Волчица, очнись. — Мягкое похлопывание по щекам. — Очнись же, я знаю, что ты меня слышишь.
Фира была права — я прекрасно ее слышала, но не хотела покидать такую уютную целительную тьму. Здесь хотя бы не было оборотней, мечтающих меня разорвать. Не добившись никакой реакции, Фира, видимо, ушла, а мое сознание снова начало отключаться, но тут я почувствовала под носом непонятное щекотание, после чего обоняния коснулся отвратительный резкий запах, заставивший меня резко сесть и расчихаться. Я все еще была в комнате альфы и лежала прямо на его огромной кровати. Балдахин с одной стороны был откинут.
— Что это за гадость? — старательно прикрывая нос, выпалила я. В окно слева лился мутноватый свет. Значит, сейчас день. Интересно, сколько я пролежала без сознания?
— Карказон. Это растение, которое можно найти в нашем лесу, — охотно пояснила Фира, убирая вонючую траву в маленький сундучок. — Отлично помогает, чтобы привести в чувство. Ты долго была без сознания. Уж и луна успела взойти. — Я нахмурилась, еще раз посмотрев в окно. Луна? Но ведь сейчас день. — Ну как, волчица, жить будешь?
— Не называйте меня так, — простонала я. — Ведь это же все неправда. Пожалуйста, скажите, что вы актеры, замок ненастоящий, а все это — просто декорации.
Фира похлопала меня по руке.
— Ну-ну, будет, ты теперь одна из нас и этого уже не изменить. Наш альфа принял твою присягу. Так что ты теперь часть нашей стаи. Как тебя зовут, девочка?
— Аэлита, — машинально ответила я.
Полным именем я представлялась в исключительных случаях, предпочитая ему не столь тяжеловесное Ляля. По крайней мере, все друзья звали меня именно так, но Фира в их число не входила. Часть стаи, надо же такое выдумать! Я снова вспомнила огромное черное страшилище с зубами-лезвиями и передернулась.