Выбор сердца

— Ладно. Оставим будущее на потом. Ответь мне лучше на вопрос: что ты знаешь о беременности драконов? Сколько она длится?
— Шесть месяцев. Всё это время драконица находится рядом со своим драконом. Чтобы плод хорошо развивался, был сильным, нужна мужская энергия дракона, его магия. Ты себя плохо чувствуешь как раз из-за её отсутствия.
Слова Мораны заставили обеспокоиться о малыше. Как он будет развиваться без своего отца? Не родиться ли больным? Что же делать? От отчаяния закусила губу и привычным жестом нащупала на груди под тонкой рубашкой кулон моего дракона.
— У меня есть кулон с магией Валарда, — я достала ледышку из-под одежды. — Но как её извлечь, чтобы не открыть своё местонахождение, я не знаю.
— Спрячь, — отрицательно махнула рукой жрица. — Ещё не пришло время им пользоваться. Пока я смогу поддержать тебя своими силами с помощью Инанны. Не зря же я её Верховная жрица! А наша богиня благосклонна ко всем дарующим жизни. И ты под её покровительством.
Конечно, я это понимала, но тревога не отпускала. Мне было страшно за здоровье малыша. О себе я почти не думала. Хотя понимала, что если со мной что-то случится, то мой ребёнок никому на целой Истрее не будет нужен. Эль ещё мал, чтобы взвалить на себя такую обузу. Не по нему ноша.
От тяжёлых мыслей немного разболелась голова. Я потёрла виски, прикрывая глаза и погружаясь в темноту. Сразу вспомнился мой горячечный бред. Это же нужно было так вывернуться подсознанию! Чтобы увидеть Валардрагона, я полетела к нему драконом! Сплелись воедино и желание увидеть близких мне драконов, и мой страх — Карисса, занявшая моё место подле Валардрагона. Но всё ощущалось настолько реальным! Мне даже сейчас казалось, что я чувствую магию моего дар-дракона, циркулирующую во мне и напитывающую нашего с Валардом малыша. И словно соглашаясь с моими мыслями, в животе мягко булькнуло. Движения малыша ещё не были похожи на пинки.
— Баня растоплена, госпожа Моргана, — Эль появился во входных дверях.
В спаленке, где я лежала, дверь была открыта настежь и открывала обзор на бедное убранство домика. Чувствовалось, что за время моего обморока в нём успели убрать и хорошо проветрить. Он выглядел обжитым, тёплым. В доме витали приятные ароматы вкусной еды.
В спальне стояли две узкие кровати, одна из которых была сделана совсем недавно и пахла свежей древесной стружкой. Небольшой столик у окна был заставлен мешочками с травами, склянками с настойками, тщательно прикрытыми тёмной тканью от уже по-зимнему скудных лучей ока Танагра, пробирающихся через небольшое квадратное окно с мутноватыми стеклами,  — всё это было скарбом Мораны. Ближе к выходу у стены, на грубо отёсанной тумбе, стояла миска с водой, используемая для умывания. Двухстворчатый шкаф для вещей оказался одним для всех. Вещи, мои и Эля, лежали аккуратно сложенными стопочками на полках. Лук с колчаном был пристроен между стеной и боком шкафа. Поношенный плащ Мораны, подбитый  мехом, светил местами проплешинами вылезшей рыжей шерсти и висел на крючке возле входа. Там же висела потрёпанная кожаная сумка, сшитая из небольших кусочков разного цвета — от белого до тёмно-коричневого.
Прислушиваясь к себе, я поняла, что готова встать и разогнать кровь в застоявшихся мышцах. Жрица протянула мне простое холщовое платье с вышитыми по подолу рунами. Вещь мало напоминало платье, скорее, бесформенный мешок. Встала крепко на пол, чувствуя холодный дощатый пол. Шлёпая босыми ногами, вышла в более просторную кухню. Печь да стол с двумя лавками — вот и весь интерьер. На столе, прикрытая чистым куском ткани, стояла снедь. Пахло наваристой похлебкой и кисловатым хлебом. Ах да, на оконце болталась голубенькая занавесочка в мелкий белый цветочек. А на лавке сушились травы, терпко пахнущие мятой и анисом.
Пока я рассматривала убранство, Эль шмыгнул в соседнюю комнату — свою спальню, такую же маленькую и убого обставленную. Оттуда мальчик вынес мягкие короткие сапожки, мехом вовнутрь.
— Это тебе. Я сам сделал. Мне Грем показал, как правильно, и я смог смастерить без магии. Вот, — отчего-то смущаясь и запинаясь, объяснил Эль. На такое стеснение я улыбнулась и легонько потрепала мальчика по голове. Пытливо заглядывая в глаза магу, постаралась понять, как он себя чувствует. Испугался? Эль явно испытывал облегчение от того, что я очнулась. От него ещё несло отголосками страха. Не сдерживая себя, я обняла его за плечи и поблагодарила от чистого сердца.
— Спасибо за заботу, мне как раз не хватает такой удобной обуви. Покажешь, где тут что? Ты уже освоился на новом месте?
— Так тут нечего осваиваться. Это тебе не замок. Ты уже всё видела кроме бани и погреба. Нужник за домом.
***
С момента пробуждения от моего сна спящей красавицы прошла неделя. Мы с Элем обжились на новом месте. Морана обосновалась у нас окончательно. К ней нескончаемым ручейком потянулась очередь из ищущих помощи. Кто за травкой, кто за мазью целебной, кто за советом дельным. Не забывала она ходить и в храм Инанны. Мне Морана ничего не говорила о том, чтобы и я с ней ходила. Не навязывалась.
На улице похолодало, и я обзавелась тонковыделанным меховым жилетом до середины бедра. Чувствовала я себя практически замечательно. Пугал только стремительный рост живота. Я дала себе два дня, чтобы оглядеться в лесу и приступить к выполнению контракта. С наскоку делать ничего не собиралась. Важно было придумать план, выяснить нюансы. Что за тварь терроризировала местных, ещё предстояло разобраться.
Первым делом я прошлась по селу, поговорила с местными охотниками и даже одним заезжим. Никто из мужчин не мог сказать ничего вразумительного. Словно морок наводило «чудовище». Хотя даже из таких сведений я выяснила интересные подробности. Мёртвых охотников находили недалеко от сопки Кабанье Рыло, и это при том, что при жизни они предпочитали охотиться в разных сторонах. Все тела были вымазаны в белёсой слизи и высушены. Нечисть не часто нападала. Словно предупреждала и отпугивала от места своего обитания.
Я только вышла из дома Лолы, где разговаривала с её отчимом — охотником. Угрюмый мужик чинил силки на мелкую живность и сетовал, что с появлением чудища и зайцы с куропатками разбежались. Значит, хищник лютый. Впереди зима, а охотники до сих пор не набили дичи на заготовку. Да и за грибами да ягодами почти перестали ходить. Только вблизи Зелёных Холмов. Вот только много ли соберёшь, если до тебя уже три десятка человек прошло.
— Айрина! — на пороге дома меня окликнул староста. Я бодро сбежала с расшатанных ступеней и быстрым шагом приблизилась к мужчине. — Разговор есть. Пройдёмся.
 
31. Глава 5. Навыки наёмницы
Стоило мне поравняться со старостой, как Бьёрн спешно направился к окраине селения в сторону дальнего пастбища для самого большого стада овец. В Зелёных Холмах многие семьи занимались ткачеством. И овец держали особенной породы — ландаузок, с которых стригли лучшую шерсть для выделки тонкой пряжи. Мастера красили пряжу в яркие цвета, ткали богатые ковры и тонкие шерстяные ткани для одежды. За такие ткани платили чуть ли не как за шелка Огненных — они были лёгкими и очень тёплыми, и пользовались спросом. По весне здесь устраивали недельную ярмарку, на которую за товаром съезжались покупатели со всего Ледяного предела. В остальное время года селение жило тихо и размеренно. Так как Зелёные Холмы находились вдали от тракта, сюда практически не доезжали посторонние. Это было мне на руку.